— К каким же интересно? — спросил я.
— Люди благодарны Ангелу за то, что он пришел к нам и подарил невиданные возможности и знания. Но все ли действительно благодарны? Как отнесутся к подарившему осознание вечных мук люди, которые достигли статуса «за чертой» до «Озарения» или позднее? Вот вы — вам дорога в Рай закрыта, разве не лучше было жить в счастливом неведенье о предстоящем, чем отсчитывать дни до конца? И замечать взгляды прохожих на себе, словно вы прокаженный?
— Ко всему привыкаешь, остается просто доживать свой век.
— Вы не вините Ангела в этом? Вы же могли быть успешным человеком, устроить себе Рай на земле! Вместо этого одно лишь психическое расстройство и отсутствие возможностей.
— В своих грехах виноваты только мы сами, Ангел тут не причем. Он просто достал конфету из обертки, испорченная она или нет — зависит только от человека.
— Скажите это миллионам, оставшимся без работы и угнетаемых обществом.
— Я не понимаю, к чему ты клонишь, — встряла в наш диалог Николь.
— К тому, что второй распятый Иисус нам не нужен…
— Но я не собиралась обнародовать факт бытия Ангела на земле!
— Может вы просто хотели его убить? — сказал детектив и кинул взгляд на меня. — Смотря на этого «громилу», нельзя отрицать и такую возможность.
— Хорошо, допустим, Ангел погибнет, что из этого? — спросил я.
— Никогда не пробовали посмотреть дальше, чем завтрашний день? Кто-нибудь из людей попадет первым в Рай, вернется Отец и что он увидит? Я боюсь его гнева…
— Попасть в Рай путем «обнуления» тебя не смущает? Отец будет рад этому?
— Надеюсь, что простит…
— И поймет, — добавила Николь. — Ты знаешь, где сейчас Ангел?
— Знаю, я проследил за ним до самого дома.
— Так, может, скажешь нам?
— Разве у меня есть выбор? — спросил детектив. — Чтобы вы знали — я умереть не боюсь, только вот некому будет тогда позаботиться о моих родителях.
— Скажи нам адрес, и мы уйдем, — Николь положила руку на рукоять пистолета.
— Знаю, это может показаться глупым, но пообещайте мне не трогать Ангела?
— Обещаю, — сказал я, надеясь как можно скорее убраться из этого дома и поквитаться с Петром.
— Обещаю, — улыбнулась моя подруга.
— Я запишу вам адрес, — он встал с кресла и подошел к письменному столу. — Здесь вся информация.
— Спасибо, — я взял листок из рук детектива.
— Думаю, не стоит говорить о том, что нас здесь не было? — спросила Николь и убрала оружие обратно в сумочку.
— Как и пафосную речь, что в случае чего вы вернетесь, — сказал Алексей и проводил нас взглядом.
Мы вышли из дома и направились к дороге ловить машину. По пути Николь спросила меня:
— Как считаешь, если мы убьем Ангела, то познаем гнев Отца?
— Думаю, что Отец выслушает наши доводы и примет справедливое решение. Вопрос в том, сколько времени пройдет до момента его возвращения?
— Надеюсь, что скоро.
— Все надеются на это, — с этими словами я обнял ее за плечи, Николь не сопротивлялась.
— Думаешь, за нами уже следят? — спросила она.
— Абсолютно в этом уверен.
— Вот и настал момент действовать по обстоятельствам, — она положила голову мне на плечо. — Идеи?
— Я хочу, чтобы ты собрала все свои вещи и улетела домой.
— Если честно, то я рассчитывала услышать немного другое… Что это за геройство в конце пути?
— Какой смысл погибать нам обоим?
— С чего ты взял, что мы погибнем?
— Ангел не уйдет от меня живым, — мой кулак непроизвольно сжался. — Что сделает с нами Виктор, когда узнает о гибели Петра? Вряд ли похлопает по плечу и пожмет руки.
— И ты предлагаешь, чтобы я вот так вот все бросила и убежала, поджав хвост?
— Ты останешься в живых, — я взял ее руки в свои. — Я справлюсь со всем сам, обещаю тебе.
— Я знаю, что справишься, профессиональный «вломщик» в квартиры, — Николь улыбнулась так, что заставила меня рассмеяться. Совсем недавно я и подумать не мог, что придется вламываться в чужие квартиры и угрожать людям. Говорят, что обстоятельства не должны негативным образом влиять на поступки людей. Посмотрел бы я на этих умников, окажись они на моем месте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Это означает, что ты послушаешь меня?
— Мы с тобой шли к этому моменту разными дорогами, каждый по своим собственным соображениям. С твоей стороны эгоистично лишать меня возможности отомстить. Если ты еще не понял, то я не отступлю.
— Будь по-твоему, — пришлось с ней согласиться, не могу же я ее связать и запереть дома, хотя очень бы и хотелось. — Надо решить, как «скинуть» преследователей.
— Доедем до Ангела разными путями — я на метро, ты своим ходом. Постараемся вилять и затеряться в толпе, встречаемся через два часа возле дома Петра.
— Выкинь свой телефон, мало ли Виктор сможет отследить наше местоположение. И возьми листок с адресом, я запомнил его наизусть.
— Если Мраков пошлет своих людей к Алексею? Может надо его предупредить?
— Отправь ему сообщение, возвращаться сейчас далеко не лучшая идея.
— Тогда через два часа встречаемся, — она встала на цыпочки и поцеловала меня в щеку. — Удачи, Марк.
— И тебе удачи.
Возле нас остановился очередной таксист, и Николь отправилась к ближайшей станции метро. Я огляделся по сторонам — трое маленьких ребятишек резвились во дворе под пристальным надзором своих мам. Влюбленная пара, не спеша, прогуливалась вдоль небольшой аллеи. Мужчина, вышедший из магазина, звенел бутылками в пакете на всю улицу. Никаких преследователей на глаза мне не попалось, но это не означало, что их нет. Выкурив сигарету, я принялся ловить машину. На этот раз мой путь лежал в Строгино.
Глава 17
Каждые несколько минут я оглядывался назад, пытаясь «выцепить» взглядом машину, в которой бравые ребята (возможно) неустанно следовали за мной. Но, как я не пытался, никого увидеть не получалось. Шофер обратил внимание на мое странное поведение и спросил:
— Убегаете от кого-то?
— Так сильно заметно? — смысла разыгрывать спектакль сейчас не было.
— Когда человек оглядывается назад буквально каждую минуту — это может означать только одно…
— Неужели доплату водителю за возможный риск?
— Я бы сказал, доплату водителю за блистательную идею, — он ехидно улыбнулся. — Заедем в таксопарк, пересядете в машину моего коллеги и поедите дальше. Правда, ехать вам придется лежа на заднем сиденье, да и вашу куртку придется мне отдать.
— Гениальный план… Но куртку то зачем?
— Затем, что в таксопарке ко мне подсядет еще один мой коллега, который как раз наденет на себя вашу куртку и накинет капюшон — таким образом, мы собьем со следа ваших преследователей.
— И часто вы участвуете в подобных мероприятиях?
— Каждый раз, как подворачивается случай.
— Как насчет того, чтобы помочь другому человеку безвозмездно, как и нарекал Отец?
— Отметка на «индикаторе» или возможность заработать, не тратя свое время и время моих напарников на вас, — он произнес последнюю фразу с львиной долей сарказма, при этом почесывая свой гладковыбритый подбородок двумя пальцами. — Даже не знаю, что и выбрать.
— Просто назови сумму, — мне изначально понравилась идея водителя, но было интересно посмотреть на реакцию человека, когда его ставят перед выбором: согрешить или нет. По существу, «не отказывать в помощи другим» является самым безобидным грехом. Но опять же, смотря в какой ситуации. В данном случае, проигнорируй шофер мою просьбу «уйти от хвоста», отметка на его руке была едва видна бы.
— Вы же понимаете, что будут задействованы три человека…
— Заканчивай с этими прелюдиями, — было ясно, что он набивает себе цену.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Тридцать тысяч, — произнес водитель и стал ожидать моей реакции.
— Дам десять, — на самом деле, в кармане оставалась куда большая сумма, чем попросил шофер. Просто мне доставляет удовольствие рушить планы людей, старающихся нажиться на чужом горе либо проблемах.
