Сразу десяток рук подняли Руперта с земли, отряхнули с него пыль, а потом все одновременно стали задавать вопросы и выкрикивать предположения:
– Что случилось?
– Его кто-то толкнул! Я видела!
– А вы видели?
– А кто это был, вы заметили?
– Кажется, он сбежал туда, в переулок!
– Мужчина в зеленой кепке!
– Какой мужчина! Это был другой, парень в куртке!
Руперт, рассыпаясь в благодарностях и извинениях, выбрался из толпы и остановился, раздираемый желанием броситься в погоню. Нет, надо идти на встречу с Лентеллом, а поиски предполагаемого убийцы оставить на потом.
Уже поднимаясь по ступеням конторы Ост-Индской компании, Руперт понял, что получил ответ на вопрос, мучивший его с того первого покушения в Глазго (а теперь он не сомневался, что то происшествие не было случайностью, как и сегодняшнее): за этими случаями стояла не Луиза. У нее не было никаких причин пытаться убить графа сейчас, когда от него зависело заключение контракта. Да и вообще, с момента возвращения в Лондон она, кажется, снова стала благосклонна к нему. Неужели что-то в воздухе Глазго плохо влияло на Луизу?
Руперт внимательно осмотрел свой костюм: кажется, близкое знакомство с мостовой ему не сильно повредило, так что можно было идти к Лентеллу. Удивительно, но тележное колесо, едва не проехавшее по голове, не вытрясло из нее ни одной мысли из тех, что набил туда мистер Кортни. Руперт чувствовал себя в силах не просто убедить маркиза в необходимости отдать контракт именно «Грэхем и Ко», но и выторговать как можно более выгодные условия. Ну что ж, вперед, Макдуф![5]
– Я думаю, ты можешь попросить Мойру упаковать вещи. Завтра едем в Рэйвенвуд. Я уже послал Виггса купить билеты. Думаю, все дальнейшие вопросы по контракту может утрясти Мортимер с помощью Кортни.
Луиза уронила книгу на траву.
– Итак, ты выполнил условия пари.
– Да, полностью.
– Тогда я исполню свои обязательства.
– Луиза, если ты действительно не хочешь ехать, я не буду тебя принуждать.
– Я же заставила тебя выполнить все условия. Даже не стала помогать тебе, что было глупо. Я рисковала контрактом.
– Забудь про контракт! – взмолился Руперт.
– Я не…
– Просто забудь. Я говорю о нас с тобой, а не о контракте или компании. Я не хочу и не буду тебя заставлять.
– Я хочу выполнить условия пари. – Луиза задержала дыхание, пытаясь справиться с волной панического страха. Она боялась не того, что придется исполнить обязательства, а того, что Руперт решительно откажется требовать выигрыш.
Глава 19
– А какой он, Рэйвенвуд?
– Ты бы сказала, что он старый, – улыбнулся Руперт.
– А на самом деле?
– Он действительно старый. Но по мне – это самое прекрасное место в Англии: зеленые поля и леса, аромат цветов и сена, чистые ручьи с форелью и спокойная жизнь.
– Звучит хорошо, но немного скучновато.
– Управлять большим поместьем не так уж и скучно. И даже не просто.
– А ты этим занимался?
– Не довелось, – признался Руперт. – Сначала я был слишком мал, потом отец умер, оставив только долги, имением управлял поверенный, но он оказался то ли мошенником, то ли просто неудачником. Дела совершенно расстроились, так что к моему совершеннолетию Рэйвенвуд пришел в упадок, несмотря на все усилия нового поверенного, Адамса. Тех денег, что я добывал за карточным столом, не хватало даже на самое необходимое. Но я делал что мог. Если бы вы с тетей не арендовали дом на лето, то сейчас мне некуда было бы привезти жену.
– Почему? – удивилась Луиза. – Мне казалось, это майорат. От него не избавиться – но его и не отнять за долги.
– Лишиться поместья можно и в буквальном смысле. Некоторое время назад случилось наводнение. Я говорю это не в качестве оправдания, но именно это подтолкнуло меня…
– К соблазнению. – Луизе не хотелось говорить об этом.
– К решительным действиям, – дипломатично поправил Руперт. – Адамс докладывал мне, что восстановление домов арендаторов идет своим чередом, а вот главный дом еще и не начинали ремонтировать. Я посчитал, что главное – это помочь людям вырастить урожай, а я сам могу пожить и в пристройке, мне не привыкать. Флигель стоит высоко на холме, так что полностью уцелел.
– Как романтично!.. Уединенный флигель на холме…
– Я не думал о романтике, но если тебе так больше нравится…
– Я просто поддерживаю беседу, – пожала плечами Луиза.
От станции они ехали в открытом экипаже, который нанял для них Джон Кук, управляющий Рэйвенвуда, так что Луиза успела вдоволь полюбоваться прекрасными пейзажами южной Англии. Лето перевалило за середину, стояли чудесные солнечные деньки, так что Луиза предполагала, что несколько месяцев в деревне можно провести с пользой и удовольствием. Как странно: еще не так давно, в Глазго, ее приводила в ярость сама мысль о том, что придется остаток жизни провести с Рупертом, сейчас же, после Лондона и после успешного заключения контракта, Луиза даже с некоторым нетерпением ждала этих самых трех месяцев уединенной жизни с мужем.
И тут дорога сделала очередной поворот, и перед взорами графа и графини открылась широкая речная долина, в которой и располагался Рэйвенвуд. Дом, вернее замок, выглядел не просто старым, а полуразрушенным. На первом этаже оказались выбиты почти все окна, кое-где из искореженных проемов торчали ветки и даже целые стволы деревьев. Видимо, наводнение было очень серьезным. По всей долине кипела работа, но пока что даже дома арендаторов не были приведены в порядок. Многие поля оказались размыты или засыпаны камнями и ветками, изгороди вокруг пастбищ повреждены, грязные овцы бродили повсюду, жалобно блея. Тем не менее дело двигалось – а это значило, что имение будет восстановлено.
Взглянув на Руперта, Луиза увидела, что открывшееся их взору зрелище больно ранило его. Граф словно окаменел, а в глазах появилась тоска, сразу сделавшая его старше на добрый десяток лет. Даже рыжие волосы, казалось, потускнели. Луиза молча отвела взгляд. Она не знала, что сказать. Земля для нее являлась всего лишь еще одним активом, ничем не отличающимся от станков или кораблей. В то время как для Руперта она была не просто участком со старым домом. На земле работали люди, у людей были семьи. Многие из этих семей жили в своих домах десятилетиями, если не столетиями, как и семья графа. До сегодняшнего дня это просто не приходило Луизе в голову.
А ведь земля действительно может приносить прибыль, если все организовать по уму и с учетом новейших изобретений в сельском хозяйстве. Но для этого нужны деньги, и деньги огромные, принимая во внимание размеры поместья. У графа Рэйвенвуда действительно было много земли. И много людей жило на этой земле. Людей, которым некуда было идти и которые не покинули бы свои дома ни за какие блага, потому что в этих домах жили их предки, родились и выросли они сами.
