Ливийцы выставили вперед копья. Офицер дал сигнал к атаке. Оказавшись лицом к лицу с этим полчищем дикарей, уверенных в том, что без труда сметут противника, не утратят ли уцелевшие повстанцы желания сражаться?
Скорпион по очереди посмотрел на каждого сотоварища, и в его глазах они увидели яркий огонь, который в одно мгновение испепелил и слабость, и отчаяние. Лучше было умереть, чем разочаровать такого вожака…
Они выстроились в одну линию. Одни вскинули луки, другие начали раскручивать пращи. Что ж, хорошо уже то, что какое-то время они прожили свободными и нанесли захватчикам ощутимый урон.
И вдруг вражеские копья опустились.
Ряды ливийцев дрогнули, там началось беспорядочное Движение. Солдаты что-то выкрикивали, толкались, и командирам не удавалось призвать их к порядку. Некоторые даже бросили оружие на землю и пустились наутек.
Еще немного — и вся ливийская армия обратилась в бегство.
Мальчик с раной на лбу не верил своим глазам.
— Они что, убегают?
— Точно! — подтвердил Скорпион.
— Испугались нас?
— Я же сказал тебе: никто не победит Скорпиона! Мы не одни в этом мире, малыш! Мой брат Нармер, царь Юга, услышал наш призыв!
35
Увидев парящего над обиталищем верховного военачальника огромного грифа, Скорпион догадался, что Нармер одолел врага.
— В атаку! — скомандовал он.
Растерянные и изнеможенные, его последователи, повинуясь этому безумному приказу, ринулись к крепости.
По пути они убили нескольких отставших ливийцев и с криками ликования соединились с авангардом Нармера.
Царь и Скорпион обнялись. Оба были рады видеть друг друга целыми и невредимыми.
— Твоя храбрость решила дело! — сказал названому брату Нармер.
— Если бы ты не подоспел вовремя, мы бы погибли!
— Но это еще не победа. Нужно захватить Уаша.
— Я знаю, где он прячется, — и Скорпион указал на башню. — Я рассчитывал ворваться в его логово и принести тебе его голову, но нам придется сначала перебить его охрану.
Коричнево-рыжий бык при содействии своих разъяренных собратьев разнес все преграды на пути к головной башне и одним невероятно сильным ударом рогов вышиб входную дверь.
Защитники башни умирали от ударов копыт и рогов, будучи не в состоянии оказать сопротивление этой когорте монстров, следом за которыми шли вражеская пехота и крестьяне. Последние добивали раненых и отрезали им руки и половые органы, чтобы их призраки не смогли ни причинить кому-либо вред, ни произвести на свет потомство…
Нармер погладил огромного быка, потного и усталого.
— Благодаря тебе покров тьмы разорвался!
Скорпион заскочил в башню.
Но как только он ступил на лестницу, со второго этажа на него обрушился град стрел. Одна оставила глубокую царапину на его плече.
Нармер удержал своего брата:
— Мы почти у цели, не будем рисковать ничьей жизнью! Выкурим их из башни!
Старик с радостью взялся за дело.
Вокруг башни расставили десять сосудов, из которых вверх потянулись столбы тошнотворного дыма. Когда он заполнил все помещения, охранники верховного военачальника спустились вниз и попытались прорваться наружу.
Расположившиеся на приличном расстоянии лучники Нармера расстреляли врагов, оставив в живых одного офицера, которому Скорпион сломал ноги.
— Где Уаш? — спросил царь.
— Он пытается бежать, — ответил ливиец, корчась от боли.
Старик положил конец его мучениям, а Скорпион, не теряя времени даром, взбежал на верхний этаж башни. Жуткая вонь не стала ему помехой. Мгновение — и молодой воин уже перед дверью в жилище Уаша.
Дверь была приоткрыта.
Просторная палатка, подушки, остатки пищи на блюдах… И ни единой живой души.
Скорпион взобрался на самый верх башни.
Двое ливийцев не ожидали его появления, но среагировали мгновенно — бросились ему навстречу. Палица молодого воина описала полукруг, поразив обоих стражников в лоб. Глаза их распахнулись, руки бессильно повисли. Какое-то время они еще стояли на ногах, словно бы ничего не произошло, а потом из ран хлынула кровь, и оба упали бездыханными.
В углу, сжавшись в комок и закрыв лицо руками, сидел какой-то коротышка.
Скорпион приблизился.
— Я не верховный военачальник! Я всего лишь Пити, его советник! Мое дело подчиняться, а не приказывать! Я ни в чем не виноват!
— Где твой господин?
Пити ткнул пальцем в сторону зубца на стене, к которому была привязана веревка.
Скорпион схватил его за шиворот и подтащил к этому зубцу. Наклонившись, он увидел, что Уаш уже почти спустился на землю, где его поджидал небольшой отряд ливийцев.
— Пощади меня! — взмолился Пити. — Я был против захвата дельты и не хотел, чтобы с местными обходились так жестоко! Я все время старался смягчить решения нашего повелителя, но он меня не слушал!
— Значит, на самом деле ты не палач, а жертва? — спросил Скорпион.
— Конечно!
— И ты станешь служить Нармеру?
— Я буду самым верным его слугой!
— Таких, как ты, нечасто встретишь!
Пити вздохнул с облегчением.
— Остается обсудить одно условие, — заявил Скорпион.
— Я заранее со всем согласен!
— Отлично! Тогда я приступаю!
Скорпион поднял труса над зубцом башни.
— Если уж мне повезло встретить такого лицемера, я не упущу шанс от него избавиться! Возвращайся к своему повелителю!
И молодой воин швырнул вопящего от ужаса Пити вниз.
* * *
После нелегкого спуска, ободрав всю кожу на ладонях, Уаш наконец ступил на землю. Оставшиеся в живых солдаты, члены его родного племени, приветствовали своего господина. Вместе с ними он вернется в Ливию, соберет новую армию и снова завоюет эти земли! И его ненависть к этим самонадеянным победителям станет залогом его будущего триумфа…
Этому жалкому Нармеру просто повезло, и, упиваясь столь неожиданно обретенной властью, он, как и покойный глава клана Бык, забудет о поверженных кочевниках. А он, Уаш, соберет армию из наемников и застанет его врасплох!
В этот момент тело Пити рухнуло сверху на головы солдат. Двое умерли на месте, еще несколько получили ранения. Что до советника, то при падении он сломал себе шею. Верховный военачальник удостоил его жалкий труп одним-единственным, полным презрения взглядом. Нужно было как можно скорее выбираться из этого осиного гнезда.
— А вот и я! — раздался рядом голос Скорпиона.
Молодой воин спустился по веревке и готов был сразиться с врагами.
Уаш обернулся и крикнул ему:
— Ты один, а нас много!
