Глава клана аистов, которой было поручено руководство всеми оздоровительными мероприятиями, по-прежнему выглядела обеспокоенной. Она знала, что Нармер еще не прошел весь путь, предначертанный Предком, а значит, время радости еще не пришло…
* * *
Под руководством Повелителя кремня мастера спешно соорудили простой дворец из дерева и плетней. Никто не сомневался, что скоро монарх распорядится возвести столицу и Севера, и Юга, которая будет совсем не похожа на укрепленный лагерь Быка.
Гильгамеш, художник и скульптор родом из Шумера, преподнес царю удивительный подарок — палетку из черно-зеленого камня, на которой были запечатлены его подвиги. На одной стороне Нармер был изображен в красной короне Севера, на другой — в белой короне Юга. Вместе с соколом и быком он побеждал ливийцев и поражал своей палицей Уаша. Тут же были изображены процессия со знаменами и останки побежденных.
Но была здесь и сцена, которая удивила монарха: два человека укрощали с помощью веревок двух хищников с длинными переплетающимися шеями.
— Под этим я подразумевал укрощение опасных сил, — пояснил шумер, — случившееся вследствие объединения Двух Земель. Повелитель кремня постоянно направлял мою руку, так что настоящий создатель этого памятного предмета[8] он, а не я.
Нармер немедля освятил эту палетку, символизирующую краеугольный камень его правления, и царица поместила ее в святилище Нейт под магическое покровительство богини. В недалеком будущем палетке предстояло отправиться в священный город Юга Нехен.
* * *
Старик первым узнал о возвращении Скорпиона, который отбыл сразу же после окончания празднований. Только своему названому брату царь мог поручить такое важное задание — объехать земли Севера, чтобы узнать, каково истинное положение дел.
— Надо же, как тебе повезло, Старик! Теперь ты главный среди управленцев… Ты не перестаешь удивлять меня!
— Не напоминай мне об этом! То была ловушка для старого тщеславного глупца, и я в нее, конечно же, угодил. Вчера у меня не было времени даже поспать после обеда. А скольких лодырей приходится толкать в бока! Эта новая должность — горше желчи!
— А со стороны кажется, что ты даже помолодел!
— Поосторожнее с нашим царем — он колдун! Я слушаю его и верю, что на этой земле можно жить счастливо и мирно.
— Идем со мной, я привез интересные новости!
* * *
На большой Совет собрались царствующая чета, Аистиха, Старик, генерал Густые Брови и Скорпион.
— В нашем распоряжении оказались большие богатства, — начал последний свой рассказ, — а именно четыреста тысяч голов рогатого скота и миллион четыреста двадцать две тысячи — мелкого. Везде царит порядок, население целиком и полностью признает власть Нармера. Еще у нас сто двадцать тысяч пленных[9], предателей, — волопасов, кочевников, владетелей мелких поместий. Предлагаю казнить их всех не откладывая.
— Они будут жить, и Старик найдет им всем работу, — постановил Нармер.
— Опасно, — возразил Скорпион. — Эти презренные снова нас предадут!
— Слишком много крови уже пролито, — сказала царица. — Благодаря твоей бдительности нам нечего опасаться.
— Нам предстоит отстроить страну, — напомнил собравшимся царь. — Эта задача представляется грандиозной, даже безумной. Но другого пути нет, если мы хотим превратить победу, добытую оружием, в устойчивый мир. Энергичность Скорпиона, моего брата по крови, станет одним из важнейших составляющих нашего успеха. Ничего не будет предприниматься без его согласия, и самые важные дела я буду поручать ему. Завтра я воздам почести Газели, которая ценой своей жизни пыталась предотвратить войну. И надеюсь, Предок скоро явится мне.
Скорпион выслушал царя с бесстрастным лицом, но Старик знал своего господина достаточно хорошо, чтобы понять: молодой командир совершенно не разделяет устремлений своего названого брата.
38
Нармер посетил место захоронения газелей, то, где прекрасная и ласковая глава клана рассчитывала найти последнее успокоение. По вине жесткого Льва, ныне тоже покойного, и хитроумного Крокодила этому ее желанию не суждено было исполниться. И все же жалоба Газели, которую Шакал передал богам, возымела эффект. Лев понес наказание, когда осмелился посягнуть на сокровище священного Абидоса. Кара ожидает и Крокодила, лишившегося своих ливийцев-союзников.
Расположенный неподалеку от первичного столба, своим видом некрополь навевал грустные мысли. Здесь не слышно было пения птиц, только свист ветра. Меж могилами — широкий проход, который благодаря усилиям духов этого места никогда не засыпал песок. Члены первого клана, которому выпало править этой страной, газели, превыше всего ценили мир и верили, что путем переговоров можно разрешить любой конфликт.
Их хрупкой правительнице, последней представительнице своего рода, долгое время удавалось сдерживать воинственные порывы Быка и Льва. Но разве могла она предвидеть, что Лев заключит союз с Крокодилом? До последнего вздоха Газель старалась сохранить шаткое равновесие, полагая, что оно предпочтительнее кровопролитных столкновений.
Нармер хорошо запомнил самый важный урок, преподанный ему Газелью, — она научила его выбирать хорошие камни, из которых можно построить монументы во славу богов. Не это ли наиважнейшая задача для царя?
Найдя на землях клана Раковины гребень, украшенный фигуркой газели, Нармер некоторое время полагал, что проповедница мира так или иначе была причастна к уничтожению его клана и убийству маленькой провидицы.
Дойдя до конца некрополя, Нармер увидел совсем свежую могилу. Ее украшала свежесрезанная веточка акации.
В ее листве появилось лицо Газели.
Молодая женщина открыла глаза, и ее лицо расцвело в улыбке. Однако во взгляде ее читалась не только нежность, но и тревога.
— Боги наконец даровали мне право упокоиться рядом с моими предшественницами. Наше время прошло, твое — вызревает. Отправляйся к подножию первичного столба, Предок ожидает тебя!
* * *
Огромная фигура в длинном белом одеянии, с лицом, скрытым под повернутой острым углом вверх треугольной маской, в прорезах которой сияли глаза, похожие на две светящиеся жемчужины, стояла на нагромождении камней. Нармер поспешил подойти поближе.
Стоило царю поклониться, как первичный столб озарился изнутри и гора вздрогнула от раскатов низкого голоса Предка:
— Ты прошел пять испытаний, Нармер, но два оставшихся потребуют от тебя смелости и твердости, каких не встретишь в людях.
