— Не нужно. Пока мы не окажемся в светлом лесу лучше не рисковать. И еще… не приказывай собирать тебе багаж… мы уйдем тайно.
— А сопровождающие? — как он ни был счастлив, забыть о братьях не мог.
— Все уже продумано… не сомневайся. Но в вашем дворце слишком много глаз и ушей, и хотя у отца есть уже своя версия насчет творящихся в королевстве дел и я вполне с ним согласна, все же лучше пока немного поостеречься.
— Но хоть руку я могу тебе поцеловать? — Канд, как когда‑то, пересел на ковер рядом с ее креслом и нежно прижал к лицу тонкие пальчики.
— Илли?! — Из спальни сеньориты вылетела ее сестра, хотя принц мог поклясться, когда он умывался, там никого не было, — мне нужно с тобой посоветоваться!
— А поесть не хочешь? — с улыбкой спросила старшая.
— И поесть хочу. И принца хочу… — Лира плюхнулась на место Кандирда и смерила его задумчивым взглядом, — а что это он такой счастливо–ошарашенный? Я чего‑то не знаю?
— И пока не узнаешь, — строго отрезала Иллира, — ешь давай, потом расскажешь, что у тебя за проблемы.
— При Канде? — Засомневалась дриада, пододвигая к себе наполовину опустевшую салатницу и запуская в него вилку, — поскольку чистых тарелок больше нет, можно я прямо отсюда его доем?
— Как это нет?! Вон, в буфете, сколько угодно! — Возмутилась Илли.
— А это буфет? Спасибо, что сказала. Я в своей комнате такой видела, но он не открылся.
— Так в малом ящичке всегда ключи лежат, пойди и посмотри.
— Поздно, я салат уже так доедаю. Ну, ладно, раз ты настаиваешь, я спрошу при Канде… тем более, он же мне теперь вроде как брат?
Кандирд, услышав это заявление, сначала хмыкнул, но потом, глядя на Лиру, рьяно уничтожающую заливное из рыбы и пироги, и пытаясь представить себе состав своей новой семьи, с изумлением понял, что она почти права. То есть, в большей степени права. Когда они будут одной семьей, то его братья ведь будут Илли такими же братьями как и ему. А значит ее сестра теперь сестра и для него… и это как‑то меняет дело. Если раньше принца не очень волновало отношение друзей и братьев к Лире, да и сама она была довольно бойкой сеньоритой, то теперь он вдруг понял, что готов накостылять любому, что решит ее оскорбить.
— Так что у тебя произошло? — деловито осведомился он и уселся поудобнее, готовясь выслушать ее рассказ.
— У меня возникли подозрения, — сообщила дриада, прожевала пирог и пояснила, — когда вы пошли наверх, я решила погулять по парку.
— Одна? — кротко осведомилась Илли.
— Нет… там Инг был.
Принц нахмурился, постановив, что обязательно спросит баронета, по чьему это указу тот сопровождает девушку.
— И что дальше?
— А вот дальше было интересно. Подлетает к нам какой‑то граф и начинает вешать мне лапшу на уши. Как он мечтает со мной познакомиться. Ингирд нас тут же знакомит, и оказывается, что граф женат.
— Как его имя? — рыкнул принц, но Лира замотала головой.
— Подожди, это не конец. Пока мы разговаривали с Ингом, он исчез, не прощаясь. Пошли мы в парк, вышли на крыльцо, там такое огромное, с колоннами, идем себе и вдруг они бегут за нами. Этот граф и маркиз, граф у него вроде как в свите. И вот этот маркиз, красавчик, кстати, как на картинке, начинает меня откровенно очаровывать. А эти двое, граф и Инг, потихоньку намылились смыться.
— Можешь не продолжать, — фыркнула Илли, — как имя маркиза?
— Бринос.
— Кто он, Кандик? — Илли осторожно провела ладошкой по волосам жениха.
— Один из помощников Рантильда, отлично разбирается во внешней торговле, хотя вполне мог и не занимать никакого поста. Богат, имеет замок и поместье, холост. Была фаворитка… но как обстоит дело сейчас, я точно не знаю. Пойти поговорить с Рантильдом, что ли? А он тебе понравился?
— Канд… — Илли замялась, — если бы он Лире понравился, она бы не прибежала советоваться. Ей показалось, что кто‑то специально подсовывает ей выгодных и полезных королевству женихов и я знаю только одного человека, который мог так быстро озаботиться устройством моей сестры.
— Что, совсем не понравился? — Не поверил принц, — мне он, конечно, тоже не очень нравится, но все фрейлины просто с ума сходят…
— Но я же не все фрейлины, — отодвинула блюдо Лира и откинулась на спинку дивана, — и зачем вы меня так обкормили?! Встать не смогу. Но мне не понравилось другое… Ты поняла, Илли?
— Думаю, да, — кивнула сеньорита, — но ты не учитываешь обстоятельств и своей ценности. Если бы у ее величества был свободный принц, тебя знакомили бы с ним. На юбилей съедутся гости со всех стран… кроме того, ты пойдешь к эльфам… сама понимаешь, отпускать к соседям такую выгодную невесту неразумно. Я сама сомневалась… говорить ли Кандику, что я дриада. Бенг на нашем первом знакомстве сказал, что невеста магиня это очень выгодно.
— Пойти накостылять ему что ли? — хмуро пошутил принц, — а я считал, ты мне не доверяешь. И обижался… если честно.
— Ладно, пойду в свои покои… — вздохнула Лира, — буду думу думать.
— Лучше не думай, — загадочно сообщила Илли, — я ее уже подумала.
— И как получилось? — Заинтересованно уставилась на нее сестра.
— Как взойдет луна, так и узнаешь.
— Да я же с ума сойду от любопытства… или к маме сходить? Наверняка она что‑то знает, — Лира собралась подняться, но ее остановило категоричное заявление сестры.
— Никто не знает. А то, что знает мама, она сейчас не скажет. Кандик, а ты вроде собирался к ее величеству сходить?
— Я передумал. Давай ты пойдешь отдыхать в спальню, а я поваляюсь тут на диванчике? Все равно меньше чем через час совет.
— Нет уж, вот теперь иди к себе, — с сожалением взглянула на него Илли, — тебе же к совету переодеться нужно? Времени и правда осталось мало.
Проводив неохотно уходящего принца взглядом, Иллира тайком вздохнула и повернулась к помрачневшей сестре.
— Ну а теперь рассказывай честно, на что обиделась?
— Илли… я не обиделась… вернее, не то чтобы обиделась, но начала сомневаться.
— В ком? Подожди… не отвечай. Лучше я скажу про себя. Ты же знаешь, что у меня нет никакого опыта в любви? Мне ведь нельзя было влюбляться и я это очень хорошо знала. Просто наизусть заучила. И все время старалась остановить себя, не шагнуть навстречу, не поверить ни ему, ни собственному сердцу. И все время помнила и про репутацию, и про необходимость заработать… А вот когда нас колдун поймал, и я не знала, удастся мне сбежать, или нет, вдруг поняла… что все бы отдала за то чтоб одну минутку посмотреть ему в глаза, ощутить на талии тепло рук… поэтому и точно знаю, что я его люблю. Канда. Таким, какой он есть, и мне ничего не хочется в нем менять… тогда это уже будет не он. и сама я очень боюсь меняться… вдруг он меня потом не узнает или разлюбит? Поэтому тебе никаких советов я давать не буду, не хочу, чтоб ты ошиблась. Но для себя я вывела формулу… не нужно торопиться. День, два, даже месяц или полгода — это ничто перед горечью разочарования и болью обиды, что ошибся. Я сейчас очень рада… что не торопилась… сопротивлялась изо всех сил. Но ведь у каждого это по своему… поэтому думай сама… и если еще хочешь что‑то рассказать, то я слушаю.
