деревня.
— Все верно, Дмитрий Алексеевич? — уточнил боярин.
— Верно, Иван Николаевич, — подтвердил я. — Оформляйте, счет выставите мне лично.
— Разумеется, — кивнул тот.
Технически ничего не мешало мне воспользоваться деньгами Красноярского княжества. Но я прекрасно понимал, что свой карман с общественным путать никогда нельзя. Княжество могут отобрать, и тогда право на это поместье отойдет новому владельцу, как недвижимость Красноярска. А с личного счета это моя собственность, и никто кроме меня на нее прав иметь не будет.
За исключением законных наследников, разумеется.
— К вечеру будет готово, Дмитрий Алексеевич, — заверил меня боярин.
Автомобиль выдвинулся на дорогу и набрал скорость, возвращаясь в Пермск. С учетом, что сделку с «Руснефтью» я уже провел, и подписанные документы ушли в головное отделение, оставаться дольше в гостях уже не было смысла.
Да и Иннополис вот-вот откроется. А мне, как владельцу наукограда, присутствовать при этом необходимо.
* * *
Когда мне позвонил Ростислав Владимирович Иващенко, и мы обсудили его возросшие физические возможности, я задумался. Мы все биологические братья, но совершенно не похожи между собой. Нет, по внешности-то сходство есть, и серьезное. Поставь нас в ряд, и это для всех станет очевидным.
Однако предрасположенности все же разные. Взять хотя бы Игоря Михайловича. Как Стремнев, он проявил талант управленца, а сам увлекся изучением магической системы, в то время как Иващенко стремился к военной карьере и усиленно развивал не мозги, а мускулы. При этом Иван Михайлович Соколов хорошо владеет собственным даром, развил ораторское искусство, но при этом теряется, когда дело касается его самого и семьи.
Идеальных условий никто не получил, но все проявили себя в чем-то своем. Разумеется, в рамках доступных возможностей. Старт у каждого получился особенным. И там, где мне обеспечивали лучших учителей и наставников, для того же Соколова основной упор делался на воспитание харизматичного лидера, которым семья может управлять.
Иван Михайлович проявлял инициативу редко, и собственные начинания редко доводил до результата. Но, конечно, об этом я узнал, уже пообщавшись с ним, а в первое знакомство великий княжич Выборгский производил впечатление уверенного в себе лидера. Увы, это оказалось лишь видимостью.
Самолет оторвался от земли, и я выглянул в иллюминатор, наблюдая, как отдаляется Пермское княжество. Несмотря на то, что Семену Константиновичу пришлось почти все свое время уделять учениям, мы все уже успели провести пару вечеров в хорошей компании.
Один чемодан со шприцами наноботов остался моему другу. Учения, конечно, может быть и отпугнут врагов, но в жизни всякое бывает, и мне не хотелось бы, чтобы князь Ефремов пострадал, когда у меня есть средство, которое поможет этого избежать.
Следует ли разослать по чемодану каждому главе рода? Естественно, начать с наших союзников. Заодно устроить наглядную рекламу, чтобы люди меньше боялись наступающего будущего — аристократы всегда на виду, и изменения хотя бы на уровне внешности заметят все.
Отцу Семена Алексей Александрович сам передаст наноботов. У них намечена деловая встреча, и князь Казанский повезет помимо обычных подарков еще и шприцы. Князь Амурский наш старый соратник, и входит в круг ближников моего отца.
Демидовы уже омолодились, и теперь получили небольшой запас времени, пока старость отступила. Кто знает, может быть, дед вспомнит молодость и попытается родить еще одного наследника взамен Кирилла Руслановича?
Сообщение от Иващенко с просьбой о личной встрече пришло на мой личный номер. Философские вопросы я сразу же отложил в сторону.
— «Оракул», устрой нам разговор на секретной линии, — велел я.
— Исполнено, князь.
О том, что майор ЦСБ сейчас в выделенной квартире, я предварительно убедился. Каждое жилье в том доме обеспечено прослушкой и глушилками сигнала. Вот ими-то мы и воспользовались, чтобы никто не подслушал Иващенко из соседей.
— Добрый день, Ростислав Владимирович, — поздоровался я, как только мой биологический брат взял трубку.
— Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич, — ответил он. — Так понимаю, раз вы звоните, никто нас не подслушает.
— Верно понимаете, — подтвердил я. — Для всех остальных вы сейчас прилегли подремать. У вас что-то случилось?
Он помедлил с ответом, очевидно, переваривая открывшуюся возможность «Оракула».
— Я надеялся, что у вас найдется способ поговорить приватно, — признался он. — Перейду к сути. Я изучил устройство блокираторов, которые мы используем, и нашел способ сделать так, чтобы покров отключался полностью. Не совсем уверен, что с этим делать, но вы, Дмитрий Алексеевич, единственный, кто действительно может подсказать что-нибудь в этом направлении.
— Дайте мне минуту, — попросил я.
Итак, наномашины прочистили моему брату мозги настолько, что он разработал усиленную версию техномагического оборудования.
А ведь я только что об этом размышлял. Теперь вопрос, насколько гениален может оказаться Ростислав Владимирович после правки наноботами заиграл новыми красками.
— Так, полное отключение покрова, — заговорил я. — Я сейчас затребую вас у великого князя Невского. Он отправит вас в командировку ко мне на Урал. О своем открытии пока никому не говорите, сначала испытываем его в деле.
— Признаться, я несколько сомневаюсь, что Емельян Сергеевич меня выпустит.
— По моей просьбе — выпустит, — заверил я. — И, Ростислав Владимирович, не стоит беспокоиться. Ваше открытие, если оно подтвердится, принесет пользу всей вашей службе. Естественно, вы будете обладать соответствующими правами на изобретение и связанные с этим выплаты.
Ответил мне Иващенко с некоторым ошеломлением в голосе.
— Выплаты, Дмитрий Алексеевич?
Нет, все-таки наномашины гения из моего биологического брата не сделали. Просчитывать так далеко он не способен, но все приходит с опытом. Перед майором ЦСБ ранее никогда не стояло таких задач, а потому ничего удивительного, что он растерялся.
— Конечно, Ростислав Владимирович, — произнес я. — У каждой разработки есть автор, который получает дивиденды за ее использование. К примеру, взять современные двигатели наших истребителей. Они хоть и производятся на Урале, однако главный конструктор, который этот проект и создал, живет в Мурманске, и с каждого произведенной единицы получает определенную выплату.
Несколько секунд Иващенко молчал, обдумывая ситуацию.
— Деньги мне не помешают, — заметил он.
— Они никому не помешают, — усмехнулся я. — Все, давайте на этом закончим. Я сейчас выбью вам командировку, и мы с вами все детально обсудим уже на Урале. Я предупрежу, вас встретят и проводят в мой особняк. Сам я прибыть смогу не раньше понедельника, а с вами будет говорить Волков Святослав Святославович. Это мой человек, которому вы все обстоятельно расскажете, и который рассмотрит ваше предложение с практической точки зрения. Потому что нередко бывает так, что идея кажется гениальной, но в исполнении слишком дорогой, чтобы ее вводить в массовое производство. Боярич Волков как раз этот вопрос и будет прорабатывать. А когда я прилечу на Урал, мы
