последние новости, или прослушать расслабляющую музыку.
Опробовав несколько режимов освещения, Инга Валентиновна приступила к водным процедурам. Такая услужливость со стороны техники, окружающей боярыню, ей понравилась.
Инга Валентиновна прекрасно умела ценить комфорт. Несмотря на тяжелое время, которое выдалось пережить после казни мужа, теперь боярыня Морозова вновь чувствовала себя членом благородного общества. И сейчас, контролируя голосом влажность и температуру в помещении, она поймала себя на мысли, что Дмитрий Алексеевич Романов, по чьему приказу все это и было установлено, оказывается, тот еще сибарит.
Там, где обычному аристократу требовались слуги, чтобы ублажить своего господина, князь Красноярский избавился от лишних людей, доверив обеспечение комфорта технике. Даже мыльные принадлежности можно было приказать себе подать — умные машины доставляли их прямо под руку.
При этом боярыня успела оценить количество прислуге в доме. Их было много, и никто не сидел без дела, каждому нашлось занятие. Как управлявшая крупными фондами, Инга Валентиновна прекрасно понимала, что Дмитрий Алексеевич не заменил людей машинами, а изменил их обязанности.
Приведя себя в порядок после дороги, боярыня как раз надевала украшения к ужину, когда дверь в ее покои раскрылась.
— Мама!
Княгиня Красноярская, кавалер ордена Святой Софии, создательница универсальной плазмы и наномашин, имя которой знал уже по всему земному шару, бросилась к Инге Валентиновне со слезами на глазах.
Обняв дочь, боярыня Морозова погладила Викторию по волосам и тихонько всхлипнула. Она почувствовала чуть подросший живот дочери, и теперь старалась сдержаться, чтобы не расплакаться вместе с ней.
Впрочем, это были слезы счастья.
— Наконец-то ты прилетела, — выдохнула Виктория, отступая на шаг и быстро вытирая слезы платком.
Инга Валентиновна улыбнулась ей и, перехватив платок, сама принялась вытирать лицо княгини.
— Конечно, я прилетела, Вика, — шепотом сказала она. — Разве могла я отказаться? Как только передала дела, сразу же села на самолет. Князь Демидов был весьма настойчив, так что летели мы под охраной. Велел сразу же обращаться, если что-нибудь понадобится его правнуку или правнучке.
Виктория Львовна стояла, опустив руки по швам, совсем как в детстве, когда мать, точь-в-точь как сейчас, вытирала ей слезы. И слушала родной голос, который, казалось, не слышала целую вечность.
Хотя они и виделись не так давно, и часто созванивались. Но все равно присутствие рядом матери радовало и окрыляло. Это перед другими супруга Дмитрия Алексеевича Романова была княгиней Красноярска. Но рядом с матушкой сама себя почувствовала маленькой девочкой.
— Спасибо, — еще раз прижавшись к боярыне, выдохнула Виктория. — Ты не будешь возражать, если я прикажу подать ужин здесь?
— Конечно, — согласилась Инга Валентиновна, после чего улыбнулась: — Это твой дом, Вика, и тебе решать, как и где кормить свою матушку.
Весь вечер Виктория провела в покоях боярыни, наслаждаясь встречей и не отложив все дела на завтра. Прислуга не мешала, прекрасно понимая, что княгине нужно провести время со своей матушкой.
Викторию Львовну здесь искренне любили, и готовы были исполнить любой ее приказ. Не знали в Красноярске такой доброй и милостивой хозяйки. Она судила споры по справедливости, поддерживала слабых, относилась с уважением к каждому, не взирая на социальное положение. К ней всегда можно было прийти с проблемой и найти решение или помощь.
А потому все прибывающие по делам в особняк князей Романовых аккуратно и вежливо заворачивались обратно. Управляющий записывал каждого, сортируя их по степени важности, чтобы завтра, когда Виктория Львовна вновь вернется к своим обязанностям, у нее не возникло никаких проблем.
Этот вечер же принадлежал только матушки и дочери, которой совсем скоро и самой предстояло стать матерью.
* * *
Иннополис. Князь Дмитрий Алексеевич Романов.
Выстроенный отцом город действительно казался пришедшим из будущего.
Посреди огромных зеленых зон, высаженных специалистами, поднимались к небу высотки не меньше пятнадцати этажей каждая. Широкие трассы, рассчитанные под многомиллионный ежедневный поток автомобилей, пересекали пространство между строениями.
Корпуса институтов и университетов, которым еще только предстояло прославиться на весь мир, возвышались над городской застройкой. Обилие дорогих автомобилей на улице, опрятные и чистые люди на тротуарах. Для благородной публики были возведены специальные гостиничные зоны за чертой города.
Яркие неоновые вывески предприятий и магазинов, множество торговых центров. Было заметно, что живут здесь люди состоятельные, и способные себе позволить дорогие покупки.
Городской транспорт передвигался под управлением «Роя», хотя в каждом такси или автобусе все еще сидел шофер. Но ему уже не приходилось самому рулить и давить на педаль, если не возникала экстренная ситуация на дороге. Обученный на управлении боевыми машинами в грязи и бездорожье, искусственный интеллект легко справлялся с потоком автомобилей.
Но и стоило это все огромных денег. Возвести такой наукоград за считанные месяцы… Даже не знаю, сколько лет ушло бы у рода Романовых, если бы не инвестиции партнеров. Не было в Русском царстве такой стройки, что поглотила бы без остатка двести миллиардов рублей. А ведь это только начало, официальное открытие города еще только завтра.
Скоростная трасса привела меня к двадцатиэтажному зданию Научно-Исследовательского Института Современных Технологий Иннополиса. Подземная парковка на десять этажей — и тысячу машиномест — частично уже была заполнена. В этом НИИ трудились и учились больше полутора тысяч человек — самые первые, кто отважился переехать на новое место.
Поднявшись на скоростном лифте на самый верх, где располагались отдельные апартаменты, я прошел к дверям, и створки разъехались в стороны. Огромное помещение просвечивалось солнцем — кровлю и стены настроили так, чтобы можно было полюбоваться видом на окрестности.
Алексей Александрович сидел за своим столом, что-то изучая на ноутбуке. Справа от него разместился Сергей Алексеевич. Мой стол пока что пустовал.
Да, верхний этаж НИИ Современных Технологий Иннополиса являлся резиденцией клана Романовых. Но, в конце концов, это мой город, и я здесь делаю, что хочу. Вот и пожелал устроить себе комфортную зону на вершине самого высокого здания в городе.
— Доброе утро, князь Романов, — с улыбкой поприветствовал меня отец.
— Утро доброе, князь Романов, — ответил я, кивая в ответ, после чего повернулся к брату: — Здравствуй, князь Романов.
Шутка получилась сама собой. Все присутствующие имели титул князя, и хотя мы с Сергеем подчинялись Казани, наш клан в очень краткие сроки оброс властью, подданными и деньгами.
Совсем не такой была моя семья, когда я только-только осознал себя в этом мире. И тот факт, что я приложил руку к возвышению Романовых, заставлял меня испытывать чувство гордости. Можно сказать, что я выплатил все моральные долги перед семьей, которая приняла меня, воспитывала и обеспечивала.
— Завтра состоится церемония, — напомнил Алексей Александрович. — У тебя все готово?
