- Ну, пожалуйста. – Принялась Оля чуть ли не умолять щенка, все больше опасаясь за судьбу одеяла. А так же, волнуясь о судьбе ковра под ногами. Мало ли, когда этому вредине захочется в туалет? И вспомнит ли он о специальном ящике, который они с Денисом для этого купили?
- Так, все! – Решительно заявила Оля и, оставив уговоры, силой извлекла одеяло из зубов щенка.
Тот обиделся и выразительно рыкнул в ее сторону, одарив обиженным взглядом. Честное слово. Она могла поклясться, что именно обида светилась в темно-коричневых глазах Бродяги.
- Ну, прости. – Прижавшись щекой к холодному и влажному носу, пробормотала она, тут же сменив гнев на милость.
Оля до этого никогда не владела животным, и даже понятия не имела, что те настолько понятно выражают свои эмоции. Это ее умилило и рассмешило. Даже страх испортить что-то из вещей и разочаровать Дениса – стал меньше, и показался немного глупым. Он бы не согласился брать Бродягу еще вчера, если бы не хотел их появления здесь со всеми вытекающими последствиями, в конце концов. Да и, потом, он ни разу не отнесся к ней свысока, холодно или с разочарованием. И вряд ли будет теперь что-то менять, когда сам вечером признался, что любит.
Мысли тут же переключились на вчерашнюю ночь, и внутри закружился вихрь эмоций, от смущения и некоторого страха о будущем, до счастливой эйфории.
Бродяга несильно укусил ее пальцы, оторвав от размышлений. И Оля поняла, что задумавшись о Денисе, позабыла обо всем на свете.
Щенок еще раз куснул ее, видимо, требуя внимания к своей персоне. А может, и проголодался.
Оля улыбнулась и почесала Бродягу за ухом.
- Пошли искать хозяина, да, проказник? Заодно, и завтрак тебе сообразим.
Осмотрев комнату, в поисках своего платья, Оля обнаружила то на полу в весьма помятом состоянии. Оставалось надеяться, что у Дени имелся утюг. Но вопрос с одеждой к завтраку оставался открытым, не идти же ей на кухню в одних трусиках? Оля еще не чувствовала себя настолько уверенной, смелой и сексуальной, чтобы разгуливать по дому Дениса в одном белье.
На глаза попалась сорочка Дениса, висящая на спине кровати.
- Как думаешь, это будет не сильно самоуверенно, Бродяга? – отчего-то шепотом поинтересовалась она у щенка.
Тот не отозвался, а успокоившись на ее руках, заинтересовался собственной правой лапой, и предоставил Оле самой разбираться с гардеробом.
Вздохнув, Оля наклонилась и подняла с пола свое платье. Не хотелось надевать то, уж очень сильным было ее желание выглядеть самой-самой красивой, чтобы Денис и не подумал, что бывают лучше. Глупо, конечно, он, наверняка, видел куда более красивых женщин за свою жизнь. И не только видел. В конце концов, ему тридцать два и он жил не в монастыре все это время. Так что, даже отутюжь она сейчас сарафан, что толку? Красивее, чем есть – не станет.
Настроение снова стало ухудшаться. А все потому, что Оля просто не знала, как вести себя дальше, что делать, как ему улыбаться, даже? Она нервничала при одной мысли, что сейчас пойдет искать Дениса и посмотрит ему в глаза после того, как ночью они занимались любовью. И, в то же время, безумно хотела его увидеть немедленно. Не знала, что сказать, и не сомневалась, что и промолчать не сможет, начнет нести всякую чепуху, только чтобы скрыть свой страх и неуверенность. Губы пересохли, а в животе творилось черт знает что. И это она еще и шагу не сделала из спальни.
Вчера ночью все казалось простым и понятным, естественным. А сегодня, проснувшись в одиночестве, Оля не знала, как вернуть былую уверенность в себе.
Эх, если бы она знала больше об отношениях! Была бы чуть опытней, чтобы точно знать – не ошиблась, и все делает правильно! А так, как узнать, как проверить, что не совершила какую-то непоправимую глупость? Ведь Оля никогда и не с кем не то, что не занималась любовью, а даже не встречалась до Дениса.
Но, с другой стороны, она и представить себе не могла, что позволила бы какому-то другому мужчине то, что вчера было них с Деней. Ей это казалось глупым и просто нереальным. Никто не вызывал в ее душе таких чувств раньше. А потому – вообразить, что была бы настолько близка с кем-то другим, даже теоретически – Оля не сумела. Значит надо было срочно брать себя в руки. Немедленно. И перестать то и дело впадать в панику. Но Оля пока не справлялась.
Еще раз встряхнув платье, в слабой надежде то расправит, она опустила Бродягу на пол.
- Посиди спокойно минуту. – Тихо велела Оля щенку, собираясь одеться.
И снова уставилась на рубашку Дени. Как бы ей хотелось быть достаточно смелой и уверенной в себе, чтобы ту надеть и выйти к нему. Почему то, ей казалось, что это сделало бы их еще ближе. Во всяком случае, возможность брать одежду любимого, самой Оле казалась чем-то важным и значимым, символизирующим переход их отношений на совсем иной этап не меньше самого секса.
Но ведь все, и правда, изменилось. Так, может быть, стоило отбросить сомнения так же, как вчера отбросила страхи, и сделать то, что хотелось? По крайней мере, она сразу выяснит, против ли Денис подобного самоуправства с его вещами, или, наоборот, будет доволен, увидев ее в своей рубашке?
Потратив на сомнения еще несколько минут, она все-таки оделась и, взяв Бродягу, несколько боязливо вышла в коридор.
Ноздрей тут же коснулся очень-очень вкусный аромат. Что-то, безумно знакомое, но не желающее оформиться названием в мыслях. Сладкое и дразнящее. Оля даже облизнулась, словно пыталась попробовать воздух на вкус, чтобы разобраться. Но так и не вспомнила, что же это. Решив идти на запах, почти уверенная, что там найдет и Дениса, она отправилась в сторону кухни.
Оля не ошиблась, Денис действительно находился на кухне. Он стоял, опираясь обеими руками на стол, и что-то рассматривал на мониторе своего ноутбука. Его губы шевелились. И пусть Оля не все уловила, было похоже, что Денис ругается.
- Доброе утро. – Неуверенно и тихо, страшно волнуясь, проговорила Оля, опасаясь, что проглотила большую часть букв.
Денис тут же поднял голову и улыбнулся.
- Доброе…
Он замолк на полуслове, и Оля испугалась, что все-таки зря решила рискнуть с его рубашкой. Она уже открыла рот, чтобы попытаться объяснить, пусть и не совсем понимала, что и как. Но не успела ничего сказать. Так и не окончив приветствия, Денис за пару шагов пересек кухню, и, обхватив ее лицо своими большими ладонями, жадно припал к ее губам.
