Зато, вовсе не надо было прятать улыбку, и Оля очень открыто улыбалась, постоянно. У нее уже щеки немного покалывало, но она просто не могла прекратить. И это тоже было счастье. Не такое, как она ощущала вчера ночью, совсем другое, без тягучего и томительного напряжения внутри живота, без страха и волнения от непонимания, как все делать и что говорить. Это было простое и легкое счастье из-за понимания, что у них уже так много было и есть, и в то же время – еще безумно много таких вот дней и ночей впереди.
На этой мысли она все время начинала безудержно краснеть, вспоминая подробности той самой ночи, и быстро пряталась от всех и вся под волосами. Но улыбаться, все равно, не переставала. Просто не могла, и все тут.
Оля так боялась утром, что кто-то все-таки узнает, поймет, догадается. Сидела в машине, смотрела в окно и нервничала, кусая губы. Основательно и серьезно, с толком нервничала. Пока Денис, явно заволновавшись, не выяснил, что именно так ее «грызет». А когда она, все-таки, призналась, рассмеялся так, что пришлось припарковаться, управлять машиной в таком состоянии он не мог. Отсмеявшись, Денис с ласковой улыбкой посмотрел на нее и Оля почувствовала себя маленькой девочкой от этого взгляда.
- Ну и что, красуня? – Спросил ее Деня, нежно поцеловав Олю в губы. – Лично нам с тобой, какая разница? Какое нам дело до их мнения, если нам с тобой хорошо?
И подумав, она поняла, что и правда – разницы нет никакой. Даже если кто-то посмотрит на нее и все поймет, это не изменит того простого факта, что она любит Дениса. А он, каким бы невероятным это все еще не казалось Оле, любит ее. А до чужих мыслей и проблем ей нет дела. Осознав это - она успокоилась.
На целых две минуты.
Потом Олю начал одолевать дикий страх и смущение оттого, что Денису приходится успокаивать ее все время. И он просто посчитает ее истеричной девчонкой. Она снова уставилась в окна. Но не смогла ничего скрыть. Каким-то непонятным образом Деня вновь ощутил, что с Олей что-то не то. И опять разобрался, уже заранее затормозив у обочины. Оля поверила его уверениям, что ничего подобного Денису даже в голову не приходило и, вообще, нет ничего странного в ее напряженности и сомнениях после случившегося. Ведь для Оли все происходит впервые.
Она, честно, не подумав, со всей непосредственностью тут же поинтересовалась, испытывал ли и он нечто подобное после первого раза? После чего Денис предпринял героическую попытку побороть новый приступ гомерического хохота, а Оля вдруг решила, что совершенно не хочет знать ответ. Потому что от одной мысли, что он был с кем-то другим вот так же, как вчера с ней – стало очень больно. Почти невыносимо.
Денис догадался и об этом. Мысли он ее, что ли, читал?
В этот раз, правда, он не смеялся. А просто пригрозил, что сейчас развернет машину, и они поедут домой. К нему. И он сделает все, чтобы заставить ее забыть обо всех этих глупостях. Оля покраснела, но была совсем не против, если честно.
Правда тут же, весьма не вовремя, подняла голову ее ответственность и пришлось напоминать Дене, что он «при исполнении» обязанностей хозяина. А сама она взята на работу Наташей по его рекомендации. И негоже подводить беременную сестру и портить его репутацию.
Денис попытался возразить, что и его беременная сестра, и его репутация вполне переживут такое испытание, тем более, если в награду он получит ее. Но Оля не поддалась на уговоры, а звонок Сергея, интересующегося, когда Дэн приедет с ключами, решил вопрос сам собой. Оставить сотрудников мокнуть по такой погоде до приезда администратора они не могли.
В общем, утренняя дорога оказалась наполненной морем событий.
И это при том, что на заднем сидении машины непоседливо возился Бродяга, внося свою лепту визга и лая в сомнения, хохот и споры. Оля, разумеется, щенка не слышала, но прекрасно видела, как тот носится сзади и, то и дело, раскрывает пасть, тявкая. Да и Деня постоянно оборачивался, чтобы попытаться успокоить непоседу.
После такой поездки Оля не удивилась бы, если бы Денис тут же убежал в кабинет и закрылся там до вечера, в поисках покоя и тишины. А может и вовсе, принялся избегать их с Бродягой, компании.
Однако тот даже не подумал о чем-то подобном. Наоборот, почти каждые пятнадцать минут выходил в зал, иногда чтобы сказать ей что-то, больше похожее на надуманные предлоги для встречи, а иногда, когда Оля оказывалась действительно занятой, просто стоял и с улыбкой следил за ней. И при этом он казался таким же счастливым и довольным, какой она ощущала себя. Потому, наверное, от каждого взгляда на такого Дениса, Оля теряла свои сомнения и чувствовала все большую уверенность в себе самой и в их чувствах. Хотя, если бы еще два дня назад кто-то сказал бы ей, как именно Оля начнет нервничать и дергаться после первой ночи с любимым мужчиной – ни за что бы не поверила. Волноваться, да, это понятно. Но вот так комплексовать…
Какой-то абсурд.
Оля очень надеялась, что после второго раза, и последующих тоже, кстати, с ней больше не случится подобного… припадка самокритики. Сколько бы Денис не говорил, что это нормально, ей не понравилось.
Поставив поднос с чистыми и сухими чашками на столике за стойкой бариста, Оля осмотрела зал. Сейчас, в два часа пополудни, посетителей было мало. Сыграла свою роль и погода, наверно, и послеобеденное время. А значит, можно было со спокойной совестью взять свой двадцатиминутный перерыв. Девочки без нее справятся.
В основном, Оля помогала официанткам. Заказы принимать она, разумеется, не могла, разве что, когда клиенты были поодиночке. Но вот убирать и уносить со столов грязную посуду, приносить чистые чашки бариста, чем-то помочь на кухне – была в состоянии. И ей очень нравилось работать с этими людьми, и в этом, конкретном, заведении.
Однако сейчас, несмотря на всю кипучесть и бурлящее состояние счастливой души, хотелось просто сесть и немного отдохнуть. От всего, и от работы, и от волнений, и даже от переизбытка радости. Правда, в одиночестве отдыхать не хотелось.
Словно ощутив это ее желание, рядом тут же оказался Денис.
- У тебя перерыв скоро? – Поинтересовался он, подобно ей самой обведя зал глазами.
- Сейчас, - не сдержав улыбки, призналась Оля.
- Хорошо. – Улыбнулся в ответ Денис, с явным удовольствием. – Мне позарез необходимо твое общество, - признался он.
