вперёд!
Вторым идёт король и третий урод от синдиката.
— Господи! О, мой бом! Что делает этот козёл! Су...
Ору от ужаса и не могу отпустить бинокль, надо бы уже бежать вниз! Но я застыла на месте, мне словно мало было увидеть кровь и рану на Диме, так теперь вот оно, убийство происходит прямо сейчас!
Внизу после спуска, начинается прямой участок, примерно метров триста и мост.
Узкий деревянный мостик! И эта тварь синдикатская подсекает прямо у моста короля. Он его толкает! Сталкивает вниз. Идёт на таран и снова толкает. От ужаса Тэодор растерялся, испугался сначала за авто, а потом и за себя. Потерял драгоценные секунды и не увернулся от удара.
Автомобиль короля слетает вниз. Если там глубокий каньон, то я единственный свидетель гибели Тэо.
Руки дрожат так, что я уже не могу и в бинокль смотреть, но смотрю. Убийца спокойно проехал по мосту, и я увидела то, что меня окончательно взбесило. За мостом кусты, этот гад въехал в них на разбитой машине, а выехал на совершенно новой. И там даже номер участника точно такой же закреплён. Это запланированное покушение на короля!
Как же я разозлилась.
Спускаюсь, кидаю бинокль на заднее сидение, и чуть быстрее чем планировала, спускаюсь по склону. Но всё обошлось, мы с «Ласточкой» справились на ура!
Тормоза выдержали, несколько раз противно взвыли, но отделались без дыма и пыли!
Подъезжаю к обрыву, кусты мешают, но я вижу, что машина зависла метрах в семи от края, и стоит довольно устойчиво. Единственная проблема — если топливо разлито, есть опасность возгорания.
И скорее всего, скоро сюда приедут соучастники преступления и просто взорвут авто, но чуть позже, чтобы алиби преступника выглядело более правдоподобно, типа он успел уехать.
— Так! Господи, хоть бы ты был в сознании! — шепчу и начинаю спуск. Кусты зацепили на кепку, и мой очередной парик остался висеть на ветках. А улики оставлять нельзя. Быстро прячу парик в карман куртки и продолжаю спуск.
— Тэо! Ты живой?
— Да! Но ударился, ты кто? — этот вопрос он задал, когда я уже спустилась и вместо ответа сама предстала перед ним во всей своей рыжей красе.
— Я, кто же ещё! — хмыкаю скорее от радости, что он в сознании и живой. Но Его Величество неожиданно разозлился.
— Ты? Кэтрин! Какого дьявола ты рискуешь? Беги за помощью! Боже, тебя ещё не хватало, — простонал красавчик, пока я пытаюсь вытащить его из искорёженного автомобиля.
— Я и есть единственный спасатель, больше никого не осталось, но если моя помощь ниже вашего достоинства, то оставайтесь ждать стервятников, они вас быстро приведут в чувство взрывом0 и следа не останется, — усталость во мне вспенивается злостью. С таким трудом спустилась, помогаю, а этот индюк ещё и недоволен?
— Я же просил не лезть в это дело! Должен был ехать твой немец! Кэтрин! Так нельзя! Дальше по дороге лагерь, позови помощь.
— Мне некогда ехать за помощью. Тебя хотели убить, и я думаю, что на этом дело не закончилось, нам пора выбираться. Ты со мной или предпочитаешь ждать несуществующую помощь?
Надо было видеть, как поменялись его бездонные глаза, злость, обида и, наконец, смирение. Но я делаю шаг от него и слышу:
— Прости меня, пожалуйста, я всё это время думал только о тебе, но... Но это опасно! Они тебя не пощадят! Кэтрин! Я серьёзно, сойди с трассы пока живая, не переживу, если с тобой что-то случится! — он не злится, он за меня боится?
— Этот урод сменил машину, понимаешь! Хватит киснуть, за нами едет реальный убийца, и сейчас он начнёт скрывать улики. Взорвёт тебя на фиг, это не шутка.
Потом будешь ныть, а сейчас давай держись и пошли наверх. Ноги целые? — мой голос дрожит от избытка эмоций, я путаю слова: немецкий, французский и даже русский, но, к счастью, силы пока есть.
— Да, грудью об руль и лицом о лобовое стекло ударился, — стонет король, а я и сама вижу ссадину на его благородном королевском лике.
Мы выбираемся наверх, ещё раз осматриваю Его Величество. В состоянии аффекта можно и не почувствовать увечья. Но вроде кроме синяков и ссадины на лбу, да, возможно, сломанное ребро, больше ничего ужасного не обнаружила.
— Всё, садись, нам ещё нужно кое-что забрать, прижму гада уликами.
— В смысле? — Тэо не понял, о чём я сейчас, но мы уже проезжаем мост, вот и кусты. Бегу к спрятанному автомобилю преступника и срываю номер, а ещё у него фара болтается сломанная, и на ней краска с королевского автомобиля. Ножом перерезаю провода, забираю фару, осматриваю кабину и замечаю какой-то листок между сидений, всё нужно хватать. Да это же талон участника! Вот повезло!
— Улики. У него второй автомобиль был тут спрятан, он теперь на чистеньком едет по трассе, а этот сейчас заберут, и никто, кроме нас не знает про преступление.
Надо было видеть лицо Тэодора. Его начало трясти, как в ознобе. Стресс, боль и страх. Дошло, наконец, что он главная мишень?
— Всё это ради того, чтобы тебя убить, дорогой король! Садись и полетим, я сделаю этих козлов, а ты мне подсказывай дорогу, штурман!
— С тобой я и вокруг света готов...
Он довольно улыбнулся, и тут же застонал. Да уж, мечты сбываются, хотел со мной кататься по горам, вот и катаемся!
Глава 41. Матильда жжёт!
— Мадам Матильда! Там к вам раненный! — Жульет вбежала в комнату к тёте, сама испугалась, и хозяйку взбодрила.
— О мой бог, кто же это?
— Господин Бенцер и его люди. Его ранили сразу на старте! — Жульет уже хватает небольшую шкатулку-аптечку и бежит на выход.
— Так, а с Кэти что? — вопит Матильда и спешит следом. День и без этого нервный. Но открытых нападений никто не ожидал.
Женщины вышли во двор, Роберт уже сидит на небольшой веранде, рядом Эд с сыном, все взволнованные, уставшие. Жульет без лишних слов начала обрабатывать рану на голове Роберта.
Эрик рассказал, как произошло нападение и в конце добавил:
— Госпожа Кэтрин приказала рассказать всё вашему адвокату и полиции.
— Это она правильно сказала, о боже. Наш Хьюго сегодня занят похоронами и оформлением детских документов после смерти матери. Что мне делать-то? —Матильда
