- Я умею убеждать. Это моя профессия, - ухмыльнулся адвокат.
Звук льющегося в бокал шампанского, запахи цветов, тихий стрекот насекомых в кустах – идиллия для двоих и никого больше нет целом мире. «Я никогда не была так счастлива» - думала Женевьева. «Я никогда не был так счастлив» - мысленно вторил ей Саймон.
- За нас, - подняв бокал провозгласил мужчина, - за нашу встречу, пусть она станет началом для долгих и крепких отношений.
- За это я выпью, - согласилась с безмятежной улыбкой Ева.
Бокалы медленно двинулись навстречу друг другу, мечтая соединиться в мелодичном звоне. Дзынь! Но звук вышел другой, оглушающий и жесткий. В тот же миг на груди у Саймона начало расплываться темное пятно. Не в силах даже закричать, Ева выронила бокал и в ужасе уставилась на человека с пистолетом в руке, вышедшего из-за кустов.
- Барни! – хриплым от страха голосом прошептала девушка. – Что ты…?
Не договорив, она бросилась к Саймону, что рана была смертельная стало понятно сразу. Мужчина лежал на земле, глядя невидящими глазами в небо, на груди росло бурое пятно. Из глаз Евы полились слезы, которые капая на лицо погибшего скатывались по его щекам, будто сам он плакал. Сквозь шум в голове девушка услышала, как Барни Финч что-то бормочет.
- Должна была быть моей… эта сучка Сюзанна сбежала с пианистом…Оставила меня без гроша… Мы должны были пожениться, Женевьева… Если бы ты не была дурой, я бы его не убил… Я же оставил тебе послание дома… Сама виновата…
Неизвестно откуда у девушки взялись силы, но она неожиданно резко вскочила на ноги и набросилась на убийцу. Пистолет выпал из его рук, а сам Финч не удержался на ногах и завалился на спину. С ненавистью в глазах Ева подбежала к пистолету и, подняв его дрожащей рукой, нацелила в голову Барни.
- Ты же этого не сделаешь, дорогая, - в голосе Мужчины послышались просящие нотки, - это все ради тебя, только ради тебя.
- Ненавижу! – Ева выстрелила, но ничего не произошло.
- Дура! – Финч поскочил, вырвал пистолет из рук девушки и с силой толкнул ее на землю, - Ты забыла взвести курок, - злобно ухмыльнулся он.
Неожиданно из кустов раздался шум.
- Стоять! Руки за голову!
Пара полицейских с оружием наготове выскочили к фонтану. Один подбежал к Финчу, выбил из его руки пистолет и скрутив за спиной руки опрокинул на землю. Щелкнул замок наручников. Другой помог Еве встать.
- С вами все в порядке, мисс? В полицию позвонила женщина, сказала, что выгуливала собаку и услышала в парке выстрел. Мы с офицером Маккинли, - махнул в сторону напарника полицейский, - патрулировали этот район и получили вызов в Ботанический сад. Как вы? – в его голосе слышалась искренняя озабоченность.
- Нормально, - только и смогла выдохнуть Женевьева.
- Сэм, - окликнул напарника офицер Маккинли, - а это кто?
- Сай-мон, - заикаясь сказала девушка, - мы ужинали вместе… у нас было свидание…
Больше она ничего не смогла сказать и с рыданиями опустилась на колени рядом с погибшим.
Моментально оценив ситуацию, полицейский взял запястье мужчины и, уже заранее это предчувствуя, не обнаружив пульса, вызвал по рации скорую и велел напарнику отвести Барни в машину. Затем подошел к девушке:
- Мисс, вам нельзя тут оставаться. Мы отвезем вас домой. За ним сейчас приедет скорая.
- Нет, - сквозь слезы возразила Ева, - я хочу остаться здесь.
- Хорошо.
Через пару минут подъехала медицинская бригада, бегло осмотрев Саймона, один из них покачал головой и дал знак грузить на носилки. Спустя еще некоторое время в парке остались только Женевьева и полицейский офицер, который не хотел оставлять девушку одну. Но вскоре и он, натолкнувшись на удивительное упрямство девушки, отвел ее к скамейке в глубине сада и ушел.
* * *
В такую ночь кажется, что если закричать, тебя услышат на другом краю земли. Но она не думала об этом, не пыталась кричать, а только беззвучно плакала на скамейке в парке, сморщив лицо и глядя с ненавистью в небо.
- За что? За что? – слышалось снова и снова.
Когда, казалось бы, не осталось сил даже плакать, девушка услышала мелодию «Одинокий пастух»…
Глава 7
Доброта и сочувствие отличают нас от животных
Запыхавшись, Олей без стука влетел в дом Дайена.
- Дай! Где ты?
- Тут я, - ответили сверху.
Олей бросился вверх по лестнице, едва не сбив с ног друга.
- Нужна твоя машинка!
Дайен удивленно посмотрел на друга:
- Зачем? Она же не будет печатать в чужих руках. А где твоя?
Олей на секунду застыл, моментально вспомнив, что им говорили на лекциях мастера: «Ваша печатная машинка это ваш инструмент, никто кроме вас не сможет написать на ней сценарий».
- Что же делать? – в отчаянии закричал мальчик.
В течение следующих пяти минут он пересказал ошеломленному другу события сегодняшнего дня. Немного подумав, Дайен предложил воспользоваться старой машинкой отца.
- Но я не уверен, что она еще может писать сценарии. Да и вообще, тебя же накажут!
- Меня уже приговорили к изгнанию, забыл? Скоро обнаружится, что я не явился в Дом небесной справедливости и за мной пошлют Немезиду. Надо поспешить.
Вытащив старую пыльную печатную машинку, мальчишки осмотрев ее, пришли к выводу, что она еще способна кое на что. Разве что буква «эл» западает.
Заправив чернилами ленту и вставив лист бумаги, предусмотрительно прихваченный из Дома сценаристов, Олей приготовился написать последний сценарий в своей жизни.
- Расскажи мне пока все, что знаешь о Полотнах Судьбы, можно ли их переплести, как вообще исправить уже свершившееся пророчество, почему Пифии так издеваются над Забытыми, - обратился он с просьбой к другу, окончившему десять ступеней обучения и явно знающему обо всем куда больше самого Олея.
- Хм, ну во-первых, каждое Полотно ткет одна Пифия, она вплетает в него нити предсказаний, пришедших к ней во время медитации. Когда она получает последнее предсказание – о смерти человека – она вплетает и последнюю нить. На этом ее работа закончена. Сценарист тоже должен написать этот момент и потом Полотно считается законченным и поступает в Небесный архив на вечное хранение. Ну понятно, что его еще потом проверит Мастер. До этой проверки кое-что в сценарии еще можно изменить, ну там мелкие ошибки исправить… Исправить Пророчество… Ну это невозможно! По крайней мере я о таком не слышал. О Забытых тоже известно мало. На девятой ступени Мастер Акела рассказывал легенду о том, что это игра Пифий, которую старые ведьмы изобрели давным-давно от скуки. Якобы они путем жребия выбирают человека и посылают ему 33 Беды, которые непременно приводят того к трагической гибели в относительно молодом возрасте. Правда, смысл игры немного в другом. Пифии ставят одно условие – если человек сможет каким-то мистическим образом выжить после такого, то он освобождается от дальнейших мучений и становится едва ли не «ходячим счастливчиком». Но история о таких случаях умалчивает. Ни разу ни один из Забытых не смог вырвать свою судьбу из рук старух…
