Олей оторвался от Полотна. Бедного мальчишку трясло, ему своей рукой предстояло написать сценарий еще на две Беды, к счастью, третью, фатальную, мастер Алкей приберег для себя.
В последний раз тяжело вздохнув, хрустнув пальцами и более-менее удобно усевшись Сценарист начал печатать.
«Она опять опаздывала на автобус…»
Глава 2
Не было бы счастья, да несчастье помогло
Она опять опаздывала на автобус. Он уже начал отъезжать от остановки, когда Женевьева сделав последний олимпийский рывок выскочила из-за угла и размахивания руками, как ветряная мельница, понеслась прямо наперерез Икарусу. Давно привыкший к этому зрелищу, водитель снизил скорость и открыл дверь. Девушка залетела и плюхнулась на свободное место (о, неужели, действительно свободное!) в самом начале салона. Вытащив из сумочки зеркальце и пудреницу Ева критически оглядела свое лицо. Как и следовало ожидать, от бешеной гонки тушь размазалась, а лоб блестел. Кое-как поправив макияж девушка пыталась устроиться поудобнее, ехать до работы предстояло не менее сорока минут.
На нее всегда обращали внимание, не только из-за очень привлекательной внешности, но и из-за странной печали в красивых зеленых глазах. Невысокая, крепко сбитая, с копной огненно рыжих волос, спускающихся до талии, ведьминскими глазами цвета изумруда и неровной россыпью веснушек на лице, Женевьева привлекала взгляды окружающих, где бы не находилась. Только вот счастья это не приносило, ведь девушка до сих пор была одна. Несколько неудавшихся романов в прошлом давали ей повод думать, что одиночество это ее удел. Может через пару десятков лет она поселится в миленьком доме за городом, заведет кошку (обязательно назовет ее Матильдой) и посадит тюльпаны и сирень, свои любимые цветы…
Автобус остановился, принимая очередную порцию пассажиров. Этот маршрут пользовался успехом у тех, кто работал в центре города, а жил на окраине, как Женевьева.
- Можно сесть рядом с вами, - раздался у нее над ухом чуть хриплый мужской голос, от которого у любой девушки мурашки побегут по коже.
«Вот бы он выглядел как Джордж Клуни, был высокий, умный и неженатый, - подумала Ева, не поднимая глаз, и особо не надеясь на свою удачливость, - ну пусть хоть не будет совсем страшным».
- Могу я присесть, - снова этот голос.
Женевьева нехотя подняла голову, ожидая самого ужасного зрелища.
- О! – единственное что ей удалось выдавить из себя, когда перед глазами предстал превосходный образец мужчины: не меньше 190 сантиметров ростом, широкоплечий и подтянутый, с черными густыми волосами небрежно растрепанными и падающими на лоб легкой волной, теплыми карими глазами и самым красивым носом, который ей приходилось видеть – прямым, аккуратным, не знающим переломов (в отличие от ее собственного).
Через пару минут бесстыдного разглядывания Ева сообразила, что надо что-то ответить:
- А…да… садитесь…
- Хм, - вопросительно глянул на нее мужчина и показал глазами на сиденье.
Девушка проследила за его взглядом и, смущенно зажмурившись от собственной глупости, поспешно сняла с сиденья свою сумку и куртку.
Мужчина изящно, как большой кот, скользнул на место, глянул на соседку и протянув в приветственном жесте руку, сказал своим обалденным, доводящим до эротических фантазий, голосом:
- Саймон.
Ева неуверенно пожала его ладонь.
-А вы…? - напомнил о себе мужчина.
- Каролина… то есть Женевьева, - ляпнула девушка, тут же мысленно стукнув себя по голове за то, что сначала назвалась именем бабушки.
- Приятно познакомиться, Женевьева, - опять этот сводящий с ума голос, - вы француженка?
- Наполовину, Мой отец француз, мама англичанка, - разоткровенничалась Ева, - а вы?
- А я англичанин, чистокровный, - сверкнув ровными белыми зубами улыбнулся Саймон, - вы едете на работу?
- Да, в школу для детей с отставанием в развитием имени Святого Николаса, я учительница.
- Наверное интересная у вас работа, дети – это так чудесно, - пристально глядя на девушку заметил Саймон.
«Ага, как же, - подумалось девушке, - такие чудесные детки подкладывают в ящик рабочего стола дохлых мышей, подпиливают ножки у стула, натирают доску мылом». Но ответила иначе:
- Да, работать с детьми – одно удовольствие.
Остаток пути они провели мило болтая о всякой всячине, Саймон рассказал, что работает в адвокатской конторе со своим братом, она находится как раз напротив школы. Обычно он ездит на работу на своем автомобиле, потому они и не встречались раньше, но сегодня утром, как назло, его Мерседес отказался заводиться, и пришлось пересаживаться на общественный транспорт. За разговорами время пролетело незаметно, и вот автобус уже остановился возле школы.
Женевьева и Саймон вышли и остановились глядя друг на друга.
- Ну, мне пора, - пробормотала Ева.
- Мы можем встретиться и сходить на ленч в «Капитоль», - махнув головой в сторону уютного ресторанчика на углу, предложил мужчина, - я подойду за вами к трем, ваши уроки как раз закончатся, а до автобуса останется еще два с половиной часа.
- Это время я обычно использую, чтобы проверить домашние задания и подготовить материал на следующее занятие, - неуверенно ответила Женевьева.
- Но завтра выходной и он полностью в вашем распоряжении. Грех работать в пятницу вечером, когда можно потратить это время с большей пользой для себя.
То ли аргументы были хороши, то ли голос Саймона так располагал к себе, но, недолго подумав, Ева ответила согласием и быстро пожелав мужчине удачного дня, пошла к школе.
Она не видела, как Саймон, прежде чем повернуть в сторону адвокатской конторы, пару минут простоял глядя ей в след.
* * *
«Моя порция удачи на сегодня исчерпана, имея в виду приятное знакомство с Саймоном», - решила Женевьева, когда обнаружила у себя на стуле пару симпатичных и очень острых кнопок, а на доске нарисованную пошлую картинку с подписью «Мисс Новель». Она терпеливо стерла это безобразие, сгребла в коробку кнопки и села на стул, который, конечно тут же разъехался на подпиленных ножках. «Ну уж нет, - подумала девушка, - сегодня не дам этим оболтусам испортить себе настроение». Она поднялась, потирая ушибленное колено, убрала останки несчастного стула и взяла новый, предусмотрительно осмотрев его на предмет повреждений.
Класс замер в ожидании бури, шестнадцать пар любопытных и порой недружелюбных глаз уставились на нее, предвкушая скандал. Ошеломив всех, Ева села за стол, вытащила из сумки свои конспекты и спокойным тоном начала объяснять новую тему «Тригонометрические функции».
