Женевьеве не хотелось ни с кем разговаривать, но что-то побудило ее ответить «да, я слушаю вас».
С пару секунд из динамика раздавались только шорохи, потом звонивший скороговоркой начал бормотать:
- Он не умер. То есть не совсем умер. Слышите, Женевьева? Нет, не отвечайте… Нет времени… Вы можете спасти его! Я уже все сделал… они забрали у меня печатную машинку, но я попросил у отца Дайена старую развалюху, там западает буква «эл», но это ерунда! Я исправил сценарий, теперь все будет хорошо... Пифии, сучки, не захотят менять пророчество! Но я узнал, что Полотно можно немного распустить, если оно сплетено недавно, изменять узор. Поэтому у нас мало времени…. – шорохи усилились и голос пропал.
Ева взволнованно вцепилась в мобильник, ее трясло от холода, несмотря на 25 градусов тепла.
- Алло! Алло! Где вы?! – девушка буквально кричала в трубку.
Внезапно помехи притихли и говоривший продолжил:
- Сейчас поезжайте в Городской морг. Найдите ячейку № 57. Не бойтесь, она будет пустая. Вы должны лечь в нее. Это портал, он перенесет вас в Небесный архив, спросите Кела. Я обо всем договорился. Он, конечно, сволочь, запросил с меня лук амура, где я его возьму?… А, это не важно! Спросите у него Полотно № 739-06-66, крючок придется где-то достать самой. Отсчитаете сверху две нити и выдерните их, и вы вернетесь на два часа в прошлое. Главное, потом не растеряйтесь…
Связь неожиданно прервалась.
- Алло! Вы меня слышите? – охрипшим от плача голосом кричала Ева.
Глава 1
Не ратуй на судьбу, Пифии безразличны к мольбам
Олей в очередной раз безуспешно пытался натянуть форму. Пыхтя и ерзая, он то не попадал ногой в нужную штанину, то просовывал голову в пройму рукава. Наконец, кое-как справившись с ненавистной одеждой, обул небесно-голубые сандалии.
- Ненавижу это цвет, - мальчишка с отвращением оглядел свое отражение в зеркале, - ну кто сказал, что ангелы должны ходить в голубом? Типа, цвет неба! Ага, как же! Это снизу оно голубое, а на самом деле всех цветов радуги. Вон, и Хранители носят золотое, а Пифии - красное, попробуй предложи одной из этих старушенций голубую тунику, живо тебе сломанную ногу, или того хуже шею, напророчит.
- Олей! – это мама кричит с первого этажа. Она всегда в это время готовит завтрак и ждет сына, чтобы, накормить его как следует перед учебой в Доме сценаристов. Вообще-то правильно он назывался «Великий небесный дом учения Сценаристов имени Протелея Мудрого», но все привыкли сокращать название.
Спускаясь, Олей, как всегда споткнулся о сломанную ступеньку (когда же её починят?) и, едва не посчитав оставшиеся «мягким местом», влетел в гостиную. Стол был уставлен всякой вкуснятиной и мальчишка, недолго думая, принялся набивать рот.
- Олей, - мама пристально оглядела сына, - тебе нужно покупать новую форму, из этой ты уже вырос. Завтра же пойдем к Клаусу, попросим сшить на пару размеров больше.
- А можно зеленого цвета? - не надеясь на положительный ответ спросил мальчик, - а то я так на Амура похож. На что мать отрицательно покачала головой.
К слову, у Амуров была синяя форма, а не голубая, которую носили Сценаристы, но, будучи довольно пухлым ребенком, Олей частенько смахивал на этих шалунов в луками и стрелами, что дико раздражало мальчишку.
Слопав последний кусок, молодой амур, то есть, сценарист, поплелся на учебу.
* * *
Он шел оглядываясь по сторонам, в поисках своего закадычного приятеля Дайена. У того, вся семья была сценаристами, и потому парень преуспел в учебе, закончив экстерном пару ступеней. Сейчас он обучался на последней, десятой, ступени и ему уже пришло приглашение на работу. Не то чтобы Олей ему завидовал, но будучи одного с приятелем возраста, чувствовал себя неловко от того, что учился только на седьмой ступени.
Всего, в Доме сценаристов обучалось около пяти сотен ангелов одновременно. Больше всего их было на первой и второй ступени, на последующих ступенях из-за неуспеваемости в учебе или банального лодырничества почти половину отчисляли. До десятой ступени доучивались лишь самые стойкие, терпеливые и морально устойчивые. «Писать сценарий человеческой жизни – это вам не три листа бреда и пьеса на Бродвее», - любил умничать Мастер Мекена, нынешний директор Дома. Поговаривали, что изначально это высказывание принадлежало прапрапрапрадеду Мастера, основателю Великого дома, Протелею Мудрому и звучало оно так: «писать сценарий человеческой жизни – это вам не Полотно плести». Но, так как в этом высказывании был явный оскорбительный намек на уважаемых и почитаемых Пифий, оно было признано не политкорректным и кануло в лету, пока Мастер Мекена однажды не ляпнул его искаженную версию на занятии по скоропечатанию.
Когда мальчишки добрались до Дома сценаристов, первый звонок уже отзвонил, и, согласно правилам, все ученики сидели на своих местах в ожидании мастера. Олей и Дайен как раз вытаскивали из футляров печатные машинки, когда пронзительно заверещал второй звонок, и в класс вошел Мастер Акела. Едва подойдя к своему столу он заметил, что два оболтуса судорожно пытаются установить печатные машинки, нервно поглядывая в его сторону.
- Сценарист Олей! Сценарист Дайен! Мне кажется, или вы не готовы к уроку? – он облокотился о стол ладонями и уставился на мигом покрасневших мальчишек.
- Готовы, готовы, - пробормотали в голос оба.
- Сценарист Дайен, я могу понять, почему постоянно опаздывает и отвратительно себя ведет ваш друг, но как вы, потомственный сценарист, можете позволять себе подобные вольности? Мне известно, что вам уже предложили хорошую работу в Конторе трагических сценариев, но ведь предложение всегда могут отозвать… - Мастер выдержал паузу, - и тогда вам придется идти работать в Небесный архив или того хуже в Ремонтную мастерскую!
При последних словах аудитория дружно выдохнула: никому, будь он в здравом уме, или абсолютной невменяемости, до дрожи не хотелось идти работать в Ремонтную мастерскую. Это была жуткая дыра, где сидишь безвылазно, задыхаясь от пыли и паров машинного масла, и никто на тебя даже не смотрит, сдавая на починку очередную рано почившую печатную машинку.
- Простите, Мастер Акела, - в голосе Дайена звучало искренне сожаление и смирении. Даже Олей, как будто, присмирел и уменьшился в размерах под тяжелым взглядом учителя.
- Тогда приступим! - Мастер сел за учительский стол и вправил в свою печатную машинку чернильную ленту и бумагу. – Как вам известно, сегодня будет распределение на практику. Мы с Мастером Мекеной накануне подготовили списки. Часть из вас уже знает, где будет работать, это, в частности, касается десятой ступени, чья практика является испытательным сроком на работе. Что касается остальных, то вам определены достойные руководители и места. Сценарист Ренал – Контора трагических сценариев, ваш руководитель Мастер Смертт, сценарист Малена – Контора романтических сценариев, руководитель Мастер Лорелея, сценарист Олей – Контора забытых сценариев, руководитель Мастер Алкей…
