— Я бы не стала тратить ваше время напрасно, организуя эту встречу ради одной лишь рекламы нашего блока. Это, карта городской поверхности до войны.
На столе засветился экран галотрансляции. Многочисленные лучи сформировали многомиллионный город таким, каким он был до войны.
— Мы находимся вот здесь. — Тонкий пальчик ткнул в центр завокзального района. — И словно слепые котята тычемся головой в стены, обшаривая ближайшие тоннели. Кардинал и другие военные не дают нам никакой информации, полученной от рейдовых групп, выходящих в эти дни на поверхность. Нам нужна информация, потому что она залог выживания. Я хочу, чтобы вы нашли максимально безопасный и короткий путь наверх, в обмен гарантирую серьёзную сумму кредитами, не говоря уже о поддержки людей, которые доверяют нам.
Вот тут я уже не сдержался и улыбнулся во все тридцать два:
— Вы сказали, что оплатите кредитами… или я ослышался? Потому что имперская валюта сейчас не значит ничего. Хватит держать нас за лопухов, которым вы вешаете дерьмо на уши с трибун! Нам нужны оружие, боеприпасы, экипировка, еда, вода, тихий и защищённый угол! Нам нужно искать родственников в конце-то концов, а вы предлагаете мне кредиты?! Засуньт…
Волк протянул руку и опустив её на моё предплечье сильно сжал, привлекая внимания и заглядывая в глаза. Как бы говоря — «ты чего разошёлся?»
Поперхнувшись, я смущённо заткнулся и буркнул:
— Простите. Нервы.
Эльза прикусила пухлую нижнюю губу на секунду нахмурившись, но быстро взяла себя в руки и снова ослепила нас своей фальшивой улыбкой опытного «менеджера»:
— Ничего страшного, я прекрасно вас понимаю. СЗП не живёт иллюзиями, мы все потеряли своих родственников и желаем как можно быстрее их найти. Всё что мне нужно от вас сегодня, так это согласие на сотрудничество, шанс на дружбу. А уж всё необходимое, мы поверьте найдём. Пара единиц оружия — не проблема, как и боеприпасы к ним. Кроме того, на территории нашей партии, вы будете защищены от произвола военных. После того как империя выбьет врагов из города, нас обязательно найдут и информация об ваших подвига…
Я прервал её, ибо слушать это напыщенное дерьмо был просто не в силах:
— Я вас услышал. Извините, время дорого. — Поднимаясь с кресла я желал как можно быстрее оказаться на улице. — Я накидаю список и пришлю вам через несколько часов. Добудьте то, что мы попросим, а мы в ответ постараемся сделать всё что сможем. Идёт?
В ответ мы получили ещё одну улыбку и горсть заверений в вечной дружбе. Вылетая на улицу, я едва сдерживался чтобы не выматериться вслух. Борз же — излучал ледяное спокойствие, и оно отражалось в его словах.
Ты всё сделал правильно. Деньги нам не нужны. Я и сам хочу посмотреть, что там сверху. Бои уже не идут, шума нет. А вот оружие нам не помешает, к моему автомату патронов почти не осталось.
После разговора с раздражающей меня представительницей оппозиции, я отправился досыпать положенные моему организму часы, но у реальности были другие планы на мой счёт. Община просыпалась, новый цикл подачи электричества раскрутил огромные вентиляторы под потолком, утягивая в себя спёртый воздух и насыщая пространство транспортного узла кислородом, прошедшим двойную фильтрацию.
Этот гул, возбуждённое состояние рассудка и топот пробудившихся соседей, посылали мои планы поспать ещё немного — к чёрту.
Волк помолился и ушёл утрясать свои дела с Кардиналом. Дело в том, что ещё вчера к нам заходил один из штабных офицеров и справлялся о его здоровье. Зачем? — да всё за тем же. Кардиналу требовались люди, и он не собирался отпускать стрелка просто так.
С наступлением утра разожглись тоннельные лампы. Не все, одна на десяток, но и это в текущих условиях казалось благом. Они позволяли людям хоть что-то видеть и убирали мрачную атмосферу аварийного, синего света, даруя выжившим хоть и частичное, но все же ощущение смены дня и ночи.
Перед тем как лечь, я почистил зубы и умылся. Так что сейчас, когда очередь сонных людей собиралась на перроне возле доступных в глубине строения туалетов и умывальников, я лишь плюнул и пошёл вдоль состава, не преследуя каких-либо целей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Попытка отправить чеченцу сообщение и предупредить его что я ушел — провалилась. Дистанция покрытия связи биотических блоков без дополнительных звеньев-посредников, вроде тех же станций ретрансляторов, была жёстко ограничена.
Я не мог без сближения связаться с напарником или отправить список требуемого имущества нашей возможной нанимательнице. Да и не было у меня этого списка. Нужно было подумать и подумать крепко. Неясность происходящего давила на разум, не позволяя нормально соображать. Всё время казалось, что вот-вот створки откроются и прибудут спасатели, армия, различные службы призванные эвакуировать людей и меня в их числе.
Но они не открывались.
Чтобы не раздёргивать мысли, я дал себе зарок не думать о несущественных в данных обстоятельствах вещах. Например — о семье. Сама эта мысль звучала в моём разуме кощунством и заставила на ходу поморщиться, но я знал, что мои дети не хотели бы чтобы я умер, распуская тут сопли или ввязываясь в глупые поисковые операции, обречённые на провал.
Они бы меня поняли и простили.
Поток людей между составами вырос, идти стало неудобно, и я перебрался на другую его сторону. В ста метрах впереди, маячил вагон-блокпост. Обваренный железными листами, обвязанный самодельной колючей проволокой и ощетинившийся шипами он выглядел варварским подтверждением того, что текущие бедствие не закончиться завтра или послезавтра.
Оно тут надолго.
Развернув интерфейс под основным зрением, я взглянул на ровные ряды почти восстановившихся характеристик и был удивлён возросшей выносливостью.
Ис почему выносливость выросла? Мне кажется или раньше её было меньше?
Ответ пришёл незамедлительно:
Выносливость, одна из самых пластичных характеристик. Носитель сбросил четыре килограмма веса, большая часть которого являлась жировыми отложениями. После череды стрессовых ситуаций мышцы восстановились, а те из них что пребывали в запущенном состоянии, были приведены в частичный тонус непривычной физической нагрузкой.
Я оказался более чем удовлетворён ответом. Про силу, которая не выросла, даже не стоило спрашивать. Я, итак, чувствовал, что в плече побаливает какая-то связка, а правая рука так вообще без терпимой боли не гнётся. Неделя была достаточным сроком чтобы восстановить мышечный каркас после беготни, но явно недостаточна чтобы снять все повреждения, полученные после побоев. Не говоря уже об ожогах, которые заживали тягуче медленно.
Да и для силы мало носиться взад-вперёд, требуется нагрузка иного характера. Просмотр собственных характеристик заставил меня вспомнить, что полученный во время странного сигнала «Оазис» — программное обеспечение, которое не позволило офицеру ИСБ вскрыть мои данные, даровало возможность модернизировать своё тело без присутствия медицинского персонала корпорации A.R.G.E.N.T.U.M.
Раньше подобная функция биотического блока была заблокирована программно. Только сотрудник корпорации, мог с разрешения носителя, направить биотические клетки после инъекции в нужную область организма. Правда стоили такие инъекции ого-го.
Хочешь увеличить спортивные показатели? Волнует красота и мышечные объёмы? Лечишься от серьёзного заболевания или восстанавливаешься после имплантации синтетики? — покупай инъекцию. С помощью биоматериала можно сделать с собой практически что угодно, в пределах законов империи конечно.
Например, направить инъекцию биотических клеток в характеристику «интеллект» и увеличить тем самым количество связей между мозгом носителя и биотическим блоком. Что в свою очередь, приведёт к большему охвату разнообразных дивайсов. Я точно знал, что военным на ранних сроках службы полагается сразу несколько порций биоклеток. Чтобы они могли входить в синхронизацию с большим количеством сослуживцев и брать под контроль перечень аппаратуры, вроде той же штурмовой камеры или сканера. Я, к сожалению, в этом серьёзно отставал от Борза. Раньше мне ничего подобного не требовалось, да и денег столько я никогда не зарабатывал, а теперь… где их взять эти инъекции?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
