успокоиться. От страха за Истинного всю меня колотило.
По щекам катились крупные слезы.
Волнуюсь за него? Да, безумно!
Господин Зивер — неприметный завхоз — оказался гораздо сильнее и опаснее, чем изображал все эти месяцы. Подпитанный магией дракона, он в любую секунду мог уничтожить всех нас. Не истребил только потому, что среди присутствующих случайно оказалась его беременная любовница.
Остальные магистры бросились к Жантэ.
— Дядя, слышишь меня? — Голос Люка, злой и отчаянный.
— Он ранен, милорд, — вмешалась Энна. — Срочно отнесите его в целительскую. И господина Терьена тоже. Вероника?
Я не расслышала.
Напоминая себе натянутую струну, коснулась ледяных бледных щек дракона. Бережно погладила, не сводя затуманенного слезами взгляда с холодного, невозмутимого мужского лица.
Вдруг веки Стефана легонько дрогнули, и губы тронула улыбка:
— Мне нравится, что ты обо мне заботишься.
Сердце ударилось о ребра.
Обхватила мужскую голову ладонями и напряженно припала к губам.
— Ты очнулся?
Дракон болезненно поморщился, и не ответил.
— Скажи что-нибудь, — я не сдавалась, хоть голос сорвался. — Прошу. Посмотри на меня.
— Ника, — мое плечо осторожно, но крепко сжали теплые пальцы целительницы. — Ему надо в лазарет. Срочно.
Дракон более не шевелился и я, обессиленная, с онемевшими конечностями, отпрянула в сторону и просто села на гладкий пол у нижней ступени. Ломая руки от отчаяния, во все глаза следила за тем, как преподаватели подхватывают Стефана и с помощью заклинаний несут в лазарет.
Кольцо связи на пальце оплавилось и раскололось в тот самый момент, когда холл затмила черная магия. Сорвав две серебряные половинки, отбросила на лестницу и зарылась лицом в ладони.
Дыру в полу, выжженную магией смерти, окружили профессора и шумно спорили — куда Зивер мог улизнуть. Особенно агрессивно вёл себя Люк.
Антония, сжавшись в углу, тихо хныкала.
Кристиан ее утешал, но то и дело бросал в мою сторону цепкие взгляды.
Кое-как сделав вдох, совладала с собой и спросила у целительницы:
— Он ведь не умрет? Стефан не умрёт, леди Энна?
Девушка мрачно свела брови к переносице.
— Я не знаю, Вероника.
И побежала в лазарет.
Глава 17
Следующий час в приемной целительской показался мне вечностью.
Я нервно меряла залитое ярким светом помещение шагами, металась из угла в угол, виня в случившемся своё треклятое любопытство, ломала руки и молила все небесные силы, чтобы Стефан остался жив.
О том, куда сбежал завхоз, ловят ли его или бросили это бесплодное занятие, я не думала. Все внутри — сосредоточилось на моем раненом Истинном драконе.
Наконец, дверь открылась и в коридор, мрачно поглядывая, выплыла магически истощенная академическая целительница.
— Он жив, — сообщила шепотом, покачнулась и оперлась о стену.
От лица отхлынула кровь, а в глазах потемнело.
— Если хочешь его увидеть… — продолжила Энна.
— Да! — Шумно выдохнув, стерла слезы ладонью и бегом метнулась в целительскую, которую сама не так давно покинула без сожаления.
Сердце совершило кувырок, едва миновав койку Жантэ, свернула за ширму и уставилась на лорда-дракона. Стефан спал. Черные пряди красиво разметались по белой наволочке. Он был обнажен по пояс. Мускулистое предплечье и часть груди вместе с шеей перетягивали бинты.
Воздух обжег сведенное горло. Я была права.
Рана, нанесенная магией оборотня, оказалась серьезной.
Бесшумно, на негнущихся ногах приблизилась к кровати, села на край и нащупала слабую руку дракона. Усыпленный воздействием целебных снадобий его внутренний Зверь крепко спал. Такой красивый, безмятежный. Я завороженно рассматривала черты мужского лица и ловила себя на том, что он совсем не похож на моего бывшего мужа.
Нет, внешнее сходство на лицо, разумеется. Они братья — близнецы. И все же Стефан абсолютно другой. Надежный, отзывчивый, честный. Чем дольше я изучала спящего дракона, тем ощутимей в груди растекалось невероятное тепло — домашнее и родное, будто рядом тот, кого мое сердце признало безоговорочно.
А я — Вероника Рид?
Что я чувствую к милорду королевскому дознавателю?
Благодарность за спасение и заботу? Или в сердце нарождается светлое и прекрасное чувство, которое я еще не в состоянии осмыслить и принять?
Потерев лоб холодными пальцами, нащупала рубцы от ожогов. Еще немного уменьшились. И все благодаря тому, что рядом Стефан.
Мысль лечь рядом с Истинным, прижаться к его горячему боку, уткнуться в изгиб шеи была спонтанной, но очень понравилась. Я расстегнула меховые сапожки, сбросила с ног и легла на самый краешек, рядом с драконом. Невероятно, но мы поместились.
Я прижалась к мужчине всем телом, вдохнула его аромат и, чувствуя, как ужас последних часов разжимает пружину внутри, позволяя нормально вдохнуть, улыбнулась и незаметно уснула.
Из сна выдернуло что-то горячее, растекающееся по лицу приятной щекоткой.
Кажется, кто-то гладит мою щеку костяшками пальцев.
Чувствую его хриплое дыхание, ощущаю жадный взгляд, в котором смешались желание защитить и потребность обладать.
Удивленно вздрогнув, уставилась в карие драконьи глаза прямо над собой. Стефан, опираясь на локоть левой руки, нависал сверху и внимательно меня рассматривал.
— Вы… ты… — голос ото сна был тихим и хриплым, — очнулся?
— Да, Ника, — спокойно ответил, продолжая ласкать мою щеку.
— Так быстро?
— Драконы сильны и выносливы. Нас непросто убить.
— Но ты истекал кровью, — пробормотала сонно. — Кровотечение было ужасным. Я видела. После таких почти не выживают!
Дракон нежно улыбнулся и искренне произнес:
— Волновалась за меня?
— До безумия, — процедила обидчиво.
Я думала — он на грани! А выходит, для Стефана это рядовое незначительное ранение?
Хотела отпрянуть подальше, но он склонился и, не давая прийти в себя, прошептал прямо в рот:
— Я благодарен, эйлана.
— За что?
— За то, что все эти часы была рядом, — его улыбка стала шире, азартней. В карих радужках сверкнуло пламя. — Со мной.
И запечатал рот пары страстным поцелуем, отметая любые сомнения — что мне позволят ускользнуть.
Я хотела возмутиться и оттолкнуть властного дракона, но не смогла.
Его сладкие губы затягивали в омут чувственного плена, и противиться не было ни малейшего желания. В присыпанной пеплом предательства душе вспыхнуло яростное пламя. Все чувства обострились. Магия внутри откликнулась жарким всплеском.
Мой дракон рядом. С ним хорошо, он пробуждает от темного сна. Сердце колотится, и я ловлю себя, что сама обвиваю Стефана за шею, притягиваю ближе и охотно отвечаю, когда он углубляет поцелуй.
Темный маг взмахнул ладонью и над нами раскрылся непроницаемый полог тишины.
Все дальнейшее напоминало зимнюю сказку наяву.
Тысячи секунд наедине, разделенные лишь на двоих.
Я прежде не считала себя испорченной особой, но то, что случилось этой ночью между нами на больничной кровати, заставило усомниться в собственной благовоспитанности.
Тепло
