и основам ведения сельского хозяйства. Упырям образованные косовары были не нужны. Но Замир заткнул рты недовольным. Его слушались, его мнение уважали. Иллка в тот момент, когда возмущенные притихли после его окрика, подумала о том, что такой муж для нее был бы идеальным. Но ей достался Башким.
На улице действительно было очень тепло, она расстегнула воротник сорочки и вытерла капельки пота с груди платком. По улице сновали односельчане — преимущественно женщины, так как мужчины были в поле на работе, много детей с разными игрушками: у кого самодельные деревянные, а у кого-то и пластиковые, купленные в Урошеваце. Иллка из рассказов родителей знала, что до появления упырей, никаких проблем ни с игрушками, ни с одеждой не было. У всех были мобильные телефоны, почти в каждой семье одна-две машины. Не идеально, конечно, жили, но всяко получше, чем сейчас. И, конечно же, не было подспудного, постоянного, неискоренимого страха, что в любой момент могут нагрянуть упыри и выпить твою кровь. Мать Иллки говорила, что упырей прислал Аллах, чтобы наказать умму за прегрешения, но отец, а он был образованным, ругался на нее и объяснял, что упырями стали американские и европейский солдаты в результате каких-то медицинских процедур. И еще он добавлял, что упыри не такие упыри, как в книжках, и жаль, что не такие.
Замир встретил ее возле калитки своего дома. Он был сильно напряжен, так как Иллка ушла в магазинчик еще рано утром.
- Приехали упыри, - не очень громко сказала она. - Двадцать три человека, ни одного старика или совсем юнца. Два грузовика.
- Хотел сказать, что «хорошо», но потом понял, что ничего в этом хорошего нет.
- Все собрались? - Иллка повернула голову в сторону дома.
- Да. Никто не отказался. Будем ждать от вас еще новостей. Жаль, что некого в гостиницу отправить.
- Могу у Букерош спросить, не нужно ли ей еще пива.
- Не нужно. Подозрение вызовешь. Вчера же только продала.
- А Бехир что делает?
- Пока не знаю, за ним тоже наблюдают. С утра дома сидел.
Она хотела поинтересоваться, как Башким, но передумала: не хотелось разочароваться. Со вчерашнего вечера он вел себя не совсем привычно. Перестал говорить цитатами, помогал ей в полную силу, как-то внутренне собрался. Но Иллка не верила, что его хватит надолго. Слишком хорошо знала своего мужа.
- Тогда я вернусь в магазин. Буду оттуда наблюдать. Если отрава сработает, то обязательно фельдшера и доктора позовут. Как они объявятся, так и начинать пора.
- Верно.
Иллка заскочила домой и прихватила кусок кукурузной лепешки с изюмом. Просить еду у Дефрима она стеснялась, а желудок уже урчал от нетерпения.
Она подумала о детях, и сердце наполнилось теплотой: жаль, что она их больше не увидит. На мгновение ее посетила мысль: отказаться от всего, запрячь лошадь в телегу и отправиться к родителям. Но таким образом она только приведет упырей к своим малышам.
После возвращения в магазин она простояла у окна почти четыре часа до момента, когда со стороны фельдшерского пункта в сторону гостиницы быстрым шагом направился городской доктор с чемоданчиков, а через две минуты и местный фельдшер с большой сумкой из брезента, на которой был нарисован красный крест. Дефрим в это время обслуживал покупателя, и она крикнула ему:
- Сбегаю до дома. А то закипает!.
На бегу она понадеялась, что Дефрим понял смысл этой глупой фразы, и начнет действовать. Ему и двум соседям — заговорщикам предстояло захватить полицейский участок.
До дома Замира она домчалась за несколько минут. Стучать в калитку не пришлось, ее увидели из окна. Вскоре открылись ворота и Замир вместе с десятком заговорщиков уже с оружием в руках, вышел на улицу.
- Доктор к ним направился. Помоги нам Аллах.
- Все, Иллка, ступай домой. И молись.Молись, чтобы все не закончилось сразу.
- Я с вами пойду, Замир, - тихо, но твердо заявила она.
- Эй, женщина, - в голосе у одного из мужчин отчетливо послышалось недовольство, - делай, как мужчина тебе сказал.
- Я пойду с вами, - уже громче повторила она, и Замир махнул рукой.
- Хорошо. Стрелять умеешь?
- Нет, но не думаю, что дело хитрое.
Они шли по улице, совершенно не скрываясь. Односельчане смотрели на них со смесью любопытства и ужаса. Появиться днем в деревне с оружием в руках — верный способ отправиться на ферму. Замир протянул ей пистолет, на ходу пояснив, как с ним обращаться. Иллка хоть и слушала внимательно, но запомнила не все, поэтому оставила предохранитель снятым, а ствол направила в землю.
- Вы с ума сошли! - навстречу им выбежал древний старик. Он, наверное, еще успел при сербах пожить. Иллка видела его редко, так что даже не знала имени. - Упыри же вас покрошат! А потом за нас примутся...
- Уйди с дороги, старый, - его оттолкнули в сторону. И куда только подевалась вежливость к пожилым людям.
Иллка почувствовала странное возбуждение от осознания того, что впервые в своей жизни она не одна, а часть чего-то общего, какого-то совместного дела, которое хорошее и правильное. И даже обстоятельство, что дело это сопряжено с убийствами, никак не влияло на ее бодрый настрой.
Вскоре они перешли на бег, так как раздался первый выстрел. Дефрим с товарищами зашли в полицейский участок. Из домов начали выглядывать женщины: кто поумнее забирал с улицы детей, а любопытные дурехи даже шли за ними, чтобы посмотреть, что будет.
Гостиничное кафе находилось рядом с парковкой, и у него было два входа, так что Замир разделил свою группу на две части, и они зашли в помещение одновременно.
В просторном зале на стульях и столах лежали упыри. Возле одного из них стоял доктор и что-то говорил фельдшеру. Та держала в руках ампулу с каким-то препаратом. В нос ударил запах рвоты: пиво с отравой все же подействовало. По залу с ошеломленным видом металась Букерош, истошно крича:
- Что же делать!
- Для начала заткнуться!
- Вы кто такие? - городской доктор, Уильямс,
