class="p1">- Вот сейчас он сам и расскажет, - мрачно ответил он. - Он расскажет много интересного.
- Замир, - с надрывом произнесла молодая женщина, - городские же теперь всю деревню на ферму отправят. Вы только о себе думали!
- Так берите оружие и сражайтесь, чтобы не отправили. Пока мы будем позволять им творить такое, так и будем оставаться кормом. Хватит.
- Через час здесь будут танки и вертолеты, тогда вы долго не протянете.
- У сербов тоже были танки и вертолеты, и даже самолеты. Но наши деды победили. Долго бились, но победили.
Иллка не увидела в глазах слушавших его людей огня ярости и ненависти к упырям, там давно уже поселился страх, который сейчас вытеснялся ужасом от понимания того факта, что скоро здесь начнется маленькая война. И она вышла вперед:
- За моей спиной — мужчины, бойцы, а перед моим лицом я вижу только баб, причем у половины из них есть яйца и бороды, но за ними прячутся плаксивые девочки. Не хотите сражаться — бегите, так хоть мешать не будете. А если хотите, то оружия на всех хватит.
Глава 16
Глава 16.
Доверять Митчеллу, конечно, не стоило, но к разрешению конфликтной ситуации он отнесся со всей серьезностью. Через час возле подъезда стоял микроавтобус с тонированными стеклами. Об этом сообщил Януш, который очень осторожно отодвинул пластину жалюзи на кухне и смог удостовериться в том, что автомобиль подогнали. Почти сразу бюрошник позвонил Виктору и сообщил, что все готово, что никто не станет атаковать их при погрузке, что спецназ и прочие силы отведены на безопасное расстояние.
Виктор не верил сказанному. Стоит им только начать погрузку, как снайперы перебьют их. Между выходом из дома и микроавтобусом расстояние хоть и не очень большое, но все же его достаточно для того, чтобы опытный стрелок сделал результативный выстрел. Он поделился своим сомнением с Сониными, но те ответили, что не видят в этом проблемы:
- Бросим несколько дымовых шашек. Снайперы не станут рисковать даже с тепловизорами: не определишь где мы, а где ублюдки. Но тут появляется вторая проблема: а машине нас могут ждать. Это не очень вероятно, но учесть этот момент стоит. И дальше: тот, кто будет за рулем, рискует в разы больше, чем те, кто в салоне.
- Я сяду за руль, - заявил Виктор, - я вас в это дерьмо затащил, так что мне и риска побольше.
- Решим, - коротко бросил Януш и принялся доставать шашки.
Ричардсон пришел в себя. Виктору пришлось засунуть ему в рот кляп, так как слушать непрекращающийся стон, не очень хотелось. Он мешал ему думать. А голова у капитана и так не очень хорошо работала: вечерняя выпивка, гранатометчик, а затем вот это веселое приключение, похоронившее карьеру и грозящее отобрать жизнь.
Он посмотрел на уровень заряда сотового телефона и усмехнулся: осталось на пару звонков. Сонины закончили с приготовлениями:
- Есть несколько гранат, прикрепим их к ублюдкам. Только предупреди об этом Митчелла. Это тоже поможет остановить снайперов.
Виктор позвонил бюрошнику и сказал:
- Через пятнадцать минут будем выходить.
Ричардсон с трудом, но все же сумел подняться на ноги, однако зашатался и чуть не рухнул обратно: сотрясение он получил приличное. Его тут же вырвало на пол, Виктор еле успел отскочить в сторону, подумав, что даже в наркоманских притонах он не сталкивался с таким количеством блевотины. Странно, что его самого от этого запаха и вида пока не тошнило.
- Если ты не сможешь идти сам, то я пристрелю тебя, - заявил он сыну советника, когда тот ве же встал на ноги. Связанные руки не давали ему возможности держаться, но освобождать его капитан не собирался.
Миклош упаковал остатки арсенала в рюкзак, закинул через плечо два «калашникова» и открыл сумку-холодильник.
- Сейчас надо.
Виктор с отрешенным видом взял в руки стаканчик, открутил крышку и , закрыв глаза, выпил содержимое. Чужая кровь была соленой и отвратительно холодной. Организм протестовал против этого напитка, и он уже собрался исторгнуть его обратно, но уже начался процесс усвоения. И это было приятно. Знакомое ощущение подъема, чувство, что получаешь власть над временем. И легкая тревога от понимания, что такое состояние долго не продлится.
Сонины, принявшие свои порции, действовали в одной с ним реальности, а вот захваченные ублюдки превратились в замедленных, заторможенных тварей, которых пришлось подгонять. Восприятие обострилось, и теперь запах рвоты,пота пороховых газов и остатков слезоточивого газа смешались в омерзительный коктейль. Он зажал нос платком и заметил, что Сонины смеются:
- Пошли.
Вперед пустили толстяка, за ним Януш с оружием наизготовку, через приличную дистанцию остальная троица пленников, затем Виктор, Миклош шел замыкающим.
Спускаться по лестнице пришлось пригибаясь, так как снайперы могли открыть огонь по окнам между этажами.Виктор почему-то никак не мог успокоиться по поводу снайперов, ему казалось, что именно они и отправят их на тот свет.
Но Митчелл сдержал обещание. Они выбросили из пустого вестибюля, где даже и намека на старика-вахтера не было, на улицу несколько шашек, дождались пока густой желтоватый дым хорошо скроет их от возможного обстрела, и Януш заскочил в микроавтобус, откуда просигналил:
- Чисто.
Виктор решил обойтись без противогаза, чтобы преодолеть это небольшое расстояние и поступил верно. Через три секунды он оказался в салоне. Миклош же нацепил противогаз и начал проталкивать пленников вперед. Завеса понемногу начинала развеиваться, чему способствовал приличной силы ветер.
Виктор чувствовал, что прежнее существование было просто тюремной камерой для его настоящего тела, живительный глоток освободил спящие силы, возвысил его, превратил в реального Виктора Солано, а не того жалкого хлюпика, который несколько минут назад переживал по поводу снайперов. Да им просто не удастся в него попасть, потому что двигается он словно этот ветер, который разнес дымовую завесу, а мыслит и оценивает обстановку еще быстрее.
Он выскочил наружу и сел на место водителя. Два поворота головы, и он уже знает, где укрылись враги. Виктор оглянулся и, удостоверившись, что все в салоне, завел двигатель и надавил на педаль. Машина двинулась вперед. Сонины успели задвинуть дверцу.
Он вел микроавтобус на приличной
