Прежде чем заговорить с ним, она откинула голову назад и длительное время пристально смотрела на него:
- На этом месте я первый раз превратилась в ворона.
Ирк огляделся вокруг: хорошее место для первого превращения, однако он все еще не мог осознать, что перед ним девушка, превращающаяся и в волка и в ворона.
- Я не знал, что крикты могут иметь две звериные сущности.
- Очень редко, но когда двое из разных видов являются истинными супругами, то их дети могут нести обе ипостаси своих родителей.
Насколько ему известно, никто из его стаи даже не догадывался об этом. Для стаи Синклер существование Вер-птиц было больше мифом, чем реальностью.
- Твои родители были истинными супругами.
Согласно тому, что она уже сказала, иначе и не могло быть.
- Да, - словно удар кулаком Барра, многозначность этого слова поразило его.
- Ты надеешься на то же самое.
Она бросила на него мимолетный изучающий взгляд.
- Честно говоря, я никогда не думала выходить замуж вообще.
- Почему?
- Рискнуть показать моего ворона равносильно смерти.
Наверно, она не боялась его.
- Я никогда не причиню тебе вреда.
- Ты не похож на жителей моего клана, - не полное согласие, но достаточно близко к нему.
- Нет, не похож.
Вместо того, чтобы успокоится, она заволновалась еще больше. Участилось дыхание, выступила пот на лбу и над верхней губой, от запаха запах ее страдания его волк в сердцах завыл.
Его обязанность защищать суженную от всего, что может навредить или причинить ей серьезное эмоциональное потрясение. Отец научил его этой истине, но волк Ирка заявил о себе в любом случае.
Она закусила нижнюю губу, руки крутили килт.
- Я люблю своего брата.
- Как и должно быть.
- Клан полагается на меня как на целительницу.
- Разве других нет?
- Никого, кого бы можно было отдать в ученики умелому целителю, как моя мама, которая научила меня лечить широкий ряд болезней.
- Клану Донегал повезло с тобой.
- Я не хочу уходить, - Верика посмотрела на него прекрасными голубыми глазами, что умоляли о понимании.
Он не мог отказать ей, хотя до сих пор не понимал чем она расстроена. Ирк не собирался женится на ней и вернуться во владения Синклеров той же ночью, или даже в следующие год или два.
- Тебе никуда не нужно собираться.
- Как твоя супруга, рано или поздно в один из дней мне придется покинуть свою семью.
- Как и я покинул свою, чтобы прийти сюда.
- Да.
- У меня есть родители и братья, чтобы помочь тебе привыкнуть к Синклерам, - она не видела пользы?
- Я все, кто есть у Киркина.
- С нашей свадьбой я стану ему братом.
- Что хорошего для него, когда ты решишь покинуть клан, чтобы вернутся туда, где ты родился? – спросила она, ее тон одновременно обвинял и приносил физическую боль.
И внезапно он осознал ее сдержанность по поводу их брака.
- Пройдут года, прежде чем вернусь домой.
- Я совсем не хочу уходить.
Он мог напомнить ей, что она его суженая, и у нее не было выбора, кроме как идти туда, куда и он. Мог заверять ее, что все будет в порядке, что ей понравится жизнь среди синклеров, но что-то удерживало его произносить эти слова.
Он посмотрел на нее, девушку, которая уже много выстрадала в жизни и все же помогает своему клану целительством. Она не ожесточилась и не ушла с головой в свое горе, как и не перестала желать большего.
Как он мог остаться равнодушным к такой силе, идущей рука об руку с ранимостью?
- Между замком Синклер и донегальской крепость всего два дня пути .
- Да.
- Мы можем навещать мою семью раз в год.
- Навещать? – Отголосок надежды зазвучал в ее голосе.
- Да.
- Значит, мы будем жить здесь, в моем клане?
- В нашем клане.
- Каждый год мы могли бы оставаться у твоей семьи на неделю или чуть больше, - рвение в ее голосе вызвал у него улыбку.
Верика вытянула руку, словно желала прикоснуться к нему, но тотчас отодвинула ее. Он поймал ее руку и донес до своего лица. Необычный заряд, подобно небольшой молнии, пробежал между ними.
Она робко подняла на него глаза.
- Мне нравится, когда ты улыбаешься.
- А мне нравится, когда от тебя исходит аромат радости, а не грусти.
- Тебя волнует, счастлива ли я, - от него не укрылось, что в ее голосе промелькнуло удивление и изумление.
- Да.
- Как и у мои родителей, - едва ли не с благоговеньем произнесла Верика. – У тебя не вызывает отвращение моя сущность ворона.
- Нет, - зачем она еще раз спрашивает об этом? Ведь признала, что считает его непохожим на других мужчин из ее клана.
Она отвернулась, ощущение предостережении окутало ее.
- Есть кое-что, о чем ты до сих пор не знаешь.
- Расскажи.
- Кроме способности обращаться, у воронов есть другие способности.
- Как и у волков.
Она обиделась, так если бы расстроилась из-за его непонимания.
- Я могу чувствовать близкую смерть человека.
- Что ты имеешь в виду?
- Знаешь, что вороны всегда способны сказать, когда на их территорию приходит смерть?
- Да. Это сверхъественно.
- Те Вер-вороны многое разделяют с сущностью своей птицы, за гранью то, что могут иметь другие.
- Объясни.
- Если я кладу руку на кого-нибудь, могу почувствовать умрет ли в ближайшее время человек или нет, - девушка произнесла без каких-либо эмоций эти слова, однако он не верил, что такая способность не стоила огромной платы его сострадательной суженой.
- Полезный талант для целителя, - но особенно неприятный для ее нежного сердца.
- Возможно. Благодаря ему узнала, что родители умерли неестественной смертью.
Он не понимал и был достаточно умен, чтобы не притворяться таким.
