- Потому что не чувствовала их смерть? – предложил он.
- Я не вижу, когда причиной смерти становится другой человек.
- Убийцы, - отвратительное слово оставило на языке горьковатый привкус.
- Или вызов. Битва.
Это больше имело смысла. Как и ворон, с которым она делила сущность, Верика чувствовала порочные души жителей.
- Значит, ты не знала, что Роланд умрет во время вызова.
-Я никогда достаточно близко не подходила к нему, чтобы прикоснутся и узнать это, - ее нежный голос звенел от отвращения. – Если бы я могла прикоснуться, то все равно не смогла определить, что его смерть наступит от твоей руки.
- Если твой отец действительно был убит диким зверем…
- Я почувствовала это прежде, чем он вышел бы из нашего домика, и предупредила бы его. Мой криктский дар только начал проявляться. Очень долго я думала, что это была моя вина, что я тогда проигнорировала предупреждение, которое чувствовал мой ворон. Но позднее поняла, что предупреждения не приходит, если смерть наступила от руки человека.
- А твоя мать?
- Была точно убита, - все, как она держалась, ожесточенное выражение голубых глаз, злого тона голоса – все это говорило об абсолютной уверенности. Уверенности, с которой ей приходилось жить с момента трагедии, не обращаясь за помощью против того, кто, как она верила, был ответственен за нее.
- Ублюдком Роландом.
- Я всегда так считала, но не было доказательств.
И не было возможности привлечь его к ответственности, как ей хотелось, учитывая как намертво бывший лэрд вцепился в клан Донегал и криктскую стаю.
- Теперь он, наконец, поплатился за свои злодеяния, - Ирк не мог подавить желание, чтобы старик ожил и юноша смог убить его снова. - На этот раз он выбрал не ту жертву, которую можно задеть оскорбительными словами.
- Он считал, что его цель - Киркин, - и коварный оборотень убил бы менее опытного щенка без угрызения совести, если бы вместо Ирка вызов принял ее младший брат.
- Роланд рассчитывал, что Киркин вызовет его. Он искал способ отделаться от моего брата.
- Да, - не слишком продуманный ход, но эффективный, который сошел бы Роланду с рук. Конечно, Барр никогда бы не позвонил этому случиться, тем не менее у Ирка были собственные причины пойти на это.
- Я обязана тебе очень многим. Ты спас жизнь моего брата, мой клан, - ему приносило удовольствие одобрение в ее голосе.
Но он не был тем мужчиной, кто принимает незаслуженную похвалу.
- После известия об ужасном поступке Роланда против Сорки Барр не оставил бы его в живых.
Верика кивнула, еще раз прикусывая полную нижнюю губу, так что она покраснела и пробудила в нем желание попробовать ее.
- Он хороший человек, раз готовит моего брата в один прекрасный день встать во главе клана.
- Да, - внимание Ирка было поглощено не положительными качествами лэрда. Он думал лишь о губах своей суженой и какова на вкус ее кожа за ушком.
Она подняла на него глаза, которые блестели от неизвестных ему чувств.
- Но все же ты тот человек, который спас его.
- Заявив на тебя права, как на свою суженую, - от простых слов желание между ними накалилось до того, что он уже не мог ни о чем другом думать.
Она опустила голову вниз, скрывая от него выражение своих глаз, возможно пытаясь спрятать собственное желание, но аромат ее женского возбуждения выдавал ее.
- Да.
- Между нами сильная связь.
- Так и есть, - шепотом Верика произнесла слова.
- Почему ты прячешься от меня?
- Я боюсь тебя.
Слова били больнее, чем удар, полученный в бою. Он провел последний месяц, мечтая об этой девушке, все больше очаровываясь ею, пока не решился этим утром предъявить на нее права, как на свою суженую, и этот ход не показался ему самым правильным.
А она боялась его.
Ирк отошел назад, изумительная связь больше не пела между ними. Может быть, связь была более односторонней, чем он верил. Возможно, эмоции волка обманывали его.
- Что я сделал, чтобы заслужить такое?
Она сплела руки перед собой, подворачивая их, беспокойство окружило ее плотней, чем утренний туман. И дрожала, словно от холода.
- Ответь мне, - Ирк дождется ее слов; ведь он не людоед, пугающий девушку, которой суждено выносить его детей.
- Я могу полюбить тебя, - призналась Верика тихим голосом, чуть ли не шепотом.
Не будь волком, он не расслышал слов. Но он волк и расслышал и до сих пор не понимал этого.
- Это настолько плохо? Разве девушка не должна любить своего супруга?
Она вскинула голову, огонь вырывался из ее прелестных голубых глаз едва терпимыми искрами.
- А что ты? Ты тоже будешь меня любить?
- Долг мужчины заботится о своей супруге.
- Заботится и любить не одно и то же.
- Для девушек может быть так, но не для воина.
- Сабрина – воин. Я уверена, она замечает разницу.
- Сабрина – загадка, которую Барру следует разгадать до того, как этот клан оказался в опасности.
- Ты думаешь, она чем-то угрожает нам? Она не Роланд, ищущий власть при помощи кулаков.
- Она пришла от людей, которых все считали легендой.
- Не все, - произнесла она, напоминая ему, что Верика тоже была вороном.
- Как твой клан оставался в неведение о твоей двойственной природе?
- Вер-птицы учатся с детства маскировать свой истинный запах.
- Но криктская сущность не проявляет себя, пока в теле подростка не начнутся гормональные изменения.
- Для Волков. Вороны не обращаются, пока не придет время, но одно из умений, с которым мы рождаемся, это способность маскировать эмоции и запах.
- Все вороны? – Не все Волки имели такой дар (способность).
- Да, насколько я знаю.
- А другой дар?
- Мы узнаем о нем после церемонии совершеннолетия.
- У тебя была такая церемония?
- Все крикты использовали ее, но только Волки прекратили совершать ее, когда присоединились к кланам.
