с трудом сломали: его не брали ни резаки, ни отбойные молотки. А советские «исследования показали, что для применения пластмасс в несущих конструкциях пока нет оснований, так как они по прочности, жесткости, долговечности, огнестойкости и в экономическом отношении не могут конкурировать с таким материалом, как железобетон»[214]. Поэтому в Москве построили из пластмассы пятиэтажку (4-й Вятский переулок, 1964), чьи наружные пластмассовые стены не были несущими (а заполнял ее сотовый каркас пенопласт). Но, как и ленинградский дом, она прожила недолго: оказалось, что полиэфирные смолы все-таки создают внутри не самую здоровую атмосферу (питерский объект вентилировался через специальные отверстия в скорлупках, а из 15 стеклопакетов, составлявших каждый витраж, открывался лишь один). Мир тем не менее продолжил опыты с пластмассовой архитектурой (о них с некоторой досадой расскажет журнал «Строительство и архитектура Ленинграда» 10 лет спустя[215]), а этот домик так и остался чудом из будущего, оставив в памяти ленинградцев яркую желтую вспышку.
➧Другой эксперимент, хотя и не был так сногсшибателен, тоже «казался непосвященному экстравагантным, почти экзотическим»[216]. Газеты пестрели заголовками «Дом, который строится… сверху вниз!». А появление на стройплощадке вертолета МИ-4 «придало эксперименту поистине сенсационный характер»[217]. В 1959 году на Магнитогорской улице, 95 построили первый в СССР дом методом подъема перекрытий (архитекторы Э. Ярмолинский, Л. Гальперин, инженеры А. Зуссер, М. Иоффе, А. Карагин). Плиты перекрытий с уже собранными квартирами поднимались гидравлическими домкратами по несущим колоннам. Такой метод обеспечивал экономию (до 17 рублей за кв. метр), качество (монтаж на земле), возможность развернуться на небольшом участке, не прокладывая рельсы для башенных кранов (и не губя зелень). Вертолет же понадобился, чтобы по завершении строительства снять с крыши домкраты.
Первый дом, построенный методом подъема перекрытий. Магнитогорская улица, 95
➧Изобрел сам способ в 1937 году французский инженер Бернар Ляфей, в 1948 году технологию воплотили в США (метод Ютс-Слика), а к 1955 году в мире по ней было построено уже 530 тысяч кв. м. Но если на Западе в этой технологии (где не стены несут перекрытия, а наоборот) видели прежде всего возможность свободной планировки, то в СССР речь шла опять таки об экономии — поэтому здесь решили поднимать не просто перекрытия, а целые готовые этажи. Первый такой дом (4 этажа, 32 квартиры) был совсем прост, второй (Октябрьская набережная, 80, 1964; те же авторы) не только больше (5 этажей и 96 квартир), но и значительно интереснее: с лоджиями и подсеченными торцами. Лоджии, правда, имели только «двушки» (они были еще и двусторонними), но зато у всех без исключения квартир был вид на Неву. А весь первый этаж занял мебельный магазин — и это был все-таки первый шаг к свободной планировке.
➧Следующие шаги в ту же сторону будут сделаны уже в офисных зданиях (Ленгипрогор, 1969, и НИИ судовой электротехники, 1974), технология получит широкое распространение в Англии и Франции, Чехословакии и Болгарии (в последней в начале 1970-х так возводили 25 % жилья). Питер же, хотя и был застрельщиком, отставал, причины чего критиковались в духе журнала «Фитиль»: «Видимо, у руководителей треста № 16 Главленинградстроя до сих пор не появился вкус к этому методу»[218]. Но были и более веские причины: во-первых, этот способ требовал высокой квалификации рабочих, во-вторых, более теплого климата — «позволяющего производить бетонирование перекрытий на открытом воздухе в течение всего года»[219]. Тем не менее к началу 1970-х в СССР построили порядка 30 таких зданий, прозревая за этой технологией уже не только экономию, но и возможность разнообразить фасады, отливая «разнообразные уступы, закругления, консоли (для балконов или эркеров)»: ужас монотонности вовсю давал себя знать. Кроме того, это было робкое движение навстречу монолиту, позволявшее при этом избежать его издержек (в частности — громоздкой опалубки), а также и к свободной планировке.
➧В борьбе с однообразием панельной застройки надо было оставаться в режиме экономии, а еще лучше ее и увеличивать. Разрешить обе задачи одним махом попытались домом с диагонально расположенными лестничными клетками, за какую идею еще с конца 1950-х бился архитектор Николай Сваричевский (чей отец был видным зодчим в Ташкенте, а мать приходилась сестрой Александру Керенскому). Такой же, как и его дядя, романтик, Сваричевский писал о возможностях использования в строительстве дирижаблей и верил в объемно-блочное домостроение. Под которое и сочинил свой метод. Идея была очень проста: если развернуть лестничную клетку под углом 45 градусов к осям дома, появляется возможность развивать его не в двух, а в трех направлениях. Примкнув к клетке третью секцию (которая уходит во двор), во-первых, увеличили на треть количество квартир на этаже, а во-вторых, сэкономили лифты, лестницы и мусоропроводы. А еще за счет этого в теле дома возникали эффектные вырезы, что придавало ему ритм. Прием этот имел прообразы в доходных домах (тогда его называли «многолучевой планировкой»): первыми идею дали два Мариана, Перетяткович и Лялевич, в конкурсе на доходный дом Перцова (1906), потом она возникает в доходном доме Бернштейна на 3-й линии Васильевского острова (1910), в доме Бассейного товарищества в 1912–1916 годах (Эрнест Виррих и Алексей Зазерский) и др.[220]
Первый же советский дом с диагонально расположенными клетками построили в 1970 году на Будапештской улице, 14, соединив его при этом с корпусом, где клетки были расположены по-старому — так, чтобы подчеркнуть разницу. Стык двух корпусов вызвал много вопросов[221], но он выглядит вполне эффектно и сегодня. Диагональная тема дала косые линии в интерьере: кухня и ванная получились пятиугольными, но все это было хорошо продумано и лишь обогатило пространство. Не говоря уж о том, что кухни стали больше (до 10 кв. м), получали их уже обставленными (доплачивая, правда, за это 193 рубля), ванна стала длиннее (1,7 м), появилось специальное место для стиральной машины, было много встроенных шкафов и антресолей, а в кухнях даже были спроектированы вытяжки (правда, как честно пишет пресса, установили лишь одну). Недостатки тоже были: например, «хлопушка» — перпендикулярно расположенные входные двери, длинноватые коридоры, странное маленькое окно в «однушках»[222]. Собирали дом из панелей серии 1ЛГ-602В, а этот вариант решили назвать серией «Д» (диагональ), и даже планировали возвести 30-этажное здание, соединив серию с другим прогрессивным подходом, выше уже описанным, — методом подъема этажей… Но в итоге первый дом так и остался единственным.
Дом с диагонально
