Манлис потягивал пиво и говорил:
— Он согласился, чтобы туда отправили торговца. Это уже нечто…
— Но этого мало, — заметил Сатт. — Это не даст нам немедленных результатов. Мы работаем слишком грубо, так как не можем предвидеть, что произойдет. Это все равно, что вешаться на бесконечно длинной веревке в надежде, что на конце ее окажется петля.
— Где-то вы правы. Мэллоу — неглупый человек. Что, если не удастся его так легко обмануть?
— Тут мы должны рискнуть. Если дело в предательстве, то в нем участвуют ловкие люди. Если нет — то нам нужен человек, способный узнать правду. За Мэллоу будут следить. Ваш бокал пуст.
— Нет, спасибо, мне достаточно.
Сатт наполнил свой бокал, терпеливо продолжая нелегкий для себя разговор.
— Сатт, что вы задумали? — спросил вдруг кардинал.
— Я скажу вам, Манлис. — Тонкий рот Сатта растянулся в улыбке. — Мы сейчас в самой гуще очередного сэлдоновского кризиса.
Манлис вздрогнул потом осторожно спросил:
— Откуда вы знаете? Временной Сейф еще раз открывался?
— Нет, мой друг, да это и не обязательно. Послушайте и сами сделайте вывод. С тех пор как Галактическая Империя покинула периферию и предоставила нас самим себе, мы еще ни разу не встречали противника, обладающего атомной энергией. Это первый случай, который имел бы большое значение, если бы у нас не было других неприятностей.
А они есть. В первый раз за 70 лет мы переживаем большой внутриполитический кризис. И я считаю, что такое совпадение внешнего и внутреннего кризисов подтверждает бесспорность моего вывода.
Глаза Манлиса сузились.
— Если других причин нет, то этого недостаточно. Мы пережили уже два сэлдоновских кризиса, и оба раза Основание находилось под угрозой разрушения. Третий кризис не может начаться, пока не будет налицо такой опасности.
Сатт по-прежнему сохранял невозмутимость.
— Опасность надвигается. Каждый дурак может сказать, что был кризис, когда он уже прошел. Задача же государственных умов в том и заключается, чтобы увидеть этот кризис в зародыше. Послушайте, Манлис, мы с вами идем по рассчитанному с помощью психоистории пути. Мы знаем, что Хари Сэлдон разработал историческую вероятность нашего будущего. Мы знаем, что в один прекрасный день восстановим Галактическую Империю. Мы знаем, что это займет около тысячи наших лет. И мы знаем, что на этом пути нас ждет несколько тяжелых кризисов.
Итак, первый кризис разразился через 50 лет после организации Основания, а второй — через 30. С тех пор прошло почти 75 лет. Время, Манлис, время!
Тот неуверенно потер свой нос.
— И вы решили подготовиться к очередному кризису?
Сатт кивнул.
— А я, — продолжал Манлис, — тоже должен играть в нем какую-нибудь роль?
Сатт молча кивнул.
— Прежде чем отражать угрозу внешней атомной войны, мы должны навести порядок у себя дома. Эти торговцы…
— О?!
Кардинал напрягся, и глаза его сузились.
— Да, да, торговцы, которые полезны, но слишком сильны и независимы. Они инопланетяне и имеют прекрасное образование, не связанное с религией. С одной стороны, мы сами дали торговцам образование; но с другой — потеряли вследствие этого над ними всякий религиозный контроль.
— А если нам удастся доказать предательство?
— Если только это удастся, тогда все решится просто. Но дело надо пресечь в корне. Даже если среди них и нет предателей, они являются дестабилизирующим фактором в нашем обществе. У них нет по отношению к нам ни патриотических чувств, ни обычного уважения, ни веры. Под их влиянием внешние провинции, которые со времен Хардина смотрят на нас как на Святую Планету, могут отколоться.
— Я все это понимаю, но выход…
— Выход должен быть найден прежде, чем сэлдоновский кризис достигнет максимальной точки развития. С угрозой атомной войны и нарастающими внутренними противоречиями шансы могут обернуться не в нашу пользу.
Сатт поставил на стол пустой стакан, который до этого рассеянно вертел в руках.
— И это ваша задача.
— Моя?
— Лично я ничего не могу. У меня важная должность, но нет юридической власти.
— А мэр?..
— Невозможно. Подумайте только, что это за человек. Он энергичен, только когда надо избежать какой-нибудь ответственности. И если возникнет независимая партия, грозящая ему переизбранием, он вынужден будет прислушиваться к ее голосу.
— Но, Сатт, у меня нет никаких способностей к политике…
— Это предоставьте мне. Кто знает, Манлис?! Со времен Сальвора Хардина должности Верховного Жреца и мэра никогда еще не занимал один и тот же человек. Но сейчас это может произойти, если вы хорошо выполните свою миссию.
А на другом конце города, в куда более домашней обстановке, у Хобера Мэллоу тоже проходила встреча. Он слушал долго и внимательно, потом осторожно сказал:
— Да, я слышал о ваших кампаниях, проводимых с целью добиться непосредственного представительства торговцев в Совете. Но почему я, Твер?
Джеймс Твер, который всегда сообщал к месту и не к месту, спрашивали его или нет, что он был в первой группе инопланетян, получивших образование на Основании, ответил низким голосом:
— Я знаю, что делаю. Помнишь, когда мы с тобой встретились впервые?
— На конференции торговцев.
— Точно. Ты был председателем. Ты не оставил от этих упрямцев камня на камне. Ты заткнул им рты раз и навсегда. И в народе Основания ты тоже популярен. У тебя есть обаяние или, по крайней мере, репутация авантюриста, что одно и то же.
— Прекрасно, — сухо ответил Мэллоу. — Но почему сейчас?
— Потому что сейчас нам предоставился случай. Знаешь ли ты, что министра образования принудили подать в отставку? Об этом пока не объявлено официально, но это так.
— Откуда ты знаешь?
— От… неважно.
Твер недовольно помахал рукой.
— Но это точно. Партия действия постепенно разваливается, и мы можем прихлопнуть ее прямо сейчас, если поставим вопрос о правах торговцев, а вернее — о демократии.
Мэллоу откинулся в кресле и принялся рассматривать свои пальцы.
— Понятно. Очень жаль, Твер, но мне нужно уехать на следующей неделе по делам. Тебе придется найти кого-нибудь другого.
Твер уставился на него.
— По делам? По каким еще делам?
— Сверхсекретным. Государственная тайна и все такое прочее. Говорил сегодня с собственным секретарем мэра.
— Змеей Саттом? — возбужденно спросил Твер. — Это ловушка! Лиса просто хочет избавиться от тебя. Послушай, Мэллоу, остановись…
— Перестань! — Рука Мэллоу упала на сжатые кулаки своего собеседника. — Не кипятись! Если это ловушка, я всегда вернусь за расчетом. А если нет, то змея Сатт играет нам только на руку. Послушай, наступает очередной кризис.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
