уже другая (см. Клаузевиц, кн. 8, План войны, гл. 3, о размере военной цели и усилий).
3. Войны «на экономическое истощение» и войны, имеющие целью полное разрушение национальных экономических ресурсов.
4. Войны революционные (см. выше классификацию Нейрата).
5. Войны мировые (в противоположность сепаратным и групповым).
В двух последних случаях мы имеем дело с совершенно новыми явлениями войны. Новизна современных войн с экономической точки зрения и состоит в том, что они представляют-сочетание таких признаков и в таком масштабе, как никогда прежде. Следовательно, современная война ставит перед нами совершенно новые проблемы. Поэтому и при анализе проблем экономики войны всего более надо бояться всяких трафаретов мышления. Весь опыт прежних лет может быть опрокинут светом новых явлений, возникающих вследствие новых сочетаний и соединений экономических сил, приводимых в движение современной социально-революционной мировой войной. Отсюда при анализе проблем экономики войны нельзя забывать и о тех различиях, которые связаны с указанными типами войн.
И техническая характеристика войны также приводит нас к необходимости видеть в войне явление, как бы ультра-революционного характера, каковы бы ни были последствия войны в социальном и в других отношениях. Война всякий раз как бы поворачивает к человечеству свои еще невиданные орудия и неиспытанные стороны. Именно новизна следующих войн, по сравнению с предыдущими, новизна, обусловленная веком техники и науки, химии и электричества, усовершенствованных механизмов и организованных народных масс, – и влечет за собой тяжкие моральные испытания для отдельных индивидов и целых народов с затвердевшими, окостенелыми формами мышления и практики и приводит к разгрому той стороны, которая слабее в борьбе за инициативу (военную, техническую, организационную или социальную), и к победе той стороны, которая, говоря словами Гаскуэна, «сумеет систематически использовать некоторое временное техническое, материальное и моральное превосходство над противником»3).
2. Экономика и война
В главе первой мы говорили об экономике и войне и выяснили, что в действительности экономика была до сих пор всегда экономикой войны, а не действительной экономикой мира. Теперь мы должны подойти не к экономике с точки зрения войны, но к войне с точки зрения экономики и вместе с тем должны выдвинуть (ныне впрочем общепризнанный, по крайней мере, для марксистов) тезис, что война всегда имела экономическую подкладку, всегда была в том или ином отношении войной на почве экономической.
Говоря об отношении войны к экономике, мы должны разуметь здесь вопрос: каковы экономические причины войны, в частности, каковы экономические причины мировой войны. Этот вопрос имеет тем большее значение, что и он неразрывно связан с вопросом: ослабляет ли война действие экономических причин, порождающих войну, и ослабляются ли сами по себе эти причины в связи с историческим развитием (иначе, будет ли война иметь конец).
Не существует общего закона войны или иначе общих (действительных для. всякого времени) причин войны, как таковой. Речь может идти лишь о причинах войны, как определенного явления, обусловленного историческим характером данной эпохи и ее общественного строя. Поэтому, наметив в общих чертах причины войн до капиталистической эпохи, мы должны непосредственно за этим перейти к основному вопросу о причинах современных войн, порожденных современным общественным строем и особенностями его развития.
Разнообразие прежних войн можно свести по их экономическим причинам к немногим типам, а именно: 1) войны из-за территорий, осложненные позднее принципом военного и политико-экономического равновесия; далее войны из-за раздела континентов мира, 2) войны из-за скота и невольников; 3) торговые войны; 4) колониальные войны (в частности из-за рынков, из-за сырья); 5) войны за морское преобладание, за выход к морю и т. п.; 6) войны из-за нарушения или невыполнения договоров и обязательств.
Целый ряд войн объяснялся стремлением завладеть землей. И до сих пор еще есть представители взгляда, по которому всякая война есть война из-за территории.
Еще чаще в наше время объясняют происхождение (и даже ход) мировой войны указанием на тот или иной экономический фактор, который при этом зачастую приобретает совершенно несоответствующее ему здесь значение, как бы он сам по себе не был важен для современной экономической жизни и внешней политики. Такую роль приобретает у некоторых авторов уголь, часто железо (напр. М. Павлович), реже нефть (Быстрянский) и связанные с ними экономические интересы капиталистических групп.
Для Н. Бухарина роль пружины, двигающей войну, приобрело стремление каждого экономического строя «воспроизводить свои, свойственные данному строю, отношения производства».
Противоположную крайность встречаем мы у тех авторов, которые вопрос о происхождении мировой войны сводят к чисто внешней характеристике причин войны и конкретных экономических моментов, более или менее тесно связанных с началом войны и видят причину войны в совокупности накопленных в течение десятилетий «массы неразрешенных политических и экономических вопросов и неудовлетворенных интересов, которые в конце концов разделили весь культурный мир на два вооруженных лагеря.» При таком подходе к вопросу остается неясной неизбежность войны и внутренняя закономерность ее развития.
Лишь преломляясь через сознание господствующих классов капиталистического общества, в форме определенных социально-экономических интересов, экономика может служить условием возникновения войны.
Эти классовые интересы, а отнюдь не какие-либо условия, лежащие в развитии народного хозяйства или мирового хозяйства, являются в конечном счете «экономическими» причинами возникновения войны.
Сделав эти оговорки, мы можем сформулировать следующее положение: основным условием возникновения мировой войны было отсутствие уравновешенной социальной системы мирового хозяйства и вызванная этим противоположность интересов у различных общественных классов, в том числе непримиримые противоречия интересов господствующих капиталистических групп4). Основным следствием мировой войны, которая на деле все более и более принимает форму мировой революции, будет восстановление мирового хозяйства и его упрочение на новых более устойчивых и жизненных началах.
Короче, за империализмом следует мировая война, за мировой войной – революция и всемирное хозяйство.
Главный недостаток так наз. пацифистских теорий, ставящих вопрос об устранении войны в форме вопроса о возможности «всеобщего» или «вечного» мира, состоит в том, что пацифисты сосредоточивают центр тяжести на разрешении вопроса о формах и организации вечного мира. Однако, ни общие государственные учреждения, ни международные третейские суды, ни какие бы то ни было «Лиги наций», или мирные проекты всеобщего разоружения сами по себе не являются на самом деле способами устранения войн.
Задача состоит не в исследовании подобных признаков или спутников всеобщего мира, но в исследовании реальных экономических условий устойчивого мирохозяйственного равновесия и социально-экономических основ всемирного хозяйства.
Всеобщий мир и полное устранение войны может установиться лишь при условии осуществления определенного социально-экономического строя на определенной ступени исторического развития. Все, что положительным образом содействует осуществлению этого строя, служит способом устранения войны. С социально-экономической точки зрения этот строй соответствует ступени всемирного хозяйства, как всеобъемлющего
