В это время под натиском немцев от Стадиона отступала группа чешских добровольцев из Бероуна…
После полудня разведывательный взвод вернулся обратно на завод «Вальтровка», за это время 2-й полк переместился на юг от Праги.
Долина реки Влтавы, временно очищенная от немцев после прибытия 1-го полка в Прагу, оставалась от- крытой. Ввиду того, что ожидалось дальнейшее продвижение частей СС с юга, командир дивизии решил поставить там весь второй полк, а именно, два батальона на левом берегу Влтавы и один батальон в районе селения Сливенец. Батальоны 2-го полка продвигались по долине Влтавы с боями и частыми стычками с боевыми группами СС и дошли до слияния реки Бероунки с Влтавой в селении Лаговички. Продвижение частей СС к Праге по левому берегу Влтавы, было наконец, остановлено. 2-й полк потерял близ сел. Лаговички 48 бойцов, которые были похоронены на месте. Это военное кладбище существовало еще в 1946-м году.
Когда части СС не могли проникнуть по узкому коридору между Влтавой и отвесными склонами на западе, они стремились пробиться по долине от гор. Радотин на северо-запад, в направлении сел. Сливенец. Но здесь они снова натолкнулись на пехотный батальон 2-го полка и зайти в тыл Праги им не удалось. 2-й полк в этом районе вел бои вплоть до утра 8-го мая.
Немецкие артиллерийские батареи на Петршине обстреливали цели в Праге и никто не мог им в этом воспрепятствовать. Одной из таких целей был госпиталь Санопс, где оказывалась медицинская помощь раненым повстанцам. После того, как артиллерийский полк 1-й дивизии занял огневую позицию над Злиховом, он скоординировал свою деятельность с чешскими офицерами из штаба восстания. В регулировании огня и проверке целей непосредственно участвовал командир дивизии с наблюдательного пункта «На Видоули».
4-й полк наступал к Праге по главной шоссейной магистрали Бероун—Прага, вслед за 3-ьим полком. Еще до того, как вся колонна была сформирована, группа шотландцев покинула полк. На одной трофейной самоходке, снова с красными беретами на головах, они отправились в противоположную сторону, в направлении к городу Пльзень, к американской армии. Весьма возможно, что они уехали с каким-то заданием, т. к. часть из них вернулась в полк, когда он уже вел бои в Праге. Прямых доказательств об их деятельности не сохранилось.
Когда полк дошел до селения Храштяны-Зличин, была слышна стрельба из района казарм и аэродрома в Рузини. Там в это время 3-й полк приступил к осаде обоих объектов и обстреливал их немецкий гарнизон.
С аэродрома пытался подняться в воздух немецкий реактивный истребитель «Швальбе», но он остановился на конце взлетной полосы и открыл огонь из бортовых орудий по шоссейной магистрали. 6-го мая до полудня 4-й полк проходил по Пльзеньскому проспекту, через районы Праги Мотол и Коширже, в район Смихова. Население снова восторженно приветствовало марширующих солдат цветами и угощением. Приходили освободители. На жилых домах в Коширжах висело два больших флага со Святоандреевским крестом, а также портрет ген. Власова, парисоваппый углем и псрскрьшающиз! собой два этажа. После того как оба батальона достигли района Праги Смихов, они свернули на север и развернулись против возвышающихся холмов: Страгов, Петршин и Градчаны, где повстанцы вели бои с немецким гарнизоном. Командный пункт полка разместился в угловом доме против казарм им. Штефаника (теперь Площадь советских танкистов). До сих пор полк не натолкнулся на немецкие части. В этой части города продолжал царить относительный покой.
Роты 1-го батальона начали продвижение с улицы Уезд, следуя по склонам Петршина, к обзорной башне и к Страговскому монастырю. Около исторического крепостного сооружения, на северо-восток от Стадиона, они натолкнулись на первое немецкое сопротивление. Но как только немецкий гарнизон установил, что он борется против регулярной армии, он прекратил огонь и со стороны Стадиона прибыл к 1-й роте парламентер, немецкий полковник с белым флагом, предложивший сложить свое оружие. Командир роты его отвел к полк. Сахарову на Смихов. Между тем, там произошло событие, которое оттеснило на задний план капитуляцию немецкого гарнизона на Страгове. В комендатуру полка вернулось четверо шотландцев из первоначальной группы, уехавшей в Пльзень, которые привезли с собой сообщение от одного из американских командований в Пльзенье о категорическом запрещении дальнейшего продвижения 3-й армии Паттона. Это означало, что дальнейшие бои дивизии в Праге привели бы к единственному результату: она полностью попала бы в руки Красной Армии, которая явно оставила за собой право на освобождение Праги. Полк. Сахаров немедленно выехал с этим сообщением в командный пункт дивизии. Вернувшись позднее ночью, он прекратил все дальнейшие боевые операции; 1-й батальон еще остался в районе Петршина и Страгова весь следующий день 7-го мая.[146]
2-ой батальон 6-го мая после полудня был включен в бои против сопротивляющихся частей в районах Пражского кремля и Чернинского замка. Подробности об их деятельности неизвестны, кроме того, что под натиском батальона немецкий гарнизон отступил в район Дейвице. (2-й батальон последним оставил Прагу и далее следовал в арьергарде дивизии).
6-го мая в 23.00 часа, дивизия была размещена по следующим районам:
1- й полк: Смихов, мосты имени Палацкого и Ирасека.
2- й полк: в районе на юг от Праги.
3- й полк: окружал аэродром и казармы в Рузини.
й полк: включен в боевые операции против немецкого сопротивления в районах Петршина, Страгова и Град- чаш айциц и г лнлиЦ*
Разведывательный дивизион: Смихов.
Комендатура дивизии: Йинонице.
Генерал Власов со своим штабом в неизвестном пока месте в нескольких километрах от Йинониц. О его деятельности в Праге известно мало, но и то, что нам известно, является непроверенными и неполными информа- циями. Вследствие того, что все люди из его окружения уже умерли, а чешские источники хранят молчание. В дни пражского восстания он был болен. Все же не настолько, чтобы не быть в состоянии вести с кем-либо переговоры; можно предположить, что он, вероятно, посетил два места. Из непроверенного источника известно, что он вел переговоры с ген. Клецандой, имя которого повторяется как чешского генерала и руководителя восстания. Ген. Клецанда был единственным человеком на чешской стороне, которого он знал только по переговорам с С. Фрелихом. Для ведения переговоров с ним Власов не нуждался бы в переводчике, т. к. Клецанда говорил по- русски. По ген. Клецанда отстранил участие 1-й дивизии в восстании, судя по записи, сделанной на русском языке и без подписи, которая хранится в музее общества «Родина» в гор. Лейквуд штата Ныо Джерси. Из оценки этой записи, содержащей как засвидетельствованные данные, так и искаженные временем информации, вытекает, что они исходят от какого-то лица из близкого окружения Власова и Буняченко и что этот автор сообщает о событиях, о которых ни в одном из документов РОА или в
мемориальном материале не упоминается.
Первые признаки сомнения в том, что дивизия и дальше будет участвовать в боевых операциях в Праге, появились еще в тот же день, 6-го мая, поздно ночью. Возникли они в результате как сообщения, привезенного шотландцами из Пльзеня, так и того, что в Праге появился американский вооруженный конвой, имевший специальное задание.
Дело заключалось в том, что 6-го мая, после полудня, командование американской 16-й бронедивизии в Пльзене получило от своего высшего командования специальный приказ. Сильно вооруженный моторизованный эскорт должен был доставить в Лазне Велиховки немецкого штабного офицера полк. Мейер-Детринга (см. главу IX), который прилетел на самолете в Пльзень. Его заданием было оказать посредничество в переговорах немецкого гарнизона в Праге о прекращении боев и подготовке капитуляции. Конвой покинул Пльзень к вечеру. Часть конвоя явно имела особое задание и появилась в военной комендатуре в Бартоломейской улице, где командующий конвоем должен был на месте получить сведения относительно положения восстания. (Об американских конвоях см. прим. 34).
О прибытии конвоя ген. Буняченко узнал от жандармского патруля, прибывшего в комендатуру дивизии в Йиноницах немного позже 2-го часа и передавшего ему требование штаба восстания о том, чтобы был послан уполномоченный для ведения переговоров в комендатуру в Бартоломейской улице. Нам известно, что на это заседание ген. Буняченко уполномочил командира полка, вероятнее всего, командира 1-го полка, подполк. Архипова. Когда в сопровождении переводчику он прибыл в Барто- ломейскую улицу, то увидел перед зданием ряд американских военных автомашин. Между тем офицеры чешского командования информировали командующего конвоем американского капитана, что им пока еще удается справляться с положением, благодаря помощи первой дивизии РОА, которая с утра участвует в боях на чешской стороне. В этот момент они не отдавали себе отчета или просто не знали, что в результате их утверждения они лишились последней надежды на участие американских войск в борьбе за Прагу. Согласно окончательному соглашению между ген. Эйзенхауэром и ген. Антоновым от советского Верховного командования, американские войска не должны были переходить линию Пльзень-Будейовице. Однако, нарушение этой линии американской стороной не исключалось, если оно будет вызвано необходимостью, даже если занятие Праги было бы наверное ограничено временем.
