И вроде все это понимают, но нет-нет, а проскользнет шуточка про любовников. Я, кстати, тоже могу так подкалывать, особенно после того, как узнал, что между Шар’Амалайей и бывшим моим шефом, начальником екатеринодарского УБОМПа Лхудхаром явно что-то было в прошлом. Как он ее тогда назвал, когда мы за «королем-мертвецом» гонялись? Лая? Домашний вариант имени, эльфки такой только членам семьи позволяют использовать. И любовникам.
Сразу же представилась картина: Агрих Дартахович — седая шерсть на загривке, рост два двадцать пять, утопленные под массивными надбровными дугами глазки — сажает на колени маленькую, по сравнению с ним вообще крохотную, главу екатеринодарской Секции. На которой какого-то черта из одежды лишь крохотный, ничего не скрывающий пеньюар. Ее волосы распущены, на губах замерла мечтательная улыбка…
Так, не туда мысль пошла, Лисовой! Бегом к Кэйтлин!
Едва я бросился в сторону девушки, как что-то крепко ударило меня в грудь. Больно не было, но сила толчка была так велика, что я потерял равновесие и завалился на спину. В панике схватился за то место, куда пришелся удар и почувствовал под рукой что-то горячее.
На миг стало страшно. Показалось, что под ладонью у меня кровь — моя собственная. Но наваждение рассеялось, когда я понял, что сжимаю в руке перегревшийся и лопнувший от высвободившейся энергии гномий артефакт щита. Который, судя по всему, только что спас мне жизнь.
— Годро, здесь стрелок! — крикнул я, не вставая. Не хватало снова превращать себя в ростовую мишень. — Найди его!
— Антон, тут полсотни разумных мечется! — донесся до меня его слабый голос. — Как я, по-твоему, смогу это сделать?
— Ну ты же маг!
— Люди, морх’арах[1]! Откуда тут вообще стрелок?
— Это важно сейчас, а? Может, тот, который Мохова подстрелил?
На некоторое время мы замолчали. Орк, как я понимал, магией искал стрелка. Сам я лежал, вжавшись в землю, не рискуя поднять голову и осмотреться. Было одновременно страшно и противно. Второе чувство происходило от бессилия. Все делом заняты, один Лисовой носом в землю упал и двинуться боится — щит-то с первого попадания разрядился.
Вот что за непруха такая, а? Почему стреляли не в кого-то, а именно в меня? Я что, самая важная цель из всей нашей группы? Нет, я не к тому, что лучше бы стрелок работал по эльфке, гному или орку, просто — почему по мне-то? Как, черт возьми, проклятый!
«Последствия есть всегда! — тут же вспомнился мне разговор из сна с Игорем. — «Чем меньше вмешательство, тем меньше последствия. Мы с тобой уже пустили с горы камешек…»
Это что же — они? Последствия? Или просто нечего было деревом посреди освещенной поляны стоять? Орк тоже стоял, но стреляли не в него, а в меня. А ведь с точки зрения защитников венценосца Годро более важная цель — маг все-таки! Как это вообще работает, хотелось бы знать? И кто такой этот Игорь…
— Нашел его? — устав ждать, крикнул я в сторону, где сидел Годро.
— Нет, — отозвался он. — Ему бы пальнуть разок, тогда бы я…
— А иллюзию меня надо мной можешь поставить? Может, он среагирует?
— Не смогу. Придется отпускать этих несчастных.
Маги, черт их дери! Все из себя такие загадочные, с превосходством глядящие на других разумных, которым эволюция дара не отвесила, а дойди до дела — и что? Паршивенькую иллюзию сварганить не могут!
— Могу фантом сделать, — предложил Годрох. — Со смещением. Он энергии и концентрации почти не требует.
А это чем поможет, интересно? Фантом — это копия человека, как бы видимая его тень, которая повторяет все движения. Но, если со смещением… Ну да, может сработать. Риск, конечно, остается, но снижается почти вдвое. Или втрое, если на меня парочку двойников повесить.
— Два сможешь?
— Постараюсь, — орк замер истуканом, а справа и слева от меня появились два фантома. Точные мои копии, только слегка прозрачные, если присматриваться. Когда я крутил головой, рассматривая то одного, то другого, они повторяли мои движения.
— Готов?
— Да.
Голос Годроха звучал, как-то не очень уверенно. Кажется, он слабел буквально на глазах. Если так, нужно было поторопиться. Прежде чем здравый смысл успел меня остановиться, я быстро поднялся на ноги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что ты делаешь, идиотина! — орк заорал мне вслед. — Лис, нельзя же быть таким кретином!
Вспышку выстрела я разглядеть не сумел, а вот попадание пули в бедро смог ощутить в полной мере. Рухнул на землю, зажимая рану в ноге и ощущая под пальцами уже не воображаемую, а самую настоящую горячую кровь. Каким-то чудом, не иначе, вместо матерного крика, который бы куда больше соответствовал ситуации, я выдохнул:
— Нашел?
— Да. Все, можешь о нем больше не беспокоиться. Самого не задело?
— Слегка, — храбрясь отозвался я.
С другой стороны, я ведь и в самом деле не был осведомлен о степени тяжести ранения, которое получил. Знал только, что больно было невероятно.
— Подлатаешь меня, маг?
Орк, неуверенно хватаясь руками за деревья, добрался до меня и присел рядом. Отвел мою руку в сторону, посмотрел на рану и покачал головой.
— Тут целитель нужен. Моих способностей хватит только на то, чтобы кровь замедлить. Ну и ты отбегался на сегодня, понимаешь? Двигаться нельзя, я тромб создам, но, если дернешься, он тут же отойдет, и рана откроется.
Я кивнул и постарался поудобнее улечься на земле. Раз уж мне предстоит всю финальную часть охоты за венценосцем пропустить, так лучше делать это не в скрюченной позе.
— Делай, — сквозь зубы прошипел я. С каждой минутой шок отступал, а боль, наоборот, накатывала все сильнее.
— Да все уже, — буркнул Годро. — Полежи пока тут, посмотрю, что с девчонкой нашей.
И он, уже не пригибаясь к земле, а выпрямившись в полный рост, двинулся в сторону лежащей на земле Кэйтлин.
Оставшись в одиночестве на несколько долгих минут, я потратил некоторое время на то, чтобы поматерить себя за неуместный героизм, потом признал, что поступок мой был совершенно оправдан. Затем еще немного ругательств отпустил в адрес этого Игоря с его «последствиями». И, наконец, услышал шумное дыхание приближающегося орка.
— Что там? — спросил его, когда он приблизился и аккуратно опустил на землю подле меня бесчувственную Кэйтлин.
— Наших не видно, Аверьянова тоже, — сообщил он. — Но он не уйдет, не переживай. Слуги его до сих пор с фантомами борются. Кстати, хорошо вместе смотритесь.
Так как Кэйтлин лежала сейчас на земле рядом со мной, мы и вправду выглядели как супруги, которые уже давно живут и спят вместе.
— Иди ты! — беззлобно ругнулся я. — Достали уже со своими подколками!
— Прости-прости, раненый герой! — орк устало опустился на землю, превращая целомудренную картину отдыхающей пары в куда более многозначительную. — Ноги что-то не держат. Давно так не выкладывался.
— Размяк на кабинетной работе! — безжалостно припечатал я. — Как сказал бы Агрих Дартахович, в поля, боец, в поля! Следака ноги кормят, а не чугунная задница!
— Что-то я сомневаюсь, чтобы он так говорил.
— Ну, я немного от себя добавил.
Некоторое время мы просто лежали на земле, слушая, как слуги венценосца в сотне метров от нас увлеченно гоняются за созданными орком призраками. Затем сквозь их топот и выкрики я расслышал шаги.
— Годро! Антон! — позвал нас голос Ноба. — Вы где?
— Здесь! — обозначились мы и вскоре увидели прущего к нам через кусты гнома.
На плече у коротышки висело бесчувственное тело человека, это, судя по внешнему виду гнома, нисколько ему не мешало. За Нобом шла Шар’Амалайя, крутя в руках мужское кепи с коротким козырьком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вот вы где, — гном дернул плечом, сбрасывая свою ношу шагах в трех от нас. — А мы ищем вас, ищем. Кстати, хорошо смотритесь вместе.
— Иди ты! — в один голос с орком отозвались мы.
Эльфка присела на корточки рядом с нами, тронула Годроха за плечо и произнесла.
— Снимай уже иллюзию. Венец у нас.
Тут я заметил, что подклад кепи, которое она держала в руках, разодран, и оттуда выглядывает что-то металлическое и поблескивающее.
