— Вы намекаете на то, что я принадлежу Темной? — прошептала Френа, представив себе вырытые в земле могилы.
— Вероятнее всего.
— Но я никогда не давала Ей клятву верности! — Френа смахнула пот, заливавший ей глаза.
— Младенцев могут посвятить богу родители или приемная мать. — Слова прорицательницы прозвучали так, словно она пыталась что-то у нее выведать. Френа решила, что ее ждет разочарование. — Когда ребенок становится взрослым, посвящение необходимо подтвердить. Вот почему ритуал требует, чтобы ты отказалась от всех остальных богов и от Древнейшей в отдельности.
— И тогда я буду от Нее свободна?
— Так заверяют священники. Если ты хочешь попытаться сделать это здесь и сейчас, боль в определенной степени отступит. С другой стороны, если ты пожелаешь принести клятву верности Ей, твое физическое состояние тоже улучшится. Я подозреваю, что причина твоих страданий именно в этой неясности. Я уже говорила: Избранную определить невозможно — она произнесет слова отречения, не моргнув глазом. — Прорицательница отвернулась, словно услышала нечто, недоступное Френе. — Мы слишком долго беседуем. Двенадцать раз по двенадцать благословений тебе…
— Подождите! Предположим, я решу… обдумать другую возможность. Что нужно делать?
Прорицательница долго молчала, стоя в облаке белых одежд.
— Советую тебе поговорить со служащим твоего приемного отца, мастером Пакаром. Судя по его привычкам, если он и не хтонианин, то должен знать тех, кто ими является. Но будь предельно осторожна!
— Подождите! — Френа схватила прорицательницу за край плаща. — Вы готовы помочь Избранной?
Свидетельница высвободилась и ответила:
— Я же говорила, мне неизвестно определение зла, Фабия Селебр, но «дети Храга» очень близко к нему подошли. Я готова помогать любому, кто выступит против них, любому! И я не одна. Однако будь осторожна! В Скьяре сейчас девять Свидетельниц, но не все они со мной согласны. Не верь никому, кто не назовет тебе имя Вуаль.
— Вуаль?
— Она ведет нас за собой. Двенадцать благословений, Фабия Селебр.
С этими словами она ловко взлетела по оставшимся ступеням и исчезла за воротами в вихре белых одежд.
* * *
Высшая Жрица Бхария была в зрелом возрасте, обладала величественной фигурой, зычным голосом, и зануды пуще нее в Додеке не знали. Она могла на протяжении всего банкета не переводить дыхание и не закрывать рта, умудряясь съесть больше остальных, одновременно рассуждая на темы, которые ее в данный момент занимали. Френа старалась никогда не приглашать ее на приемы, если только не присутствовала Салтайя — та единственная осмеливалась ее прерывать.
С другой стороны, она была глупа, но зато добродушна. Она приняла Френу в большой, заполненной людьми гардеробной — сумрачной, душной, пахнущей гнилью — и заключила в могучие потные объятия, обдав запахом божественного дерева. Когда они обменялись любезностями, Жрица отодвинула свою гостью на расстояние вытянутой руки и принялась разглядывать из-под нависших век.
— Ты хорошо себя чувствуешь, дитя? Выглядишь ужасно. Нервы, полагаю; это совершенно естественно для девушки перед…
— Голова болит… погода…
— Да, влажность, я тебя понимаю, у нас одна жрица священного Настра невероятно страдает в сезон дождей, ее постоянно тошнит… давай отправимся в храм священной Синары, там ты помолишься, оставишь небольшое подношение, и наверняка богиня облегчит твои страдания.
— Нет, со мной все хорошо, — поспешно проговорила Френа. Сказать что-нибудь иное в присутствии достопочтенной Бхарии было невозможно.
— Как хочешь. Тогда позволь сначала представить тебе…
Высшая Жрица представила ей дюжину служителей и две дюжины их заместителей, в чем не было никакой необходимости. Зато все они ждали от Френы подарков. Не успели они произнести и двух слов приветствия, как Бхария повела всю процессию на экскурсию по Пантеону.
Очень скоро Френа обнаружила, что головная боль слегка отступила и стала вполне терпимой. Она поняла, что в определенном смысле сделала выбор, отказавшись обратиться за помощью к священной Синаре. Окончательное решение она примет, когда у нее будет возможность обдумать то, что ей сообщила Свидетельница. Дочь дожа, что бы это ни значило. Фабия — необычное имя, даже экзотическое. Аристократичное. Ей придется научиться думать о себе как оледи Фабии. Три брата? Правитель крупного и стратегически важного города?
Убийство?
Точно матушка-гусыня, Бхария повела свиту вдоль ухоженной дорожки через необычный парк; они поднимались и спускались, тропинка петляла между скалами и древними деревьями, от одного храма к другому, и все это вокруг вершины холма. Встречавшиеся им священники и прихожане испуганно уступали дорогу. Сегодня монолог Высшей Жрицы был посвящен истории Храмового острова и самого Скьяра, необходимости сохранять и восстанавливать святыни. И, хотя она ни словом не обмолвилось о золоте Хорта, вне всякого сомнения, именно оно подтолкнуло ее к подобным разглагольствованиям.
Она постоянно повторяла слова «очень старый».
— Эта земля священна с давних времен, в некоторых местах даже древнее Арканы. Здесь сохранились следыочень старых, примитивных храмов… Все храмы выстроены из дерева, и некоторые стили поражают своей древностью — этоочень старые постройки. Разумеется, материал достаточно новый, потому что испокон веков каждое здание возводится заново раз в двадцать лет, причем копия в мельчайших подробностях повторяет оригинал. К очередной запланированной реставрации мы и собираемся приступить в ближайшее время.
У Бхарии было единственное достоинство: разговор с ней не требовал никаких усилий, даже участия.
— Храм священного Веруочень старый, возможно, самый древний из сохранившихся до нашего времени, потому что ущелью дано Его имя. Известно, что в так называемый Период Экспансии город считал Веру своим покровителем, впрочем, тогда Скьяр был всего лишь пиратской крепостью. Хотя нам не следует говорить вслух подобные вещи, даже если это и правда, верно? Ведь благодаря мастерству пиратов в строительстве кораблей мы смогли завоевать половину побережья Океана и все земли вокруг озера. По этой причине священную Храду стали считать Его супругой, и веристы поклонялись Им, как двум покровителям города…
— А я всегда думала, что священная Храда — богиня-девственница, — умудрилась ввернуть Френа.
— Ну, сейчас это, разумеется, так, — спокойно заявила Высшая Жрица. — Однако все, о чем я рассказываю, было много лет назад. — Она помчалась вперед, видимо, так и не поняв, что ляпнула глупость. — По традиции богине преподносят дар в виде вышитого шарфа, но мы можем предложить украшенную драгоценностями шкатулку за вполне приемлемую цену…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
