закрыл портал.
– И всего-то?
Нира рассмеялась:
– «И всего-то»? Если бы ты знал, сколько жизней спас только что при помощи своей машины!
– Ну, раз ты так говоришь… – пришел в замешательство Бренд. – Так кто ты? Агент МОССАДа?
– В тысячу и восьмой раз говорю: я ни на кого не работаю.
Она подошла к нему, чмокнула в щеку и тут же провела по ней рукой, словно пытаясь стереть невидимый след от помады.
– Спасибо, Йони. Скоро увидимся.
Уже от подножия лестницы она обернулась и сказала, будто слегка его провоцируя:
– В следующий раз появляйся вовремя, ладно? Чтоб не пришлось тебя ждать.
Запуск в США, 12:29:00, 22 ноября 1963 года
Когда портал открылся в третий раз, послышались совсем другие звуки.
– Ну да. Понятно, – сказала Элиана.
– Да, это довольно знакомо, – поддержал Дорон.
– Ноябрь шестьдесят третьего, – констатировал Эди. – Почему я не удивлен, Бени?
Бени только пожал плечами и вытянул шею вперед:
– Ну, где же они?
* * *
Прошло не больше минуты, и вот автомобиль появился за поворотом. Крики и возгласы толпы становились все громче, пока президентский лимузин медленно продвигался по улице. С лужайки у тротуара, куда открылся портал, можно было видеть обступившие улицу высотные здания.
На этот раз портал открылся в нужном месте; и ровно когда кабриолет проехал перед ним, случилось то, чего они ждали. Они не слышали выстрела, но увидели, как голову президента Кеннеди отбросило назад. Бени вскрикнул, Элиана в ужасе отвернулась. Нира, глазом не моргнув, продолжала наблюдать. Ее больше интересовало происходящее вокруг машины, чем внутри.
– Это было ужасно, – пожаловалась Элиана, когда Бренд закрыл портал. – Что с тобой не так, Бени? Зачем тебе понадобилось смотреть на это?
– Слушай, ну это же важное историческое событие, – оправдывался Бени. – Любопытно узнать, что там произошло. Правда же, – обратился он к Бренду, – все очень быстро случилось, да? Мне кажется, стрелял один человек. Жаль, что прошлое нельзя замедлить или ускорить… Можно открыть еще раз, только чуть ближе?
– Нет! – вскричали все, кроме Ниры, которая лишь сдержанно улыбнулась и поинтересовалась:
– Чья теперь очередь?
– Элиана, – произнес Бренд, – может, все-таки хочешь что-нибудь посмотреть?
– Не желаю копаться в прошлом, – отмахнулась она. – Я пас.
– Хорошо, тогда мой черед, – вмешалась Нира.
– Элиана, ты уверена? – не отставал Бренд.
– Уверена, уверена, – проговорила Элиана. – Открой то, что она попросила.
Запуск в США, 22:10:00, 5 июля 1942 года
Бренд повозился с системой, и портал ожил.
В нем появился маленький, тесный клуб. В воздухе стоял сигаретный дым, на тесной сцене уже приготовились к выступлению музыканты, устроившись практически вплотную друг к другу. Рояль, ударные, виолончель. Легкий запах пота и шум бокалов сливались с тихим бормотанием людей, которое разом стихло, когда высокий мужчина в черном костюме поднялся на сцену и взял микрофон. Свет в зале приглушили, все взгляды присутствующих обратились к нему. Он не стал долго тянуть.
– Леди и джентльмены, – произнес он приятным баритоном, – мисс Элла Фицджеральд!
Мужчина ушел со сцены, и вышла она.
– О, я ее обожаю, – прошептала Элиана Эди.
Бренд смотрел на них. Эди все еще был разочарован тем, что не увидел в портале желаемого. Элиана выглядела спокойной и расслабленной, и Бренд задумался, на самом ли деле она так себя чувствует или притворяется. Позади них Нира вытащила из кармана маленькое черное прямоугольное устройство, а перед ними запела из сороковых годов Элла Фицджеральд.
Они стояли и смотрели на нее вместе с публикой, собравшейся в маленьком клубе, слушали и молчали, возможно впервые за этот вечер позволив себе наслаждаться моментом, как вдруг, внезапно, на третьей песне портал закрылся и пение прервалось.
– Что случилось? – встрепенулась Нира.
– Простите, – извинился Бренд. – Энергия почти кончилась. Программа позволяет установить максимальный срок, в течение которого портал остается открытым. Обнаружив, что энергии мало, она автоматически устанавливает время закрытия на случай, если…
– Ладно-ладно, не важно, – успокоила Нира. – Это было чудесно, спасибо.
Эди посмотрел на нее с подозрением.
– Это что у вас, какое-то записывающее устройство? – спросил он, указывая на прибор у нее в руках.
Нира быстро убрала прибор обратно во внутренний карман пиджака.
– Это для личного пользования, – ответила она и повторила то же самое Бренду: – Только для личного пользования.
Она стояла позади, поэтому все молча повернулись к ней. Нира ответила им спокойным взглядом, переводя глаза с одного на другого, словно бросая вызов.
– Хорошо, – вмешался Бренд. – Думаю, беспокоиться не о чем.
Нира улыбнулась безмятежно.
– Так что, все? На сегодня сеанс прошлого завершен? – спросил Бени, и Бренд кивнул.
– У меня тут осталось немного пива, – подал голос Дорон. – Кто-нибудь хочет?
– Я, – сказала Элиана. – Только давайте пойдем наверх, а то тут совсем дышать нечем.
Нира
Это был огромный, белый, сверкающий чистотой вестибюль. За стойкой из стекла и металла лысый морщинистый охранник читал маленькую, но толстую книгу на французском. Его белая форма без именной нашивки сливалась с блестящим полом и стерильного вида лобби. Они подошли к стойке и предъявили документы.
– У нас здесь назначена встреча, – известил Банкер. – С Нирой Башари.
Охранник поднял глаза от книги и положил ее обложкой вверх на стойку. Кроме этой толстой книги и серого блокнота, на стойке не было ничего. Ни клавиатуры, ни экрана видеонаблюдения, ни телефона. Охранник поднял блокнот и пролистал его.
– Имя? – спросил он.
– Биньямин Кроновик и Авигаль Ханаани, – ответил Банкер.
Охранник кивнул, перевернул одну-две страницы, затем положил блокнот и снова взял книгу. Уже готовый вернуться к чтению, он сказал, не потрудившись даже взглянуть на посетителей:
– Ты можешь пройти, а он – нет.
– Простите? – опешил Банкер.
Охранник поднял глаза.
– Ханаани может пройти, – проговорил он медленно, – а ты посиди здесь и подожди. Есть разрешение на вход, но только для нее.
Напарники обменялись взглядами.
– Мы работаем вместе, – возмутилась Авигаль.
– Тогда и ждите тут вместе, – изрек охранник. – Он не идет. Ты можешь.
С этими словами он нажал на скрытую кнопку под стойкой. Раздалось короткое жужжание, и толстая стеклянная дверь, щелкнув, открылась. Авигаль нерешительно посмотрела на Банкера, который сказал:
– Иди. Я подожду здесь.
Она вошла, и стеклянная дверь закрылась за ней.
– Двадцать пятый этаж, – подсказал охранник, не отрывая глаз от книги.
Банкер засунул руки в карманы и независимой походкой направился к креслам на другом конце вестибюля. Авигаль в замешательстве посмотрела на него, развернулась и пошла к лифтам. Стоило ей надавить на кнопку вызова, как двери сразу же открылись. Она слегка прикусила верхнюю губу и шагнула внутрь.
* * *
На двадцать пятом этаже имелась всего одна дверь, и она была чуть приоткрыта. Авигаль
