кровати, словно в гнездышке под навесом из льняных полотен, я любуюсь панорамой Нью-Йорка и Эмпайр-стейт-билдинг. Отдельно стоящая ванна из тика напоминает мне о Бали. Когда я была молодой матерью, я жила в старинном солидном здании на 5-й авеню и чувствовала себя очень взрослой. Теперь я бабушка и живу как представительница богемы, и это помогает мне чувствовать себя юной. Когда мы с Барри бываем в Нью-Йорке в рабочие дни, то спим раздельно – он в своих апартаментах в отеле Carlyle, а я в офисе на 14-й улице. Мне нравится наша договоренность – она делает наши выходные и отпуска еще более особенными.
И все же нет места красивее, чем мой дом – поместье Cloudwalk. Как бы много энергии во мне ни было, чтобы сохранить ее, мне нужна тишина. Я подпитываюсь красотой этих мест – яблоневые сады и раздолье зеленых лугов, балийские флаги вдоль реки, басовитое кваканье лягушек. Мне было всего 27 лет, когда мне посчастливилось купить эту ферму на 23 гектарах земли за 210 тысяч долларов. Даже не успев выйти из машины, я поняла, что влюбилась в это место, и тут же вручила изумленному агенту по продаже недвижимости чек для первого взноса. С тех самых пор я провожу тут каждую свободную минуту. Местные деревья – мои друзья на протяжении сорока лет. Я уверена, что, если меня распилить пополам, наши годичные кольца будут иметь одинаковый узор.
Нигде я не испытываю такого чувства благодарности, как в Cloudwalk. Нет ничего, что может меня успокоить и придать сил так, как это место. Мои дети, любовь Барри, Cloudwalk и моя работа – самые непреходящие вещи в моей жизни. Все мои воспоминания, все мои фотографии, письма, дневники, архивы хранятся там.
Я могу часами сидеть с книгой или за работой – за четырехметровым столом из цельного куска дерева, который сделал дизайнер мебели Джордж Накашима. Мы с Барри любим читать и проводить время в тишине в компании наших собак – Шеннона, старого джек-рассел-терьера, которого Барри подобрал во время велосипедной прогулки в Ирландии, Эвиты, молодого щенка джек-рассела, и двух терьеров, которых привезли домой из недавней поездки в Чилийскую Патагонию.
Но главное, из-за чего я возвращаюсь в Cloudwalk, – это природная красота. Чем старше я становлюсь, тем важнее это становится для меня. Мысль о том, что природа нам неподвластна, успокаивает и опускает меня на землю. В городе, где все вокруг создано руками человека и я должна решать все проблемы, мое значение словно преувеличено, а когда я гуляю по лесу или брожу по холмам вокруг Cloudwalk, я чувствую свою незначительность, и мне это нравится.
Природа никогда не стоит без движения. Что-то все время растет, созревает, увядает, и так по кругу. Деревья красивы, даже когда они голые. Я люблю каждую из этих стадий, и меня невероятно завораживает весь жизненный цикл, который продолжается вновь и вновь. Природа никогда не останавливается. Иногда она бывает жестока, принося засухи и наводнения. Иногда она внушает страх, разражаясь торнадо и ураганами. Она может быть непредсказуемой. Не так давно осенью на нас обрушился ранний снегопад, который погубил много деревьев и на несколько недель оставил нас без электричества. Мне было жаль потерять деревья, которые стали моими товарищами, но, мне кажется, это хорошо, когда нам напоминают, как мало мы значим и какие мы уязвимые.
Мой любимый маршрут для прогулки по поместью – через рощу из белых восточных сосен к залитому солнцем открытому полю, а затем к той стороне холма, где я хочу, чтобы меня похоронили. Сначала я думала, это будет в лесу под сводами прекрасных белых сосен, но несколько лет назад соседний участок был выставлен на продажу, и, чтобы спасти тридцать пять гектаров от участи стать землей для жилой застройки, мы купили его. Место, которое я выбрала изначально, вдруг оказалось слишком близко к дому, поэтому мы выбрали новое, чтобы сделать там сад для медитаций и моего будущего захоронения. Я попросила французского ландшафтного дизайнера и своего друга Луи Бенеча подумать над оформлением, и он предложил прекрасный минималистичный дизайн из двух полукруглых каменных стен на холме. Виктор и его жена Лурдес, которые на протяжении многих лет поддерживают поместье в идеальном состоянии, построили эти стены, используя в качестве материала местные камни. Это особенное, тихое место. Гости, которые приезжают в Cloudwalk, постоянно смеются надо мной, потому что я вожу их показать свое будущее место упокоения, поэтому пока мы называем его садом для медитации.
Я люблю Cloudwalk и его красоту. Я люблю смотреть, как садится солнце, сидя на одной из каменных стен, и наслаждаться потрясающим видом. Мне кажется, будто я сама превратилась в этот пейзаж из лугов, леса и холмов. Иметь возможность наслаждаться такой красотой для меня большая честь. Я много работала и до сих пор много работаю, чтобы позволить себе это. Мне приносит удовлетворение мысль о том, что однажды настанет день, до которого еще далеко, когда в этой прекрасной земле будет покоиться женщина, которой я решила стать 57 лет назад в Брюсселе, на дне рождения в честь десятилетия Мирей.
Модный бизнес
Несмотря на оглушительный успех моего платья с запа́хом, на протяжении многих лет я не осмеливалась называть себя дизайнером. Ив Сен-Лоран был дизайнером. Мадам Гре была дизайнером. Халстон был дизайнером. Я же попала в мир моды практически случайно в надежде стать финансово независимой. Я даже не могла мечтать о том, что простое платье, которое я выпустила в 1974 году, платье, которое было одновременно удобным, сексуальным, элегантным и доступным по цене, впишет мое имя в историю моды. Да, к 1978 году были проданы миллионы экземпляров моих платьев. Модель включили в коллекции Института костюма Метрополитен-музея и Смитсоновского института – стыдно признаться, но тогда я даже не знала, что такое Смитсоновский институт. Когда мне было 29 лет, я даже попала на обложку журнала Newsweek, в котором меня назвали «дизайнер платьев Диана фон Фюрстенберг».
И все же тогда я еще не осмеливалась называть себя дизайнером, как не осмеливалась называть себя хорошей матерью, пока мои дети не стали взрослыми. Нельзя утверждать такие вещи в молодости, потому что их сначала надо доказать. Уже после того, как я поняла, что меня ждет второй акт и я могу вернуться и быть актуальной, я убедилась в том, что тот мой первоначальный успех подтвержден, что он не был случайностью. Только спустя два десятилетия после создания платья с запа́хом я наконец стала называть себя дизайнером.
С высоты прожитых лет я вижу,
