зверем выпрямляется и стыдливо прикрывает моей майкой свои стройные бедра. Майка натягивается вниз и открывает ее декольте. Я замечаю фарфоровые полушария грудей. Черт.
– О! Ещё лучше! Это что? Утренний стриптиз?
– Закрой глаза, маньяк! Закрой, я тебе говорю! Ну что ты смотришь? Закрой свои бесстыжие глаза, – возмущается Аня, перепрыгивая через мои протянутые ноги.
– Тише. Всех разбудишь. Хорошо, хорошо. Как скажешь! Закрываю, – я смеюсь и прикрываю глаза.
– Блин, где мои вещи? Куда они делись? – бурчит недовольно Аня и по всей видимости роется в одежде на кресле.
Я открываю один глаз и снова вижу девичью тонкую фигуру. Ммм…. Какие длинные ноги, какие красивые бедра, какие упругие ягодицы.
– О, нашла, – вдруг Аня резко оборачивается и, поймав меня за подглядыванием, буквально краснеет от злости.
– Закрой глаза! Обманщик! – Аня кидает в меня своей кофточкой, и та мягко попадает мне прямо в лицо.
– Все, я не буду подсматривать! Честное причестное, – в руках кроме ее кофты и нащупываю что-то невесомое и тонкое с лямочками и бантиками. Похоже на кружево и шелк.
– Вау…. Интересно, – я глажу ткань бюстгальтера, – Двоечка…. Я так и знал.
– Я тебя убью, отдай мне его немедленно, – Аня подлетает как фурия и с силой выхватывает ажурный предмет нижнего белья.
Я снова смеюсь, но глаз не открываю. Она забавная. Она заводит меня. Я хочу ее. Черт. Пора валить.
– Тшш… Успокойся, – ласково говорю ей, протягивая свитер. – Я снова не удержался. Не знаю, что на меня нашло. Но когда ты рядом почти голая, мне, знаешь ли, тяжело себя контролировать.
– Это в очередной раз доказывает, что мысли у тебя только об одном. Дикарь! – без злости, уже тише произносит она.
– Не только, но в основном. Я молодой здоровый парень. О чем я должен думать при виде красивой девушки? О зиме? О вчерашнем вискаре? Или может о меморандуме бизнес-информатики?
– Ты обещал не подсматривать. Вот и все.
Она шуршит одеждой, а я улыбаюсь. Все же с ней хорошо. Даже когда она злится.
– Все! Можешь открывать глаза, – сообщает она.
Я с нетерпением распахиваю веки и вижу ее. Одетую, но такую же красивую. Она стоит напротив окна, и мягкий солнечный свет окружает ее фигуру золотистым ореолом. Глаза выразительны и прекрасны, а губы слегка приоткрыты в улыбке.
– Ты спала в моей майке?
– Да, вчера после душа мне нужно было что-то надеть. Я нашла ее в шкафу. Надеюсь, ты не против? – смотрит на меня, будто что-то скрывает или опасается. Но чего?
– Конечно нет. Тебе она очень идёт, – улыбаюсь я.
И теперь мы уже оба молчим, и какое-то незримое таинство кружит между нами. Будто бы у нас появился секрет. Появилась эта совместная ночь. И ее уже не сотрешь, нажав «делит». Ее не перешлёшь по ошибке другой девчонке. Ее не потеряешь, как пол ляма. Ее не продашь, как мою Хонду.
У нас появилась наша ночь, мы были вместе, и теперь это нас объединяет и связывает пока ещё тонкой, как паутинка, верёвочкой. Но связь есть. Я это чувствую в своем сердце. Я читаю это в ее глазах. Она тоже это чувствует и знает. Ночь была.
– Кстати, насчёт душа. На втором этаже есть кабинка. Лично моя. Ну, можно так сказать. Иди первая. А я после тебя. Не переживай, родители не поднимутся.
– Эм… Хорошо. Я тогда пошла.
– Стой. Провожу.
Мы выходим из моей комнаты, и я веду Аню в ванную. Показываю, где что можно взять и возвращаюсь к себе.
Глава 27 Все остается как есть
Рома
В комнате, оставшись один, я думаю на счёт разговора с родителями. Честно, мне не хочется общаться с ними о чем бы то ни было. И никуда я не пропадал. С отцом мы созваниваемся раз в месяц, и он знает, что у меня все в порядке. А мама, что ж, маму уже не переубедишь. Она всегда была главой в нашей семье. Массовик-затейник и лидер. А папа лишь следовал за ней и во всем соглашался. Да, он военный. Но не дома. Дома скорее мама старшина, а папа младший сержант.
Мама всегда любила себя больше, чем нас. По крайней мере, мне так всегда казалось. Себе покупала кучи одежды и обуви, когда я ходил в кедах круглый год. Раньше мы жили не так богато, как сейчас. Но даже в те времена мама одевала только себя любимую.
И я привык, привык так жить. Старался быть незамеченным, скрытным да и вообще поменьше появляться дома и общаться с родителями. Но когда речь зашла о моем скором отбытии. Я решил испытать судьбу. А вдруг?
Помню как просил, умолял, упрашивал освободить меня от этой службы. Но в ответ получил оскорбления и отказ. В тот же день я собрал все вещи и уехал из дома…
Аня появляется внезапно, и мои мысли испаряются при виде сексуальной девчонки.
– Теперь моя очередь. Я мигом, не скучай, – прохожу мимо нее и слегка задеваю ее волосы. Липну к ней как магнит, точно.
Выхожу из комнаты и отчётливо слышу снизу голоса и другие звуки. Все встали. Пора ехать домой.
* * *
После контрастного душа я возвращаюсь к себе и одеваюсь. Мы с Аней, наконец, покидаем мою комнату.
При этом я испытываю противоречивые чувства. С одной стороны жалею, что ночь осталась позади. А с другой стороны радуюсь, что скоро нафиг уеду подальше отсюда.
Мы спускаемся в зал и встречаем там уже одетых и бодреньких предков.
– С добрым утром! Как спалось? – лилейным тоном здоровается мама.
Мельком смотрю на стол и замечаю завтрак на четыре персоны. То есть нас ждали? Хм. Наивные…
– Здравствуйте, – отвечает Аня.
– С добрым! – говорю я и прохожу мимо сервированного стола в прихожую.
– Рома, вы что не останетесь? Мы с папой хотели поговорить. Пожалуйста, остановись, – мама несется за нами.
– Нет времени, – отрезаю резко, но не грубо.
– Анечка, останьтесь хоть на чай, – просит она уже у моей девочки.
– Мам, не можем мы. Спасибо за гостеприимство. Но как-нибудь в другой раз.
– Роман, не будь упрямым. Зайти на пять минут, – папа появляется из-за угла.
Я смотрю на Аню, она выглядит взволнованной. Черт, зачем я ее вплетаю в наши семейные передряги? Ей некомфортно.
– Хорошо. Останемся на чай. Ты согласна? – спрашиваю у Анютки.
– Да, – кивает она головой.
Отлично! Разговор, так разговор. Сделаем вид, что мы идеальная дружная семья.
– Проходите, проходите. Я все уже приготовила. Стол накрыт, – улыбается мама.
Я беру
