установить сами, инструкция на внутренней стороне дверцы. — Он кивнул на шнур с кисточкой, свисавший у края конторки. — Если что-то понадобится, дёрните за шнур у двери в номере, прибежит лакей. Таверна работает до полуночи, если проголодаетесь.
Мы взяли ключи. Волнов тут же поднёс свой к глазам, разглядывая номер на бирке, и довольно хмыкнул:
— Два-ноль-семь. Хорошо. — Он повернулся к Михаилу с хитринкой в глазах. — В прошлый раз у меня был номер триста четвёртый, так вид на задворки был. Одни крыши. А тут, небось, на канал выходят?
— На канал, — подтвердил Михаил с лёгкой улыбкой. — Все три номера на втором этаже с видом на воду. Очень живописно, особенно вечером, когда огни зажигаются.
Мы поднялись на второй этаж. Ковровая дорожка глушила шаги, хорошая, плотная, не истёртая. Коридор широкий, стены обшиты тем же тёмным деревом, что и внизу.
Двери номеров массивные, добротные, с начищенными до блеска медными номерами и замочными скважинами. Из таверны на первом этаже доносился приглушённый гул голосов, чей-то громкий смех, звон кружек и лязг посуды. Запах жареного мяса и свежего хлеба щекотал ноздри, напоминая, что я так толком и не поел после того самого завтрака, прерванного пиратами.
— О, чую-чую! — Волнов потянул носом воздух, словно прочитав мои мысли. — Говядина с луком! И картошка жареная! И хлеб свежий! Господи, как есть хочется!
«Данила голодный? Капля чувствует!»
«Немного.»
«Капля тоже хочет кушать! Но у Капли нет рта. Это обидно.»
«Вот перекуси», — я отправил ей по нашей внутренней связи порцию чистой энергии.
«Ням! Ням! Вкусно! Даниле тоже надо покушать!»
«Обязательно, малышка»
Волнов первым сунул ключ в замок своего номера, распахнул дверь и заглянул внутрь. Лицо его просияло:
— О, отлично! — Он шагнул в номер, оглядываясь. — Кровать большая, и сейф есть! Даже сейф! Вот это по-купечески! — Обернулся к нам, хлопнул себя по бедру. — Господа, я, пожалуй, пойду вниз, в таверну. Надо же отметить благополучное прибытие! — Он подмигнул. — Данила, Надежда Андреевна, не составите компанию? По кружке эля?
Надя, стоя на пороге своего номера, обернулась с виноватой улыбкой:
— Простите, я не смогу, — ответила она. — Мне нужно переодеться и идти. Марина Гриневская прислала сообщение, приглашает встретиться в кафе. В восемь часов встреча, а уже почти семь.
— Конечно, идите, — кивнул я. — Не заставляйте подругу ждать. Мы с Волновым и сами справимся.
— Ещё бы не справились! — расхохотался боцман. — Я такую таверну за версту чую! Мне б только до стойки добраться, а там уж я своё возьму! Пойду проверю, так ли хорош их эль, как расхваливал Степан. Говорил — свой варят, по старинному рецепту. А вы, Данила?
Я посмотрел на свою дверь, За ней ждала кровать, тишина, покой. И целая куча пиратских трофеев, припрятанных Каплей в её невидимом кармане. Трофеев, которые нужно было разобрать, пересчитать и изучить.
— Знаете, Иван Петрович, — я повертел ключ в пальцах, — я, пожалуй, останусь в номере. Дорога утомила. Да и припасы доем, что с собой взяли. Не пропадать же добру.
Волнов понимающе хмыкнул, похлопал меня по плечу:
— Ну-ну, отдыхайте, молодёжь. — Усмехнулся. — А я пойду, послушаю, что в городе нового. В таверне всегда можно узнать, чем люди живут, какие дела-заботы.
Он помахал рукой и зашагал к лестнице, насвистывая что-то бодрое под нос.
Мой номер оказался точной копией соседних. Кровать под белым покрывалом, платяной шкаф, стол у окна, стул с высокой спинкой. На столе чернильница, перья, стопка писчей бумаги. Гостиница явно рассчитана на деловых людей.
В стене действительно был встроен сейф. Небольшой, но с хитрым замком — три диска с цифрами. Без кода не откроешь, а взломать… Я присмотрелся. Да, механизм сработает, если попытаться вскрыть силой. Умно сделано.
За окном уже совсем стемнело. По каналу скользили огни лодок, кто-то возвращался домой после трудового дня. В окнах напротив зажигались лампы. Город готовился к ночи.
Я задёрнул шторы и сел за стол.
— Ладно, Капля. Давай посмотрим, что ты там припрятала. Выкладывай добычу.
— Ура! — Капля радостно забулькала, голос в сознании был полон гордости. — Капля столько всего собрала! Блестяшки, камушки, бумажки! Капля молодец!
* * *
Я протянул руки над столом ладонями вверх. Закрыл глаза. Сосредоточился на знакомом ощущении связи с Каплей, на тонкой нити, которая связывала нас через магию воды. Почувствовал отклик: покалывание в кончиках пальцев, лёгкую прохладу, словно окунул руки в родниковую воду.
Воздух над столом дрогнул. Будто невидимая вода закружилась, образуя водоворот. Я открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как из пустоты начали материализовываться предметы.
Первыми посыпались монеты.
Медяки тяжело шлёпались на дерево, потемневшие от времени и воды. Серебро звенело звонче, мелодично, будто колокольчики. А следом сверкнули золотые: яркие, как маленькие солнца, они так и просились в руки.
Я методично раскладывал их по кучкам. Медь влево. Серебро в центр. Золото вправо.
Медяков набралось рублей на два. Мелочь, конечно, но и её не стоит выбрасывать. Серебра около пятидесяти монет. Уже приличнее. А золотых восемь штук. На каждую такую монету можно жить в гостиннице «Серебряный якорь» почти месяц.
Следующим из воздуха вынырнул кошелёк. Плоский, из промасленной кожи, с затяжкой на крепком шнурке. Пиратская заначка в водонепроницаемой упаковке.
Купюры разного достоинства и разной степени потрёпанности. Я разложил их стопками по номиналу, пересчитал дважды, чтобы не ошибиться. В общей сложности почти тысяча рублей.
Я не стал отдавать деньги патрульным. Если украшения можно идентифицировать и передать хозяевам, то монеты скорее всего конфискуют как улики, а после передадут в какой-нибудь государственный фонд.
Уж лучше я на них сделаю доброе дело, пущу их на то, чтобы остановить эпидемию.
«Дальше камушки! Много-много камушков! Красивые!»
Из воздуха посыпались русалочьи камни.
Сначала самые мелкие. Те, что были сняты с пиратских лодок. Размером примерно с грецкий орех, округлые, с матовой поверхностью. При ближайшем рассмотрении внутри каждого угадывались тончайшие трещинки, паутиной пронизывающие структуру. Я выкладывал их рядами на столе, прикидывая качество на глаз и на ощупь. Тридцать шесть штук. Заряд неполный, но вполне рабочий.
На создание тестеров сгодятся.
Потом пошли камни покрупнее. От размера куриного яйца до небольшого кулака. Десятка четыре, если не больше. Награбленное, судя по всему, с пассажирских судов и небольших торговых барж.
Я перекатывал камни в руках, рассматривая под светом свечи. В некоторых видны
