Некоторое время Эмбер стояла над неподвижным телом, ладонями заглушая рвущиеся наружу истерические рыдания. Лицо ее было залито слезами, но она была слишком перепугана, чтобы сознавать это. Больше всего на свете ей хотелось бежать, бежать куда глаза глядят, чтобы хоть на какое-то время оказаться подальше от этого дьявола в человеческом облике, но она боролась с собой, понимая, что должна помочь Арманду. А Корд? Где он? Как тяжело он ранен?
Кто-то схватил ее сзади за плечи. Эмбер закричала, отбиваясь в слепом ужасе.
– Тише, тише! Это я, Корд! – зашептали сзади.
Она продолжала вырываться, пока объятие не стало сокрушительным. Только тогда она опомнилась и поникла в руках Корда в полуобморочном состоянии от потрясения. Уложив ее, он присел рядом. Ему пришлось слегка пошлепать ее по щекам.
– Ну как, лучше?
У Эмбер хватило сил только кивнуть. Она действительно чувствовала себя немного лучше, но паника продолжалась, поэтому, не вполне сознавая, что делает, она протянула трясущиеся руки и буквально повисла на Корде. Тот прижал ее к груди и начал негромко, спокойно объяснять, как случилось, что люди Валдиса застали его врасплох.
– Удар был нанесен не очень умело, – закончил он, – зато я умело притворился, что потерял сознание. Потом оставалось только заняться теми, кого Валдис оставил стеречь меня. Их было двое, и оба они некоторое время проведут в состоянии… хм… полного покоя. А что с самим Валдисом?
– Я ударила его камнем по затылку, – пролепетала Эмбер.
Как покойно, как уютно было с ним! Она чувствовала, что успокаивается, словно по волшебству, но…
– О Боже! Корд, скорее пойдем посмотрим, что с Армандом! Может быть, он серьезно ранен!
– Тебе лучше немного полежать, – сказал он голосом, не терпящим возражений, осторожно опустил ее на траву и выпрямился. – Об Арманде я позабочусь сам.
Однако ему удалось сделать лишь несколько шагов.
– Стой! – раздалось очень близко.
Он повернулся и увидел Валдиса, который тяжело поднимался на ноги, держа в руке револьвер, тускло поблескивающий в лунном свете.
– Черт, руки так и чешутся пристрелить и тебя, и этого не в меру похотливого матадора! Если бы не скандал, который разразится по этому поводу… Мне совсем не хочется, чтобы наше бракосочетание с восхитительной Эмбер было омрачено публичным скандалом… вот это будет свадьба так свадьба! В Мехико-Сити будут не один год говорить о ней, клянусь дьяволом!
– Я бы на твоем месте повел себя более разумно, Валдис. Об Арманде я позабочусь, но лучше будет, если и Эмбер отправится с нами. Она не хочет не только выходить за тебя замуж, но и вообще оставаться в Мексике. От тебя одно беспокойство для всех!
– О нет, от меня не одно беспокойство, Корд Хейден. От меня еще и свежие могилы для тех, кто слишком долго путается у меня под ногами, – возразил Валдис с усмешкой, в которой Эмбер снова почудилось что-то безумное. – Делай, как тебе сказано, и благодари Бога за то, что я позволяю тебе забрать этот бездыханный кусок мяса. И не смейте возвращаться, ни один из вас!
Корд бросил нерешительный взгляд на Эмбер, которая стояла поодаль, судорожно прижав руки к груди.
– Не оставляй меня с ним, Корд!
– Я сейчас много бы дал, чтобы шансы были в мою пользу, Эмбер.
Лицо Корда свело судорогой ненависти. С каким удовольствием он сейчас уничтожил бы эту жалкую душонку! Ну ничего, скоро, очень скоро он расправится с этим дьяволом! А пока в его руках Эмбер…
– Эмбер, не бойся его, по крайней мере сейчас. Тебе придется пойти с ним, но скоро мы с Армандом что-нибудь придумаем и вызволим тебя из этой передряги. – Корд снова повернулся к Валдису и раздельно произнес: – Предупреждаю тебя, приятель, не смей и пальцем касаться Эмбер. Если у тебя хватит на это подлости, я убью тебя своими руками.
Валдис ограничился пренебрежительным смехом, но каким-то шестым чувством Эмбер угадала, что он принял к сведению угрозу Корда.
– Ты понял меня, Валдис?
– Ладно-ладно, иди отсюда, пока я не передумал и не пристрелил тебя.
Корд повернулся и пошел ко все еще неподвижно лежавшему Арманду и не оглянулся даже тогда, когда услышал рыдания Эмбер.
Склонившись над другом, он с облегчением убедился, что тот дышит, хотя и слабо. Перекинув его через плечо, Корд направился к землям Мендосы.
Он шел, не столько видя, сколько чувствуя дорогу, и думал о том, что никакое зло на земле не длится вечно, что Валдис тоже получит по заслугам и скорее всего в самом скором времени.
Когда Корду наконец удалось привести Арманда в чувство, первый вопрос его был об Эмбер. Узнав, что случилось, Арманд не сразу ответил…
– Сейчас мы не сможем ничего изменить, разве что устроим кровопролитие. И потом, Валдис все равно будет в Мехико-Сити. На одном из балов кто-нибудь из нас пригласит Эмбер на танец и в толпе незаметно уведет ее. У моей тетки она будет в полной безопасности.
Впервые за все время дружбы с Армандом Корду вдруг захотелось влепить ему оплеуху. Этот человек совершенно не интересовался тем, чего хочет сама Эмбер и каково ей сейчас!
– Ты уверен, что она будет в восторге от такого долгого ожидания? – спросил он, стараясь говорить как можно спокойнее.
– Но ведь это единственная возможность для нас! – с энтузиазмом воскликнул Арманд. – В данный момент мы в меньшинстве. Не думаю, что Валдис, при всей своей необузданности, посмеет изнасиловать Эмбер, как-никак он намерен на ней жениться. Он так носится с честью семьи Алезпарито, что не только не тронет невесту до свадьбы, но и пальцем ее не коснется, чтобы не обезобразить ее красоты. Нет-нет, Эмбер не грозит ничего страшного, я в этом уверен. Мы подождем до приезда в Мехико-Сити. Мы подождем, Корд.
Тот сунул руку в карман куртки, достал полупустую бутылку текилы и сделал пару глотков.
– Как знаешь, amigo. В этой войне ты – главнокомандующий, а я – всего лишь солдат.
Он снова отхлебнул текилы. Огненная жидкость обожгла горло и скользнула в желудок клубком шипящих змей. Это помогло заглушить ярость, которая в последнее время из гостьи превратилась в постоянную обитательницу души Корда.
Эмбер до тех пор рвалась и извивалась, пока боль от веревок не стала невыносимой. Ее запястья были привязаны к спинке кровати, лодыжки связаны вместе, причем концы веревки стянуты тугим узлом под рамой для матраца. В тех местах, где веревки впились в кожу, она уже припухла и покраснела. Рот Эмбер был забит кляпом, завязанным на затылке.
Валдис стоял, облокотившись на спинку кровати, и на лице его играла похотливая улыбка. Он успел переодеться после возвращения на асиенду и теперь был в роскошном халате золотистого бархата с толстым крученым шнуром вместо пояса. Халат был завязан очень небрежно и открывал до самой талии грудь, на которой волосы росли так густо, что напоминали звериный мех. Время от времени Валдис отстранялся от спинки и подходил к кровати справа или слева, чтобы увидеть обнаженное тело пленницы в новом ракурсе.
