Оглядываюсь — в десяти шага позади, так же как я заглядывая в пропасть, идёт Кайоши, за ним, погружённая в свои мысли — Банко. Лучники вслед за ней, по одному, с опаской поглядывая на мёртвых драконов, тела которых еще не отпустил огонь.
Боятся, что те оживут? Это вряд ли — я уже вижу как пламя доедает плоть огромных змей, вижу как обнажаются и чернеют их кости… это настоящая смерть, она необратима.
Подхожу к арке — теперь я могу разглядеть её. Тонкая резьба по камню, в которую словно залит расплавленный метал, похожий на тонкую прочную паутину. Она сплетается в незнакомые символы — смесь изящных закруглённых форм и идеально прямых линий. И эти тонкие нити металла и дают тот самый свет, что сливается в единое дрожащее сияние, застилающее всё что прячется за ним.
Печать? Я никогда не видел, как выглядят печати.
Отступаю в сторону дожидаясь ведьму. Та подходит, замирает разглядывая светящиеся нити стальной паутины, затем достаёт из своей чёрной, кожаной, на широком ремне, сумки лист и кисть, и начинает писать.
Дописывает формулу талисмана, подносит листок к проёму арки и выпускает из пальцев. Освобождённый клочок бумаги играясь с воздухом, пролетает сквозь сияние и застывает на каменных плитах пола.
— Это не печать, — говорит ведьма. — Это просто свет.
Протягиваю руку под лучи, идущие непонятно откуда… Да, ничего не происходит. Банко права — это просто свет.
Переступаю через порог арки и на мгновение слепну, только на мгновение — это сияние только в проёме арки, словно закрывая от любопытных глаз то, что находится внутри.
А внутри…
Город?
Ну уж точно не храм — слишком огромный, слишком много здесь всего.
И слишком невероятно это всё выглядит.
Это даже не пещера, нельзя назвать такое пещерой — огромная пустота внутри горы, вся наполненная странными сооружениями: скалы, почти висящие в воздухе — слишком тонки и хрупки их основания. Скалы, превращённые неведомым мастером по камню в дома-стелы, такие высокие, что многие из них, кажется, дотягиваются до сводов этой огромной залы. Сводов утонувших в сумраке — так далеко они и ни один луч света не рискует забраться туда.
А света здесь много: возле каждого из диковинных сооружений — чаши наполненные белоснежным огнём, языки которого, танцуя, играют с багровым, почти кипящим воздухом.
И вода — здесь очень много воды. Ею наполнены бесчисленные водоёмы, разрезающие город на геометрические фигуры — или символы? — необычной формы. Вода которая светится… кажется, я еще не видел такого!
— Дворец! — Кайоши протягивает руку показывая на громаду в центре города… вот она то и похожа на храм. Сотни колонн чудом удерживают в воздухе огромную, идеально выточенную скалу, из которой, огромным каменным языком, над городом нависает терраса, размером с главную площадь небольшого города. А в воздухе над ней… в воздухе над ней бесконечными рядами неподвижно висят чёрные фигуры. Они кажутся людьми, но… это не люди. Точно не люди. Сложенные крылья за спинами, огромные хвосты скрученные в боевую стойку над головой и лапы — кажется их по четыре у каждой из этих тварей. Доспехи? Меня точно не обманывают глаза?! Каждая из них в доспех, на тусклым металле которых застыли блики. И длинные рукояти мечей за спинами — я тоже их вижу.
— Это же статуи, — облегчённо выдыхает Кайоши. — Я уже испугался — целая армия… но это просто статуи и они неподвижны. Все же видят это?
Он оглядывается на толпу за своей спиной, ища в лицах подтверждения.
— Может, и статуи, — я иду вперёд, стоит осмотреть это странный город, зачем-то спрятанный от всего мира. Признаться, я ожидал увидеть что угодно, но только не такое.
— Это место опасно, — голос Банко за спиной заставляет замедлить шаг.
— Эта жизнь опасна, — я начинаю спускаться по ступеням, ведущим на широкую аллею, вымощенную плитами сложной формы из чёрного камня, больше похожего на металл. И ведет эта аллея прямо к дворцу. А если где-то здесь и есть та тайна, за которой я пришёл, то она должна быть во дворце.
Судя по шагам за спиной, все следуют за мной, но не так чтобы уж рьяно — выдерживая безопасное расстояние.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Лестница — я только сейчас замечаю её. Широкая, она берёт своё начало на аллее, по которой я сейчас иду и ведёт прямо на огромный каменный язык, над которым и повисли каменные статуи странных существ.
Лестница прямая, с широким ступенями… и она просто зовёт меня наверх.
Мысль о том, что я нашёл таинственное место, за которым охотились многие, кружит голову. Где-то рядом ответы на вопросы. Манускрипт Тиаха не врал, а я-то не верил ему
Или верил? Иначе бы я не стал защищать эту шахту такой дорогой ценой.
— Ты спешишь, — голос Кайоши далеко внизу и только тут я замечаю — шагая через ступень, уже преодолел половину лестницы.
Еще минута и вот я стою на верхней ступени — на том самом каменном языке, а город… город теперь лежит внизу.
И теперь я вижу то, за чем пришёл сюда. Даже не стоит сомневаться.
В самом центре террасы на тяжёлом подиуме что-то очень похожее на ложе. Не пустое — на нём лежит человек — неподвижный как и всё здесь в этом мёртвом городе.
Странная одежда — тонкие пластины стальных доспехов, как одно целое с кожей, чёрные длинные, почти до пояса волосы ровно уложенные на каменных плитах этого странного ложа, закрытые глаза.
Он мёртв?
Но если он мёртв, то почему выглядит так, словно лёг и закрыл глаза всего мгновение назад. У него даже кожа не истончилась.
Я вдруг вижу купол из тонкой прозрачной слюды, расшитый каменной паутиной — он накрывает ложе.
— Стой! — голос Банко заставляя замереть, а я почти уже сделал шаг — невозможно устоять на месте, когда разгадка там близко. Когда тайна так близко.
Ведьма впервые обращается ко мне на «ты» вместо почтительно «вы»,
— Нельзя, — она очень медленно, словно прислушиваясь к миру вокруг, подходит и замирает рядом со мной.
Я вижу как тонкие ноздри её дрожат впитывая запахи, и вижу как глаза её чернеют.
— Они не похожи на статуи, — голос Кайоши где-то за спиной — я слышу в нем трепет. И я понимаю его — эта огромная армия в своей неподвижности выглядит более пугающей… и они так близко. До ближайшей из этих тварей всего несколько метров.
Только мне кажется, что все они могут ожить в любое мгновение?
— Манускрипт Тиаха, — ты что-нибудь знаешь о нём?! — поворачиваюсь к Банко.
— Нет, — она едва качает головой не переставая прислушиваться. — Почти ничего. Там что-то о спящем боге и об армии демонов-скорпионов охраняющих его сон.
Она говорит это, и я чувствуя дрожь которая проходит по телам всех, кто стоит рядом со мной.
Демоны-скорпионы?
Трудно назвать точнее этих странных существ словно вмёрзших в воздух. И эти крылья — даже сложенные за спиной они кажутся огромными, а жала на концах их хвостов — они словно выбирают новую цель.
— Нельзя иди дальше, — голос ведьмы похож на шелест — она словно почувствовала что-то.
Взмахивает рукой и с неё срывается крохотный светлячок. Летит совсем недолго и вдруг застывает в воздухе, словно какая-то невидимая стена преградила ему путь…. Или так, будто увидел что-то ужасное там впереди.
— Нельзя иди дальше, — повторяет ведьма и отступает на шаг назад.
— Печать? — спрашиваю я.
Я слышал о печатях, но никогда не видел их. Говорят, это что-то более сильное чем талисманы и это то, чем перекрывают путь незваным гостям… а мы здесь точно незваные гости.
Она не отвечает, лишь делает знак рукой и мы все отступаем обратно на лестницу.
Я вижу тонкие пальцы ведьмы — они, опущенные вдоль тела, вдоль её длинных одежд, словно медленно перебирают невидимые струны, я вижу её губы — кажется, они просят о чём-то кого-то невидимого.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Отходите! — её вскрик царапает души и мы отступаем снова.
Она вытягивает руки вперёд и дрожащими пальцами трогает нечто спрятанное в воздухе. И её зубы — они стиснуты от боли? Разве здесь есть боль?
