Надо будет сказать, чтоб Вилли осмотрел.
Ну, сама мелкая тоже изменилась. Была размазня. А сейчас? Не понятно, надо наблюдать. Разве Роззи пьёт алкоголь? Разве может мстить? Разве может намеренно причинять вред другому человеку?
Разве она может убивать?
Открыл глаза, приподнял голову, взглянул на мелкую пьянчужку. Может. Вон, одного уделала. Лег обратно. Хорошо она ему пальцы ломала. Красиво. Улыбнулся. Могла ли она раньше, убить его так же, как Блеза? Хороший вопрос. Проснется, надо спросить.
Так, дела проверил, стражу перетряхнул. Казначея посадил в яму, нового назначил.
Фалько оказался шпионом короля. Кто бы мог подумать? Раз личная армия венценосного до сих пор не осаждает ворота, значит ему выгодно все, что я делал. Пока все устраивает. Это хорошая новость.
Он знает, что я собрался прибрать к рукам состояние Блэков и силу в день совершеннолетия. Он знает о моем ребенке. Это плохая новость.
Фалько теперь будет строчить “правильные” донесения. Пары выбитых зубов ему хватило, чтоб захотеть рассказать про других шпионов монарха. Казначей был главным среди них. Всех сразу убивать нельзя. По одному, по два. Из лесу может парочка не вернуться. Надо дать Роззи проверенных бойцов, чтоб без сюрпризов погуляла.
Мелкая. В последнее время, думаю о ней постоянно. Чертова девка! Сводит с ума. Вскочил и подошел к окну. Широко расставил руки, оперся об подоконник. Ночная прохлада не остудила мысли. Раньше было все просто. Она – Овиндж. Значит враг. Теперь в голове сомнения. Так ли нужно мне отбирать силу? В тот день, был готов, что она выгорит. И сила меня не заботила. Денег много, на всех хватит. Потряс головой.
Нет, нет, нет. Она – Овиндж.
Или Блэк?
Кем бы она ни была, ненависти к ней больше не было.
Что за херня? Может я святошей заделался? Нет, Клариссу удавил бы с радостью. И ее сынка. И всех их. Сжег бы заживо. Скормил бы моим псам. Много их там, лекарей. Фантазии на всех хватит.
Сон не идет. Найду старуху, спрошу подробности. Открыл дверь. Дежурный сразу вскочил.
– Что прикажете, хозяин?
– Найди Маргарет и приведи. Она спала одной комнате с мелкой.
– Старуха приходила, хотела попасть к вам. Не пустили. До утра закрыли в гардеробной. Под присмотром и рядом, если понадобится.
– Молодцы, – похвалил я. – Что там с напарником Блеза? Жив?
– Да, господин. Спит крепко, разбудить никак не смогли. Во фляжке с водой что-то подмешано. Пахнет. Оставили проверить Вилли на завтра.
– Веди старуху сюда, – велел я.
Прошел в гостиную. Убрались, все почистили. Молодцы. Надо будет наградить. Привели Маргарет. Простоволосую, босую, завернутую в мой плащ поверх ночной рубашки.
– Рассказывай, – велел ей.
– Пришли в комнату. Роззи увидела мое место для сна. Отвлекла меня и первой улеглась на пол. Я спала на кровати. Накрылась одеялом с головой, чтоб никто не узнал. Проснулась от того, что начали душить. Испугалась, не смогла ничего сделать, – голос Маргарет дрожал. Старушка смахнула слезы и продолжила. – Думала, помру хоть с пользой. Спасу цветочек. Потом услышала ее крик. Душить перестали. Роззи походя вылечила и убежала вслед за убийцей. Хотела догнать. Но лампадка, горевшая с сон травой, упала. Пока потушила огонь, пока добежала. Охрана не пустила! – гневно зыркнула Маргарет на стоящего рядом парня. – Засунули к тряпкам, велели спать до утра.
– Иди спать, старая. Завтра еще поговорим.
– А как же Роззи? – всполошилась старушка. – Где она? Что с ней?
– Ворвалась, убила в моих покоях, напилась и спит в моей спальне! – расхохотался я.
Маргарет, как говорится, уронила челюсть на пол. Она предполагала разные варианты. Но реальность превзошла все ее самые смелые ожидания.
– Роззи???!! – воскликнула няня. – Не может быть!
– Все, увести ее, – кивнул я. – Завтра увидишь свой цветочек. Будешь выхаживать.
Охранник крепко взял за локоть Маргарет, и начал было поворачивать, как старушка уперлась в пол.
– В одной комнате с мужчиной!? – воскликнула она.
– Кого это будет волновать, кроме тебя? Увести!
Теперь можно поспать. Все прояснилось. Пошел обратно, лег и быстро уснул.
29. Прогулке быть!
Вигмар
Проснулся первым. Моя беспардонная гостья еще дрыхла. Она свила себе гнездо, и лежала по центру, раскинув руки и ноги в стороны. Купол все еще стоял. Вот это резерв! Или проблема, если она не смогла убрать защиту и опять себя исчерпала за ночь.
Было относительно рано. Я мог еще спать. Слуги уже трудились. В лес, естественно, никто не пошел. Моего разрешения с утра не было, значит, секретарь и Вилли всех оповестили.
Встал, вышел в гостиную. Моя личная охрана позаботилась о вещах наследницы и старухи, все уже принесли. Вещи лежали на креслах.
– Доброе утро, хозяин! – поприветствовал начальник моей охраны Исак.
– Отнеси старухе одежду, она может выходить. Скажи, пусть не мешается, ждёт. Принести еды и воды, – велел я.
Исак пошёл относить вещи старухе. Один из парней около двери ушёл на кухню. С утра охранников прибавилось.
У меня зарядка. Возвращаю себе форму, выгляжу, как немощная баба. Прыжки, приседания, подсечки. Раньше мог перенести софу руками. А сейчас? Стыдоба, не могу даже поднять!
Капли пота катились градом. Маргарет выползла, кипя праведным гневом. Брови нахмурены, губы поджаты, подбородок вперёд. Она шла, наклонив голову в чепце чуть вниз, как таран на ворота. Подозреваю, услышал бы много слов в свой адрес. Исак мгновенно оценил ситуацию. Подскочил к бабке и развернул к окну, задав траекторию движения, сунул внушительный кулак под нос Маргарет, обеспечивая тишину, так необходимую мне.
Когда няня отошла на несколько шагов, двери моей спальни резко открылись, своим грохотом возвещая о пробуждении наследницы. Девчонка стояла на пороге без купола в одной ночной рубашке. От грохота она вздрогнула и поморщилась, матюгнулась и со стоном обхватила обеими руками голову, закрыв глаза. Затем прямой наводкой пошла в отхожее место. Босые пятки звонко шлепали по полу, разбавляя тишину комнаты. Подозреваю, ей сейчас было очень плохо.
Я улыбнулся.
– С первым похмельем, дорогая племянница! – поддел ее.
Она обернулась, опустила одну руку и бросила на меня уничтожающий взгляд. Я стоял в одном исподнем, весь мокрый от пота. Мелкая даже не заметила, будто голые мужики для неё такая же обыденность, как бабы для меня. Роззи не вспыхнула, не отвернулась, не вскрикнула от неожиданности. Хотя сама шла по комнате
