за Белиалом, который быстрым шагом направился к лестнице. Почти сразу перешла на бег, но потеряла его из виду уже на третьем этаже.
— Трус! — крикнула она, тяжело дыша. — Ну и проваливай! А я!.. Я вообще отказываюсь в этом участвовать! Всё!..
Она ещё долго бубнила себе под нос — вплоть до самой квартиры. Дёрнула дверь, из-за чего изнутри выпал цветок, и сжала кулаки.
— Работала бы себе спокойно, на кой чёрт ввязалась в это?
Занеся ногу над цветком, она резко отпрянула и присела перед ним на корточки.
— Как была обслуживающим персоналом, так и осталась.
Закрыла глаза, поджала губы и на мгновение отвернулась.
— Да пошёл ты!.. Мне так даже лучше.
Она вернулась в квартиру. Побрела в спальню. И перед тем, как плюхнуться на кровать, не глядя, пихнула цветок к остальным. Вся ирония состояла не в её привязанности к цветам, именуемым «котовником кошачьим» или привычной «кошачьей мятой», а в том, что, заперев дверь впервые, она не впустила того, кто следующие полчаса яростно дёргал ручку.
Утро
— Да где же она!..
Сдунув с лица назойливые пряди волос, Веста в который раз подошла к задней панели телевизора.
— Люди же теряют пульты! — не унималась она, тыча пальцем в пластик. — Я что, одна та… Есть!
С силой она нажала едва заметную кнопку, и голоса из телевизора зазвучали сперва в два, а потом и в три раза громче. Пока она возилась, полотенце с плеча давно упало. Ви даже наступила на него по пути в ванную. И, да, вспомнила об этом, только когда уже была в душе.
Дверь ванной была распахнута, как и створки душевой кабины — всё ради телешоу, на которое Веста подсела за последние пару ночей. Интерес, конечно, был чисто символический, но всё же лучше, чем мыться в гробовой тишине.
Всё она продумала, даже коврик придвинула к створкам, чтобы он впитал воду. Не учла лишь одного. Одного демона со связкой запасных ключей.
Вода шумела вовсю, да и внимание девушки было приковано к разборкам, доносившимся из зала. Поэтому она не услышала, как Белиал открыл дверь, и не услышала, как он уронил ключи, испугавшись её же собственного внезапного крика на всю квартиру.
Сначала он осторожно подошёл к телевизору. Склоня голову набок, в попытке разглядеть позу парня на экране. А когда громкая мелодия сменилась не менее громким закадровым смехом и скандированием «ещё!», Белиал зажал уши ладонями и повернулся к ванной. Сделал неспешный шаг, а на втором выдохе заглянул внутрь.
Её губы шевелились. Глаза были закрыты, так как лицо было обращено к струям воды, а ресницы безостановочно трепетали. А ещё она посмеивалась — видимо, осознавая собственную глупость. Убрав ладони с ушей, Белиал и сам на секунду рассмеялся: она вторила толпе с экрана.
На ходу он стянул туфли, чуть ослабил туго застёгнутый ворот рубашки и, прежде чем войти в кабинку и закрыть за собой дверь, просунул в одно из колец ошейника, всё это время висевшего на крючке, цветок.
Едва Веста нахмурилась и повернула голову на звук, Белиал обхватил её за талию. Прижал к себе крепче, когда она вскрикнула, и приподнял так, что ей пришлось встать на цыпочки.
— Отпусти, тебе говорят! — принялась она колотить кулаками по его рукам. — Ты как вообще сюда попал?!
Белиал подставил лицо под душ и беззвучно рассмеялся.
— Да ты!..
Веста замотала головой, стала озираться, но ничего подходящего поблизости не увидела. Тогда она в сердцах топнула ногой, надеясь задеть Белиала, но и это не помогло. В конце концов, она просто повисла на нём — устанет же рано или поздно. И это сработало. Отчасти.
Он действительно выпустил её. На какие-то четыре секунды. Лишь для того, чтобы снова поймать и развернуть лицом к себе.
— Я сейчас позвоню твоему психу! — фыркала она. — Пусть забирает те…
Он заткнул её поцелуем, от которого она тут же высвободилась.
— А ну, животное, не тронь!
Белиал метнул на неё озадаченный взгляд и снова поцеловал. На этот раз дольше, но пощёчина разрушила всё послевкусие.
— Тронешь меня, — перешла она на злобный шёпот. — И я твоему деду всё-ё-ё-ё расскажу!
Уголки её губ дрогнули в улыбке.
— Всё-всё!
Она придвинулась ближе, упёрлась лбом в его лоб и рассмеялась, хоть и наигранно.
— Что? Неужели уже переду…
Она вновь забила по его спине, когда он вжал её в стену очередным поцелуем.
— Ну уж… нет-нет-нет!
После града ударов он резко оторвался от её губ, но не отвёл взгляда. Сглотнул с трудом, замялся — и Веста это заметила.
— А теперь, — осторожно начала она, — будь паинькой и отой…
Её брови дрогнули, а по лицу расползлась улыбка: Белиал опустился на колени, не отрывая глаз от её губ.
— Уже… ха-ха-ха, — не сдержалась она, рассмеявшись и прикрыв рот ладонью. — Уже лучше! Теперь что де… чёрт тебя!..
Она выпрямилась в струнку и вжалась в стену, едва Белиал коснулся губами места, где чуть выпирала тазовая кость.
— Я не это имела в виду!..
Он стёр капли с её живота тыльной стороной ладони. Стряхнул воду с пальцев, чтобы снова намочить их.
— Завязывай, — неуверенно буркнула она и вздрогнула — то ли от очередного закадрового хохота, то ли из-за прикосновения Белиала. — Это уже не смешно!..
Едва её пальцы коснулись его волос, он прильнул к её ноге. Поцелуй следовал за поцелуем, поднимаясь всё выше по внутренней стороне бедра. Веста задержала дыхание, зажмурилась.
— К-как же с тобой сложно! — оттянула она его за волосы и сползла по стене. Поджала ноги, отвернулась и, уже отдышавшись, добавила: — Собирайся. Пойдём к твоему мозгое… к психу.
Рядом что-то упало — тяжёлое, но мягкое. Краем глаза заметив источник звука, Веста увидела перед собой промокшего до нитки мужчину.
— Ах, да, — хмыкнула она, улыбнулась и снова отвернулась. — Ты уже одет.
Земля: клоун
— Эй, — прикрыла Веста рот ладонью и наклонилась к уху Белиала, сидевшего на другом конце дивана. — У вас всегда так?
— Как? — ответила за него девушка, чем лишь сильнее насторожила её.
С первых же минут что-то пошло не так. И дело было не в низшем статусе Весты — коим, по сути, обладала и Куганак, — а в том, что
