контактор, а потом как-то вернуться на остров.
Кто из жителей острова, нашедших здесь второй дом, решится на такую смертельно опасную авантюру? Кто захочет менять налаженную жизнь на эфемерную возможность вернуться в родной мир?
Неожиданно на этот вопрос нашелся ответ. Парень, привезший детали, не спешил уезжать. Он болтался по мастерской и искал возможности поговорить с Федром.
– Господин изобретатель, – сказал он, – нельзя ли поговорить с вами пару минут?
Федр был не против отвлечься от мрачных мыслей.
– Чем я могу вам помочь? – спросил он.
– Меня зовут Олег, я один из неудачливых принцев министра Бонотара. У нас в цехах ходят слухи, что вы снаряжаете экспедицию на материк. Так вот, я буду рад участвовать, если позволите. У меня в королевстве осталась сестра, и я хотел бы ее найти. Даже если не удастся вернуться домой, может, сюда ее заберу.
– Откуда в цехах появилась такая информация? – Федр и подумать не мог, что случайный разговор с Тимом выйдет за стены мастерской.
– Вы не волнуйтесь, у нас все рады помочь. Тут парень один в пекарне работает, так он к вам еду привозил и услышал. Он, кстати, тоже хочет участвовать, у него на материке осталась любимая девушка, – Олег смотрел на Федра с такой надеждой, что тому стало неудобно.
– Да вы понимаете, как это опасно? Мало того, что попытка добраться до материка может плохо кончиться, так и в королевстве возвращение сосланных на остров воспримут как мятеж. Если мы попадемся, головы никому не сносить, – ответил Федр так, словно все уже было решено.
– Мы не дети, сами все понимаем, – ответил Олег. – Но такого случая может больше и не быть. Я поеду пока, но вы на меня рассчитывайте.
Этот разговор послужил толчком для дальнейших событий. Федр и сам хотел вернуться на материк, забрать жену, увидеть ребенка. Но для успешного выполнения плана мало было достичь материка, хотелось живыми вернуться обратно.
План, сначала как будто в шутку, начали разрабатывать в мастерской. Предложенный Тимом шар островитяне изготовить могли. Состав команды подобрать было сложнее. Никто не сомневался, что в число путешественников войдут Тим, как задумавший экспедицию и знающий, где искать контактор, и Федр, единственный способный разобрать машину и извлечь необходимые детали. Крупный, сильный Олег, готовый рискнуть ради сестры, наверняка оказался бы полезным в экспедиции. Кто еще окажется в корзине шара, пока оставалось вопросом.
Тиму пришло в голову, что на материке могут пригодиться деньги, полученные им на сдачу. Да и металлические монетки, не понадобившиеся на острове, оказались бы целым состоянием для подданных королевы.
Изготовление шара началось прозаически. Решившиеся на экспедицию работники мастерской получили поддержку от совета острова. В один из дней мощный самэк с прицепом привез огромный овощ, похожий на тыкву – если не считать размеров. Тыква была так велика, что вместила бы небольшой дом. Во всяком случае, в Новоморске в частном секторе Тим не раз видел дома, которые поместились бы в этом овоще целиком.
Тыкву поместили в огромный чан и долго варили. Когда вся мякоть опустилась на дно, изумленным взглядам представился травянистый каркас, напомнивший Тиму продававшиеся на рынке мочалки.
Каркас вытащили и покрыли каучуковым соком, использовавшимся на острове для производства тонкой резины. Каучуконосы вообще составляли одну из многочисленных групп растений, выращиваемых и на материке, и на острове. Процесс создания шара напомнил Тиму приключения Незнайки. Коротышки делали шар из сока одуванчиков, и в детстве Тим очень им завидовал. Но сейчас, когда над ним нависла необходимость самому доверить судьбу этому ненадежному сооружению, он относился к процессу с опаской.
Беспокоила его и Ансиэль. Совершенно неожиданно она заявила, что полетит тоже.И Олег, и Федр отговаривали ее от этой затеи, а Тиму и подумать было страшно, что девушка будет болтаться над морем в утлой корзине. Да и зачем?! У каждого из собиравшихся в экспедицию была для этого личная причина. Но что понадобилось на материке этой хрупкой и нежной малышке, если возвращаться в свой мир она не хотела?
Девушка каждый день приходила к мастерской, смотрела, как строится корзина, предлагала помощь. В конце концов ей разрешили участвовать в работе, и оказалось, что разнообразные умения Ансиэль очень полезны, а советы, которые она иногда давала, дельные и продуманные. Ее ловкие пальчики вязали узлы в самых трудных местах, она готовила теплые вещи и собирала запас провизии на случай непредвиденных обстоятельств.
– Это она для тебя так старается, – бросил как-то Федр, наблюдая за девушкой.
– Для меня? – удивился Тим.
Где-то в глубине души он надеялся, что по возвращении из экспедиции уговорит Ансиэль вернуться с ним в его мир. Это были всего лишь мечты. Он прекрасно понимал, что слишком молод и неустроен, чтобы брать на себя ответственность за чужую судьбу. И все же мысль о том, что девушка будет потеряна для него навсегда, не давала заснуть ночами.
А шар и корзина все росли, и до вылета оставалось все меньше времени. Полет назначили на конец декабря, чтобы ночь надежно укрыла путешественников и дала им время проникнуть в запретный лес.
Бонотар встал поздно в этот вторник. Его дела по подбору принца, пробуждению принцессы, участию в ее бракосочетании и коронации были выполнены. Теперь и молодильное средство поступило в распоряжение Резегемута. Появилась возможность немного передохнуть.
Единственное, что его волновало, это отсутствие вестей от шпиона на острове. Бонотар отправил туда опытного разведчика Рилоха на смену молодому Киногу, который приболел и вынужден был вернуться, когда корабль приходил в Страден за Тимом. Киног доложил, что ничего опасного для государства среди преступников не происходит. Но теперь и Рилох уже долго живет на острове, а первый министр еще не получал от него отчетов с почтовым попугаем. Однако волноваться незачем – остров находился так далеко, что вряд ли беспорядки там повлияют на жизнь во дворце. Хотя надо поговорить с новоиспеченным королем, а лучше, с королевой.
Брегетта не отличалась сентиментальностью и давно намекала на то, что уже сыгравших свою роль принцев можно было бы казнить. Бонотар был против таких жестких мер, но если ссыльные предпримут какой-либо шаг, который нанесет урон спокойной жизни королевства, то первый министр может и передумать, и принять сторону королевы.
Бонотар поморщился: он не любил, когда приходилось прибегать к крайним мерам. Во всяком случае, он предпочитал перекладывать жестокие решения на чужие плечи.
День выдался морозный, но туманный. Наверное, поэтому голова немного кружилась. За окном медленно темнело, но до сумерек было еще далеко. Собирались тучи. Вдруг Бонотар вздрогнул – ему показалось, что птица промелькнула за окном, чуть не ударившись в стекло. Он подошел и задернул портьеру. Там, снаружи, полетели первые снежинки. Внезапно откуда-то повеяло холодом, будто ледяная лапа
