фоне которого стояли в ряд с десяток мальчишек и девчонок. С виду им можно было дать лет восемь-десять. У большинства в руках были короткие лыжи для горного спуска, у одного – сноуборд.
Маша смотрела на смеющиеся лица детей и не верила своим глазам.
Коля Романов стоял с краю, немного в стороне, и было заметно, что чувствует он себя неуютно.
А в самом центре смотрела на нее исподлобья ее дочь.
Глава 26. Диггеры
Огонь в круглой жаровне горел так ярко, что приходилось отворачиваться. Блики плясали на каменных сводах и лицах диггеров.
– Кстати, а почему вас называют диггерами? – спросил Иван, когда их главный закончил разливать чай в кружки и походные стаканчики. – Ведь диггер, насколько помню, это гробокопатель.
– Просто копатель, – хмыкнул тщедушный очкарик неопределенного возраста, похожий с виду на вечного студента. – Гробокопатель это «Грейв Диггер». Была такая неплохая металлическая группа. Может и сейчас есть.
– Это старая история, – задумчиво ответил главный и почесал растрепанную бороду. В своем оранжевом жилете поверх утепленной куртки он напоминал то ли дорожного рабочего, то ли Анатолия Вассермана. – Лет тридцать назад, когда наше движение только зарождалось, долго думали, как одним словом назвать исследование подземных сооружений. Остановились на варианте «диггер». Ведь копать можно не только могилы или картошку в огороде. Копать – это погружаться вглубь земли. Чем мы и занимаемся. Так и повелось.
Их было шестеро. Четверо парней и две девушки. Иван никогда диггерами не интересовался. Просто слышал, что существуют люди, для которых спуски в заброшенные шахты и похождения по штольням и катакомбам своего рода хобби. Кто-то марки собирает, а кто-то по подземельям шляется. Типичная субкультура, со своими правилами и терминами. Довольно закрытая, без приглашения даже в сетевое комьюнити не попадешь. Что не удивительно, если учесть сложные отношения с законом. В уголовном кодексе была даже статья о незаконном проникновении на подземный объект.
Впрочем, эта группа диггеров закон не нарушала и действовала в полном согласии с городскими властями. Из рюкзаков торчали штативы, а у стены было сложено измерительное оборудование. «Штольни проверяем, – объяснил главный Ивану, пока компания располагалась на привал. – Где что просело, где осыпалось. У нас договор с мэрией. Сами они сюда не суются, а мы все равно шастаем. Приятно и по деньгам полезно».
– А вы сами, простите, кто и что здесь делаете? – лукаво прищурилась одна из девчонок, разглядывая его дайверский костюм. – Тем более в таком виде.
– Я, можно сказать, тоже на мэрию работаю, – ответил Иван. – Грант отрабатываю. По объектам гражданской обороны. Бомбоубежищам. Тут же есть в округе парочка.
Диггеры переглянулись.
– Да вроде даже не парочка, – осторожно сказал главный. – Я как минимум пять знаю. А дайвинг зачем?
– Я слышал, на нижних уровнях есть бомбоубежище с затопленным тоннелем, – сказал очкарик. – И прямым выходом в Волгу.
– Зачем бомбоубежищу выход в Волгу? – хмыкнул третий диггер. – Чтобы при ударе всех быстрее затопило?
– Да фигня все это, – нахмурился главный. – Затопленное бомбоубежище, подземные чудища. Сказки диггерские. А вот то, что мне третий человек о проверке бомбоубежищ говорит – не фигня. Война скоро!
– Началося, – пробормотала вторая девчонка. – Ты, Андреич, со своим карканьем уже достал чуток.
– Лучше каркать, чем оказаться не готовым, – ответил главный. – Вот у вас наверняка даже военной подготовки не было. Калаш не разбирали, перевязку не делали. Поколение ЕГЭ, мать вашу.
– Была какая-то подготовка, – пожал плечами четвертый, на вид совсем пацан. – Но мы на нее, да, не ходили. Но ты и сам подумай, Андреич. Если вдруг ядрена бомба, то чем помогут калаш с перевязкой? Они уже не пригодятся.
Главный махнул рукой и погрузил нос в стаканчик с чаем.
Иван поудобнее обхватил руками кружку. Судя по запаху, в ней было что угодно, но не чай.
– Что это за напиток?
– О, это эликсир богов, – торжественно провозгласил очкарик. – Амброзия. Лучший друг диггеров.
– Чай масала, – пояснил третий. – Простой чай с молоком, только вместо сахара тонна специй. Кардамон, мускат и все такое. Ничего особенного, но согревает хорошо. Не как водка, конечно, но тоже неплохо. А водку здесь нельзя, – добавил он с сожалением. – Внимание страдает.
– Так вы не ответили насчет дайвинга, – опять сунулась девица. – Вы здесь прямиком из затопленного бомбоубежища?
Иван не торопясь отхлебнул странного варева.
– Если бы. Я из затопленного тоннеля. Но бомбоубежища не нашел. Может, свернул не туда.
– Здесь без карты заблудиться можно, – рассудительно заметил главный. – У вас же есть карта?
– Увы. Сказали, без карты обойдешься.
Главный с сомнением глянул на него.
– Вас наняла мэрия и не снабдила картой?
– Ну, это не совсем мэрия, а скажем так, аффилированная организация. У них никакой карты не оказалось. Может, вы мне свою покажете? Тогда будет проще.
Главный мотнул головой.
– Наша карта вам не поможет. Там только те штольни, на которые у нас контракт. Других нет.
– Может какие-то ответвления, ходы обозначены?
Главный вздохнул и достал из внутреннего кармана сверток.
Это мало походило на карту. Скорее, на чертеж какой-то очень сложной детали с бесчисленным количеством цифр и сносок.
– Сейчас мы здесь, – главный пальцем в центр карты. – Вас мы подобрали тут. Бомбоубежища и другие помещения не указаны.
– А где верх, где низ? Нижние уровни, верхние?
– Это надо смотреть по сноскам. Вот эти числа – высота над уровнем моря.
Некоторое время Иван пялился в развернутый лист, как баран на новые ворота. Потом виновато посмотрел на главного.
– Ничего не понимаю. Если честно, мне сейчас нужно только одно бомбоубежище, остальные я уже осмотрел. А его никак найти не могу.
– Что за убежище? – деловито поинтересовался главный. – Его номер? Название? К кому относится? Заводское или министерское? Какие-нибудь приметы?
– Номера и названия не знаю. А приметы есть. Находится оно где-то на нижних уровнях. И к нему ведет длинный красный тоннель.
Вокруг жаровни наступило молчание. Стало слышно, как потрескивает уголь и как капает где-то далеко в темноте вода.
– Ну-у, чувак, – протянул наконец очкарик. – Красный тоннель ведущий в бомбоубежище – это даже не затопленный. Это что-то реально по типу подземных чудищ. Из той же оперы.
– Старая диггерская легенда, – добавил третий. – Омытые кровью стены и все такое.
– Если вас действительно послали искать красное бомбоубежище, – сухо сказал главный, – значит, над вами кто-то жестоко подшутил. Его не существует.
– Печально слышать, – пробормотал Иван. – А может…
– Да ладно вам, парни, – перебил мелкий пацан. – Никто здесь ничего точно не знает. Подземную железную дорогу тоже все сказкой считали. И ничего, нашли недавно. Там же, где и рассказывали.
