не слушались.
Где-то рядом затрещали кусты.
– Ч-черт, – прошипел гранатометчик. – Живо отсюда, потом со своей приблудой разберешься.
Он дернул Ивана в сторону.
Старый бетонный парапет, раскрошившийся и взломанный кое-где кустарником, вел дальше по реке, скрытый зарослями и корявыми деревьями. Внизу лениво плескалась вонючая грязная вода.
– Вас все равно поймают, – сказал Иван. – Взорвать корабль – это не миллион своровать.
– По этому поводу можешь не беспокоиться. За твоими дохлыми друзьями стояли Большие Деньги. Но деньги, которые стоят за мной, еще больше. А деньги в таких случаях, сам понимаешь…
– А государство за кем-нибудь из вас стоит? А то как-то грустно становится. Вы же вроде должны защищать…
Гранатометчик замер и повернулся к нему.
– А государство и есть Большие Деньги. Только они разные. Некоторые просто большие. Другие побольше. А есть огромные. И они друг друга на дух не переносят.
– Ясно. Красная башня, белая башня.
– Чего? – не понял тот.
По дороге, скрытой зарослями, пронеслась вереница машин с сиренами. Впереди они с визгом затормозили. Захлопали двери.
Гранатометчик присел.
– Проклятье. Все перекрыто.
Он схватил Ивана за шиворот, стащил с парапета и резво вытащил из-за пазухи пистолет с глушителем.
– Короче так. Придется все делать здесь. Я тебе буду задавать вопросы. Ты будешь на них отвечать. Честно и быстро. Если нет, начну отстреливать тебе конечности. Все пять. Голова пойдет за шестую. Усёк? – Глушитель уперся Ивану в горло. – Итак, поехали. Где твой тайник?
– О чем вы?
– Не прикидывайся дурочкой. Тайник твой где? В какой-нибудь из квартир? В какой? Где?
– У меня нет никаких тайников.
Удар в скулу наотмашь заставил его согнуться.
– Неправильный ответ. В следующий раз мои действия станут непоправимыми. Повторяю. Где тайник? Где ты хранишь список?
– Какой еще список?! Вы с ума сошли?
Щелкнул предохранитель.
Впереди затрещали кусты, и кто-то шумно вывалился к парапету.
– Эй! Что здесь происходит? Бросить оружие! Руки на виду!
Гранатометчик скривился, медленно поворачиваясь.
У кустов, пригнувшись, стоял омоновец в бронежилете с автоматом.
– Тихо, лейтенант, – улыбаясь, протянул гранатометчик. – Все под контролем. Я уже арестовал террориста. Это он взорвал корабль. Подплыл и бомбу под днище сунул. Видишь, с аквалангом? Только ласты успел снять.
– Руки на виду! – снова заорал омоновец.
– Не горячись, лейтенант. Это спецоперация ФСБ. Сейчас я медленно суну руку в карман и достану документы…
Гранатометчик отпустил Ивана и шагнул вперед.
Омоновец поднял автомат выше.
– Стоять на месте!
И тогда Иван бросился в сторону реки, перевалился через парапет и рухнул в воду, нащупывая на затылке маску.
Сзади и сверху что-то заорали на два голоса. Коротко застрекотал автомат, выбивая крошки из бетона, но Иван уже уходил на глубину, прижимаясь к склизкой бетонной стене.
Без ласт было неудобно и слишком медленно. Вода была грязной, и уже в пяти метрах ничего не было видно. Из мутной взвеси то и дело показывались раскрошившиеся столбы и уступы.
Иван опустился на илистое дно и пополз вдоль бетонной стены, огибая торчащий исковерканный мусор. Однажды в стене показался темный провал, забранный решеткой. Иван потратил на него с минуту и понял, что это не то место.
Нужный проход он обнаружил только спустя минут десять, под нависающим бетонным выступом. Как и говорил старик, решетка здесь свободно выходила из пазов, если знать куда нажимать.
Впереди начинался низкий черный тоннель, скрытый свисающими водорослями, будто лохмотьями паутины.
Иван включил фонарь и протиснулся внутрь.
* * *
Воеводин держал телефон в стороне от уха, чтобы не оглохнуть, но все равно вопли из трубки были слышны всем в радиусе десяти метров.
– Немедленно! Всё перекрыть! На уши поставить!
– Да, товарищ генерал.
– Головой отвечаешь! Чтобы ни одна собака не проскользнула!
– Слушаюсь.
– Это точно ваххабиты?
– Больше некому. Эксперты говорят сдетонировало килограмм сто взрывчатки. Кому она еще нужна в таких количествах? Видимо, они хотели подойти на своем корыте к стоящим у пристани пассажирским теплоходам, но взорвались раньше времени.
– Всех уродов причастных к ваххабитскому подполью выловить и закрыть!
– Областное управление ФСБ уже занимается.
– А ты чем занимаешься?!
– Местом происшествия, товарищ генерал. Вместе с транспортниками. Тут задержали одного…
– Знаю!
– Он с другим был, но тот смог уйти…
– Знаю!
– По идее мы им должны заняться, но он…
– Отпустить!
– Прошу прощения?
– Отпустить, Воеводин. Он не твоя забота. Пусть собственное начальство ему жопу надирает. Отбой связи.
Воеводин медленно убрал трубку.
Сидящий на бордюре чернявый фээсбэшник в льняном костюме криво ухмыльнулся и демонстративно протянул руку.
– Я же тебе говорил, полковник. А ты не верил.
Воеводин нехотя отдал ему документы.
Тот встал, отряхиваясь.
– Да ты не расстраивайся. Мы еще с тобой встретимся. Ваххабитов будем вместе ловить.
Он хохотнул и поковылял на стоянку к своему лендроверу.
Воеводин отвернулся.
Корабль в ста метрах от берега уже давно догорел и теперь даже не дымил. Буксир транспортников покачивался неподалеку, и на его палубе горбился водолаз, готовясь к погружению. Толпа зевак на набережной поредела, и только полицейские все так же стояли цепью вдоль парапета, переминаясь с ноги на ногу.
– Шеф. Новость, – тихо сказал, подходя, Усманов.
Воеводин вздохнул. Новости в последнее время были только плохие.
– Ну.
– Я говорил с омоновцем. Ну, тем, кто нашего гэбэшного друга повязал. Так вот, второй, который смог уйти… Парень его плохо разглядел, тот был в костюме для дайвинга, шапочка на голове, все такое…
– Говори, не томи.
– Короче, фифти-фифти, но парень думает, что это был Политов.
Воеводин медленно повернулся.
– Да вы с ума все посходили.
– За что купил, за то продаю, как говорится. И еще. Вы, наверное, уже обратили внимание. Наш гэбэшный друг, точнее его фотокарточка, висит на стене у нас в отделе. В одном ряду с другими интересными персонажами.
Воеводин проводил взглядом отъезжающий лендровер.
– Обратил. Но надеялся, что это совпадение.
Лендровер выбрался на дорогу и тут же газанул с визгом.
– Проследи-ка за ним на всякий случай. Только осторожно, чтобы не заметил.
Усманов козырнул и бросился к машине.
* * *
Допрос 3. Полгода спустя
– Кто это был?
– Подполковник Кравец. Не последний человек в областном управлении. Одно время его прочили на перевод в Москву, но что-то не срослось. Может нарушил чего. А может решили, что здесь он будет нужнее. Занимался в основном местными несистемными оппозиционерами, пикетчиками, блоггерами. Иногда привлекался к спорам хозяйствующих субъектов, скажем так.
– Когда возникло подозрение, что именно он взорвал корабль?
– Когда разобрались с останками и стало ясно, что никаких ваххабитов на борту не было.
– А кто был?
– Слушайте, не задавайте глупые вопросы. Вы прекрасно
