Джайна вся превратилась в слух, когда Кейган-Лу вновь заговорил. Уверенно, медленно, так говорят убежденные с самого начала в своей правоте и победе. Тарион все еще вел напряженный внутренний диалог. Недовольный океан отвечал ему взрывами брызг.
— Хейдив-Ли, — начал седой пандарен, — помните ли вы тот вечер, когда Ноздорму забрал с собой младенца, каким был тогда Тарион?
Джайна заметила, как, услышав имя мужа, Шайя вздрогнула. Меньше всего пандаренке хотелось, чтобы ее муж был тем, кто согласится с напором доказательств Кейгана-Лу.
— Отчетливо помню, — кивнул Хейдив-Ли.
— Вы помните любимую присказку Вневременного?
Эти слова помнил каждый, кому довелось встретить на своем жизненном пути бронзового дракона. «Не прощаемся», — обычно говорил Ноздорму тем, с кем ему вновь суждено было встретится. С теми, кто был обречен на скорую гибель, Вневременный, как правило, прощался. «Прощай, Джайна Праудмур», — сказал ей бронзовый дракон, когда, будучи беременной, она оказалась вместе с ним в Пандарии. По мнению Ноздорму, она не должна была выжить. Но она стояла здесь, рядом с сыном, и все еще не собиралась сдаваться.
А судя по лицам пандаренам, Кейгану-Лу было не занимать умения убеждать. Джайна сверлила взглядом Хейдива, и тот все же ответил:
— Забирая Тариона, Ноздорму сказал мне «Не прощаемся, Хейдив-Ли».
— Верно, — кивнул седой пандарен.
— Вы все еще ждете Ноздорму? — это не выдержал Тарион. — Но это безумие!
— Некоторые и телепатическое общение считают безумством, — парировал Кейган-Лу. — Но это не мешает тебе вести разговор за нашими спинами, Тарион. Чей Зов ты слышишь? Какие видения открываются твоему сознанию в эти мгновения?
Тариону понадобилось несколько мгновений, чтобы справиться с ошеломлением. Потом он сказал:
— Вам не понравится мой ответ, Кейган-Лу.
— Тарион, Ноздорму говорил, что спустя время, ты вернешься к нам, в Пандарию. Правда, он обещал, что вернется вместе с тобой, поэтому в тот вечер он не прощался. Этого, увы, не произошло. Вневременный предупреждал меня о возможных отклонениях в течение событий, лишь главное оставалось неизменным. Ты подарил нам венке, когда Пустота стерла Бронзовую гору. Ты, пусть и сам, но оказался в Пандарии. Ты действительно тот единственный шанс Азерота. Но ты не вернешься в тот мир. Твоя миссия иная. Похоже, Ноздорму не рассказал тебе этого. Когда мы обратимся к Матери Всего Живого, твой Зов станет сильнее. Ты поймешь, для чего был рожден. Поймешь, как именно поможешь этому миру. Пандарены отдадут свои жизни ради этого.
Кейган-Лу вел нечестную игру, используя пророчества о спасении и гибели целых миров. И этому было очень тяжело противостоять. Джайна сжала кулаки. Стирающий остров Пустота, пророчества Ноздорму, близость яда — все вело к неминуемой гибели Тариона.
Но кое-что Кейган-Лу явно не учел. Того, что произошло с Тарионом этим утром. За считанные часы он стал другим. И он знал то, о чем никто из них и не догадывался. О шансе на спасение.
Тарион поглядел в океан. Прищурился, будто что-то разглядел на его бушующей поверхности.
Тогда Кейган-Лу воспользовался последним доводом:
— Тарион, только так ты сможешь спасти своего отца.
Мальчик вздрогнул, поглядел на старейшину.
— Мне жаль, Кейган-Лу, — он медленно покачал головой. — Но Ноздорму ошибался.
Волна выше и сильнее прежних взорвалась брызгами за его спиной. От неожиданности Джайна отступила назад. Пандарены ахнули. Тарион не обратил на нее внимание. А волна росла, поднимаясь ввысь, будто фонтан. Вот стала вровень с каменным выступом и не остановилась, продолжила рост. Потоки воды гигантским, бурлящим водопадом устремились вверх, к поглощенным Пустотой небесам.
В пенистой поверхности волн Джайна отчетливо различила искаженное, перекошенное лицо. Вздымавшуюся грудь и почему-то только одну трехпалую руку. Корочка наледи, будто искрящаяся молния, пробежала снизу вверх по телу гиганта. Изуродованное ледяное лицо обрело острые черты. Лишь на мгновение однорукий великан превратился в единый кусок льда. Когда он вздохнул полной грудью, раздался скрежет трескающегося льда. Трещины исполосовали его ледяное тело.
Нужно было предупредить Тариона о том облике, что принимала стихия за его спиной, лишь одна мысль сверлила сознание Джайны. Но под напором гиганта волшебница отступала назад вместе с пандаренами, тогда как молодой дракон оставался ровно там же. На каменном выступе в невероятной близости к существу из потустороннего мира. Он не выказывал страха или удивления. Он точно знал, что происходило за его спиной. Знал с самого начала.
Джайна не сразу узнала его. В Зин-Азшари ей лишь издалека удалось разглядеть Лейтенанта Древних Богов. Нептулон Охотник Приливов внушал ужас размерами и формами, но скрыть следы сколов и ран на своем теле не мог. Как и отрастить вторую руку. Он стоял к ним левым боком, тогда как правая сторона его лица и тела будто оплавило безудержное пламя.
Пламя!
Вокруг костра еще оставались пандарены. Они жались к ритуальному огню, веря, что он дарует им защиту.
При виде огня Нептулон взревел, его единственная рука дернулась. Даже Тарион на мгновение растерялся. Но и это могло стоить им жизни. Огромное цунами нависло над каменным выступом. Темная вода бурлила и пенилась.
Джайна крикнула Хейдиву, чтобы он увел пандаренов от огня, призвала несколько водяных элементалей на помощь и обрушила на костер снежную бурю. Она хотела произвести впечатление. И ей удалось. Нептулон с одобрением кивнул, глядя на водяных прислужников Джайны.
Джайна услышала тихое одобрение Чейна. Пивовар оказался рядом с ней, Йена тоже. Хейдив с остальными, сильно напуганными пандаренами, немного ниже по склону. Гудящее цунами все еще нависало над их головами, грозясь обрушить тонны воды.
Тарион покачал головой. Его лицо выражало недовольство. Нептулон шевельнул рукой. Волна с грохотом обрушилась обратно в океан. Джайна не поверила своим глазам, когда увидела, как прислужник Древних Богов с тяжелым вздохом последовал следом за исчезнувшей гигантской волной. Его массивная фигура исчезла за каменным выступом, затем раздался оглушающий всплеск. И следом хмурый океан, бушевавший с самого утра, успокоился. Разом. Превратился в мраморную блестящую гладь. Лишь тогда Тарион обернулся к пандаренам.
— Простите за это… недоразумение, — сказал он. — Отношения Лорда Воды с остальными стихиями не отразятся на наших судьбах. Нептулон способен помочь нам. И он взялся помочь. Вы должны помнить рассказы моей мамы о подводном городе наг Зин-Азшаре, — продолжал Тарион. — Нептулон рассказал мне, что уничтожил королевство Азшары. В ответ наги атаковали его. Сотнями. Долгие дни Нептулон вел сражение с ними и королевой Азшарой. В одном из боев Нептулон лишился правой руки, а с ней и трезубца Приливов. Но и этого Азшаре показалось мало, наги не отступали. Они преследовали Нептулона всюду. Он спасался бегством, применяя свою способность перемещаться сквозь водное пространство, не важно куда, главное, чтобы там была вода. Раненному Лорду Приливов требовалось самое безопасное место в Великом море, чтобы прийти в себя. Но наги окружали его таким плотным кольцом, что многие переместились вместе с ним, продолжая свои атаки и не способные переместиться без его помощи обратно. Так мирмидоны вновь оказались на берегах Пандарии. Солдаты Азшары загнали обессиленного Нептулона в пещеру, из которой он не мог выбраться самостоятельно. Они атаковали его каждый прилив, не щадя своих жизней. Я помог ему выбраться и выжить. Нептулон у меня в долгу. Я попросил его спасти всех нас, попросил перенести в Азерот. Если это удалось с нагами, то и с нами может сработать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
