человек должен содействовать осуществлению этого закона. Это является миссией каждого человека. По окончании этой миссии мы найдем спокойствие, мир и счастье. Последние наступят раньше или позже в зависимости от того, сделаем ли мы больше добра или меньше. Самый добродетельный человек может быть несчастным в жизни, но он не должен на этом основании отрицать Провидение. Последнее во всяком случае обеспечивает его тихою пристанью, но до достижения ее плавание может быть все время бурным…
Жизнь – это миссия. Добродетель – это жертва. Только жертва свята. Об этом свидетельствует словом и делом Христос. Мы не должны бросать в грязь наш крест потому, что он тяжел. Давайте делать добро и не думать о другом»[107].
Перейдем теперь к политическим воззрениям Мадзини. Из биографии нам уже известно, что он был революционером и республиканцем, но не совсем в обычном значении этого слова. В революции он участвовал ради объединения своего отечества, а республиканцем был больше из-за того, что современные ему короли не были истинными патриотами.
Его лозунгом является не папа и король, а Бог и народ. Восстания, революция – сами по себе явления отрицательные, если за ними не идет творческая работа. Политическим идеалом Мадзини являются Соединенные Штаты Европы, но без признания свободного самоопределения нации эти штаты никогда не осуществятся. Национальность – вот, по мнению Мадзини, доминирующая идея новой Европы. Революция должна ставить себе целью изменить карту Европы в смысле освобождения и объединения наций. Государственное устройство по нациям является не только устранением исторических несправедливостей, но и средством достигнуть ассоциации. Мадзини горячо протестует против того, что в Турции два миллиона турок господствуют над пятнадцатью миллионами христиан, а в Австрии восемь миллионов немцев подчиняют своим целям двадцать девять миллионов венгерцев, чехов, поляков, сербов, румын и итальянцев.
Горя пламенной любовью к своей родине, Мадзини верит, что судьба Италии будет судьбой всего мира. Он с гордостью указывает, что она два раза объединяла мир политически и религиозно. Она приобщила к культуре варварские германские племена. Риму, вечному городу, предстоит еще один раз миссия объединить народы в новой вере.
Излишне говорить, что при такой широте взглядов Мадзини не был партийным человеком. Он относился к партиям скептически, что видно из следующих слов: «Политические партии падают и умирают, религиозные партии никогда не умирают, не победив»[108].
III
Познакомимся теперь с идеями Мадзини, имеющими отношение к экономике и кооперации. По словам Мадзини, человечество едино и для него существует лишь один общий закон – закон прогресса. Единственным средством осуществлять этот закон является ассоциация, которая постепенно заменит изолированные усилия. Ассоциация – это «общая кооперация, гармония труда, рычаг мира, единственное средство возрождения, данное человеческой семье, и единственное средство прогресса». Ассоциация должна быть мирной. Она может развиваться, пользуясь только устной и письменной пропагандой. Ее задача убеждать, а не принуждать. Паролем нашего времени должна быть ассоциация, то есть кооперация, которая должна распространиться на всех и которую не нужно смешивать с социализмом.
Свобода и равенство, провозглашенные раньше, могут теперь служить только как средства осуществления ассоциации. Свободы не может быть без относительного равенства, а равенство может осуществляться только путем ассоциации. Будущее – это ассоциация, ассоциация всех классов, всех индивидуумов в усиленном труде. В ассоциации капитал будет находиться в тех же руках, что и труд. Средством против нищеты является объединение труда с капиталом. «Когда в обществе каждый человек будет одновременно производителем и потребителем и когда продукты труда не будут проходить через ряд рук посредников, которые, начиная с капиталиста и кончая мелочным торговцем, часто на пятьдесят процентов удорожают их, а останутся в руках труда, тогда причины бедности устранятся»[109].
«Ассоциированный труд, распределение продуктов труда, то есть выручки с продажи их между трудящимися пропорционально затраченному труду, и ценности его – вот социальное будущее. Вы, трудящиеся, были когда-то рабами, потом крепостными, затем сделались наемными рабочими, но вскоре вы будете, если захотите, свободными производителями и участниками в прибыли».
Наиболее выдающимся сочинением Мадзини является небольшая книжка под заглавием «Обязанности человека». Она является, пожалуй, самой популярной книжкой в Италии, служит предметом чтения в школах и выдержала множество изданий.
Приведем несколько извлечений из этой книжки, хотя не все они имеют прямое отношение к кооперации.
«Жизненным вопросом нашего века, – пишет Мадзини, – является вопрос о воспитании. Речь должна идти не об установлении нового порядка вещей насилием, ибо созданный таким способом строй всегда тираничен, если он даже лучше прежнего…» «Проникшись теорией прав, мы можем восстать и устранить препятствия, но не создать прочную и продолжительную гармонию всех элементов, которые составляют нацию. Проникшись теорией счастья, благоденствия как цели жизни, мы сделаем людей эгоистами, поклонниками всего материального, которые внесут старые страсти в новый строй и испортят его через несколько месяцев. Следовательно, необходимо найти воспитательный принцип, превосходящий перечисленные теории, – принцип, ведущий людей к лучшему, принцип, проповедующий им постоянно самопожертвование и связывающий их с собратьями без принуждения со стороны одного или многих. Таким принципом является долг. Нужно убедить людей, что они, будучи детьми одного Бога, являются здесь, на земле, выполнителями одного закона, заключающегося в том, что каждый из них должен жить не для себя, а для других, что целью жизни должно быть не стремление сделаться счастливым, а стремление к усовершенствованию себя и других, что борьба с несправедливостью и заблуждением в пользу ближних является не только правом, но и обязанностью, которой нельзя безнаказанно пренебрегать, обязанностью на всю жизнь.
Трудящиеся Италии, братья мои, – восклицает Мадзини, – поймемте друг друга лучше. Когда я говорю, что сознание своих прав недостаточно людям для совершения крупных и продолжительных реформ, то я не требую отказа от этих прав. Я говорю только, что права являются только последствием выполненных обязанностей и что нужно начинать с последних, прежде чем приступать к первым. Когда же я говорю, что, предлагая как цель жизни стремление к счастью, благосостояние, материальные интересы, мы рискуем создать эгоистов, то не хочу этим отсоветовать заниматься ими. Я говорю только, что преследование одних материальных интересов, понятых не как средство, а как цель, всегда ведет к печальным результатам. Римляне времен императоров, когда они привыкли требовать хлеба и зрелищ, представляли собой противную нацию, которая, претерпев сначала глупую и жестокую тиранию императоров, попала затем в рабство варварам-завоевателям…»
«Все учения о правах и о материальном благосостоянии могут повести только к попыткам, которые, опираясь исключительно на ваши силы и оставаясь изолированными, не будут удачными. Они подготовят только
