– Раз вы отказываетесь, то вашего ребёнка будет воспитывать государство.
– Но я хочу отдать этого ребёнка не государству, а в какую-нибудь другую семью. Ну тому, кто сам не может родить.
– Есть такой порядок, что все отказные дети поступают сначала в дом малютки. А там, если есть на него заявка, этого ребёнка могут усыновить. А если заявки не будет, тогда ваша дочь будет воспитываться в детдоме, – терпеливо пояснила врач.
– В детдоме?!! – с ужасом прошептала Вера.
– Ну да, в детдоме.
Вера была в шоке. Перед её глазами пронеслись те полуголодные, полные унижений и несправедливости годы её собственного детства. Нет, такой участи она не хотела даже внучке этой подлой свекрови.
– В детдом я её не отдам! – замотала головой Вера.
– Что? – переспросила главврач, боясь, что ослышалась.
– В детдом я её не отдам, – чётко произнесла Вера. – Лучше тогда я её себе заберу.
Главврач заулыбалась.
– Милая моя, конечно, будет лучше, если ты её заберёшь.
Она тут же спрятала отказной лист в папку и, пока Вера не передумала, вывела её из своего кабинета.
– Будем вас с дочкой завтра выписывать. Позвоните, чтобы вам принесли пелёнки, одеяло, шапочку…
– Мне некому звонить, – испуганно произнесла Вера, всё ещё не пришедшая в себя от свалившихся на неё обязанностей. – У меня нет пелёнок.
– Нет? – задумалась врач. – Ну что ж, не переживайте, что-нибудь придумаем. Отдадим вам списанные пелёнки и одеяло.
В палате, как только узнали потрясающую новость, что Эта решила забрать ребёнка, наступил радостный переполох. Женщины обступили Веру и поздравляли её, хвалили, что она наконец-то одумалась.
– Принесите ей ребёнка! – потребовали все.
А одна даже побежала к медсестре. И хоть время кормления ещё не наступило, медсестра взяла девочку и поспешила в палату.
Вере на вытянутых руках, как приз, протянули драгоценный свёрток. Она боязливо, неумело взяла белый кокон в руки и взглянула на свою дочь. То, что она увидела, её не вдохновило. Из свёртка выглядывало маленькое сморщенное бордовое личико без бровей, без ресниц, зато с большим ртом.
– Какая страшненькая! – вздохнула Вера.
– Да ты что! Посмотри, какая она хорошенькая! – загалдели все. – Она просто у тебя недоношенная.
Тут девочка открыла глаза, и все ахнули.
– Ой, посмотрите, какие у неё глазки! Зелёные! Ну надо же! Такого красивого цвета глаз мы никогда не видели.
Вера недобро усмехнулась. Она-то такие глаза уже видела. И принадлежали они таким ненавистным ей теперь людям.
В день выписки Вера не находила себе места. Что же она наделала? Как она теперь будет жить и растить ребёнка? Одна! Но назад пути уже не было. Женщины в палате, которые раньше говорили ей всякие гадости, теперь готовы были её обнимать и целовать в щёки с утра до вечера. От их щебета даже разболелась голова. Зато они оказали ей большую помощь. Узнав, что у Веры ничего из приданого для ребёнка нет, они заставили своих родных принести в роддом кто пелёнки, кто распашонки, а кто игрушки для малышки. А одна даже подарила Вере детскую ванночку.
– Ой, как же я всё это дотащу? – растерялась Вера. – У меня ведь ещё и ребёнок на руках будет.
– А ты потом вернёшься сюда и заберёшь вещи. Пока всё пусть в больнице полежит.
Вера в тяжких раздумьях сидела на постели в ожидании десяти часов, когда после завтрака её вместе с ребёнком должны вывести на больничное крыльцо. Что ожидает её в той жизни? Как она со всем этим справится?
Дверь палаты распахнулась.
– Вера Легушова, за тобой пришли! – сообщила радостная санитарка.
– Пришли?!!
Вера готова была прямо в ночнушке выскочить из больницы.
«Он пришёл! Пришёл! Вадим одумался! Он понял, что был не прав. Он ко мне вернулся!!!»
Вера помчалась по больничному коридору в кабинет главврача.
– Я ухожу! – с ходу заявила Вера. – Отдавайте сейчас же моего ребёнка!
– Да, мы тебя сегодня выписываем. Ты позавтракаешь и пойдёшь домой.
– Не хочу я завтракать. Я сейчас ухожу. Отдайте мне скорее ребёнка! – чуть не плача от нетерпения, требовала Вера.
– К чему такая спешка?
– За мной пришли! – с гордостью ответила Верочка. – Муж!
– Вот как?! Тогда, конечно же, мы тебя задерживать не будем. Сейчас принесут твою одежду.
Вера подошла к зеркалу в холле, чтобы посмотреть, как она выглядит с ребёнком на руках. Замечательно! Так рисуют на картинках счастливых женщин. Вера подправила выбившийся из-под шапки рыжий локон и вышла на крыльцо.
Она сразу увидела белую «Волгу» Вадима и направилась к ней. Жаль, конечно, что Вадим не встречает её на крыльце с букетом цветов, но ничего, она не гордая, она простит ему. Всё-таки он на неё ещё в обиде.
Дверца машины распахнулась, и Вера увидела, как из машины вылезает Инна. Вера в растерянности остановилась и заглянула внутрь. Вадима не было!!!
– Ох, еле тебя нашли, – проворчала Инна, – столько роддомов обзвонили! Хоть бы сама мне звякнула.
– Извини, не могла.
– Видишь, какая шубка? – покрутилась Инна, проведя рукой по белоснежному меху. – Правда, хороша?
– А где Вадим? – с надеждой спросила Вера. Может, он отошёл куда-нибудь? Может, он её в больнице ищет?
– Вадим?! – подняла выщипанные бровки Инна. – Да забудь ты о нём. Он, подлец, даже слышать о тебе не хочет. Ты извини, Пупсик, что я так твоего друга называю. Но кто твой Вадим после этого? Подлец, да и только. Бросить жену с ребёнком!!! Ужас! Мой муж никогда бы так не поступил. Правда, Пупсик?
Пупсик молча кивнул.
– А машина? Это же «Волга» Вадима! У вас же были красные «Жигули».
– Нет. Это наша! Я заявила мужу, что не подобает племяннику самого Фёдора Николаевича, как простому директору магазина, ездить на красных «Жигулях». И раз мой Пупсик пока не дослужился до чёрной «Волги», пусть пока ездит на белой. Ой, ты не представляешь! Мы её еле достали. Пришлось даже нашего драгоценного дядечку подключать. Зато теперь вот она, полюбуйся. Такая же, как у твоего подлеца Вадима. Ну ладно, что мы всё болтаем. Ты лучше покажи, кого родила… Ой какая! – разочарованно произнесла Инна. – Неужели все младенцы такие страшненькие?
– Мне сказали, что она хорошенькая, – неуверенно произнесла Вера, хотя была согласна с подругой.
– Ну если уж эта хорошенькая, представляю, какие дети появляются у страшненьких родителей, – сказала задумчиво Инна и покосилась на своего Красавчика. – Ладно, Вер, скорее залезай и поехали, а то мне этот роддом напоминает о ребёночке, которого я потеряла, – театрально всхлипнула Инна. – Из-за твоей мамаши, Пупсик, между прочим! Да-да, век ей этого не прощу! Подумаешь, колье я её надела! А что ещё мне в ресторан прикажешь надевать, если собственный муж мне таких бриллиантов не дарит?
