остаться на ночь, поэтому нам пришлось разделить наши силы, что привело к сокращению штата. Павел должен был остаться, чтобы присматривать за клубами, а поскольку Антон все еще в больнице, мне пришлось взять с собой Сергея в качестве запасного варианта, чтобы прицеплять транспортный грузовик.
Сергей на задании — всегда катастрофа, которая только и ждет, чтобы случиться. В прошлом году ему запретили выезжать на задание после того, как он взорвал весь ирландский склад, оставив после себя только пепел. Я понятия не имею, о чем думал Роман, когда отправлял его на задание несколько месяцев назад, когда мы сражались с итальянцами. Этот человек — гребаная тикающая бомба. Если бы я не знал, то никогда бы не догадался, что они сводные братья.
Никто, кроме Романа и Максима, не знает, чем занимался Сергей до прихода в братву, но у меня есть подозрения. Каждый в нашем кругу должен хорошо владеть пистолетом и винтовкой. Сергей владеет всеми видами оружия, с которыми когда-либо сталкивался — снайперской винтовкой, тяжелыми автоматами, даже гранатометами. Он также специалист по всем видам взрывчатых веществ, самодельных и профессионально изготовленных. Обученная военными машина для убийств, возможно, из «черных оперативников».
— Помни, о чем мы договаривались, — говорю я. — Ребята разберутся с водителем. Ты заминируешь грузовик и подождешь, пока я вытащу девушку. Не отклоняйся от плана. И Сергей, не вздумай взорвать этот долбаный грузовик, пока я еще там.
— Ты сегодня какой-то нервный.
— Я хочу как можно быстрее покончить с этим. Моя жена ждет моего возвращения домой, целым и невредим.
— До сих пор не могу поверить, что ты женат.
— Ну, может, тебе стоит попробовать.
Он несколько мгновений смотрит на дорогу перед нами, прежде чем ответить.
— Я уже пробовал. Ничем хорошим это не закончилось.
И все же. Я понятия не имела, что Сергей был женат.
— Что случилось?
— Я ее убил. — Он откинулся на сиденье и зажег сигарету. — Сразу после того, как она попыталась перерезать мне шею.
— Черт, Сергей.
— Ага. Моим собственным ножом. Можешь поверить? — Он выдыхает облако дыма и сосредотачивается на грузовике в нескольких ярдах перед нами.
Я смотрю на него и замечаю темные круги под глазами.
— Ты не спал. Опять.
— На том свете высплюсь.
Грузовик подает сигнал правого поворота и съезжает с дороги. Сергей звонит Дмитрию.
— Он съехал с шоссе и едет в твою сторону. Время прибытия семь минут, — кричит он, бросает телефон на приборную панель и откидывается на сиденье, и самодовольно улыбается. — Мне не хватает острых ощущений, понимаешь?
Я знаю эту улыбку. Нам пиздец.
* * *
— Черт! — Я снова засовываю лом под грузовые двери грузовика и начинаю поднимать их, но механизм, который должен удерживать эту штуку от скольжения вниз, не работает.
— Сергей! Ты закончил?
Его голос доносится из-под грузовика.
— Еще один.
— Ты положил достаточно этого дерьма, чтобы взорвать всю эту чертову улицу. Оставь и иди сюда, дверь заклинило.
Сергей выкатывается из-под грузовика и подходит ко мне.
— Просто придержи, а я заберу девушку, — говорит он, включает фонарик на своем телефоне и запрыгивает в грузовик.
Я слышу его шаги внутри, затем звук передвигаемых коробок.
— Она там? — спрашиваю я.
— Я не могу ее найти. Ты уверен, что она... о, черт!
Раздается еще несколько шуршащих звуков и передвигаются вещи.
— Сергей?
— Я нашел ее. Черт, она в плохом состоянии. — Его шаги приближаются. — Держи дверь.
Я нажимаю на лом, поднимая дверь выше, затем хватаюсь за нижнюю часть и поднимаю ее над головой, чтобы Сергей мог вынести девушку. Держа на руках обмякшее женское тело, он ныряет под частично поднятую дверь и спрыгивает с грузовика. Черты лица женщины не разглядеть, потому что ее спутанные волосы разметались по лицу. Я вижу только порванные шорты и рубашку, и одну тонкую руку, которая безвольно свисает. Она — кожа да кости.
— Я позвоню Варе и скажу, чтобы она позвала доктора. — Я опустил дверцу грузовика. — Мы можем встретиться с ними на конспиративной квартире.
— Нет. Я отвезу ее к себе.
— Что? Ты с ума сошел?
— Я сказал, что забираю ее с собой.
В глазах Сергея странный взгляд, как будто он готов защищать свой драгоценный груз от любого, кто приблизится. Роман выйдет из себя, когда узнает об этом.
— Забей. Сажайте ее в машину, взрывай грузовик, и давай убираться отсюда.
По пути к машине я звоню Дмитрию и говорю, чтобы он забрал ребят и убирался восвояси. Я ожидаю, что Сергей положит девушку на заднее сиденье и сядет впереди, но вместо этого он просто крепко обхватывает ее руками и садится сзади, обнимая ее. Покачав головой, я завожу машину и сворачиваю на грунтовую дорогу, ведущую к шоссе.
— Готов? — Я смотрю в зеркало заднего вида и вижу, как Сергей смотрит вниз на девушку в своих объятиях. — Господи, Сергей! Возьми гребаный пульт и взорви уже чертов грузовик.
Он поднимает голову, глаза сужены, и ухмыляется мне. Эпический бум пронзает ночь. У меня округляются глаза. Он что, поставил эту штуку на таймер? Ублюдок мог бы разнести нас всех троих на куски, если бы поиски девушки затянулись на несколько минут.
Я беру телефон и набираю номер Бруно Скардони.
Он отвечает на втором звонке.
— Что?
— Дорогой тесть. — Я улыбаюсь. — Братва передает тебе привет.
Я обрываю звонок и набираю следующий номер Романа.
— Все готово.
— Все прошло по плану?
— Более или менее, — вздыхаю я.
— Черт. Что он сделал? Это Сергей, я просто знаю это.
— Он хочет забрать девушку к себе.
— Замечательно. Просто превосходно. Скажи ему, чтобы... знаешь, мне все равно. Мне Варю туда отправить?
— Да. И доктора. Девчонка едва жива.
— Замечательно, блядь. Завтра в восемь утра я жду тебя здесь.
Я бросаю телефон на пассажирское сиденье и еду к Сергею.
Глава 19
Я сажусь в кровати и смотрю, как Михаил готовится к поездке к пахану.
«Когда ты вернешься?»
— Я не знаю. — Он наклоняется, чтобы поцеловать меня. — Я напишу тебе, когда закончу.
«Хорошо. Пойду разбужу Лену. Она опоздает.»
— Тебе не нужно этого делать. Я подготовлю ее.
«Я хочу. И волосы я ей лучше укладываю», — жестами говорю я и глажу его по щеке.
Когда Михаил уходит, я направляюсь в комнату Лены, достаю из комода милые розовые брючки и рубашку с розовыми рюшами, сажусь рядом с ней на кровать. Проходит целых две минуты, пока я трясу ее за нос, пока она наконец не просыпается.
