этом было известно? Я бросила быстрый взгляд на метку, что спокойно шевелила чёрными листиками от незримого ветерка. Ясно, в ней тоже скрывался подвох, — нужно будет узнать какой именно.
— Что вы себе позволяете? — прошипела я, сузив глаза.
— Просто решил приободрить вас, — вскинул раскрытые ладони этот развратник, невинно глядя в мою сторону. — Увидел ваш страх перед практикой, ничего более у меня и в мыслях не было.
— Надеюсь, подобное больше не повторится, — зло произнесла я, медленно остывая. Отряхнув подол, избавляясь от невидимых пылинок, я развернулась на каблуках и сказала на прощание: — На сегодня урок окончен, учитель. До завтра.
— Ступайте, ступайте, дорогая ученица, — мягко ответил маг, и я готова поклясться, что в его обращении скрывался второй смысл.
Я подобно фурии вылетела из учебного кабинета, выделенного для наших занятий с Корлисом, и поспешила в оранжерею. Мои шаги разносились по коридорам, отбиваясь эхом от каменных стен. Злость внутри никак не желала испаряться, лишь притупилась и тлела угольком, готовым вспыхнуть в любой момент. Я не верила словам мага про утешение и поддержку, поскольку и раньше замечала непристойные взгляды в мою сторону. Он с самого начала старался растопить моё сердце, несмотря на метку истинной пары и наличие живого мужа.
Каюсь, окрылённая обучением, я старательно гнала все посторонние мысли прочь. Мне проще было не замечать похотливые глазёнки мага, пока он обучал меня магии. Начни я в открытую осаживать мужчину — с лёгкостью бы потеряла такой удачный шанс овладеть бушующими в крови силами. Пока Корлис не переступал незримую черту правил и этикета, я могла молчать. Сегодня он сделал шаг через неё, и я испугалась, действительно испугалась. Неужели я своим молчанием позволила ему думать, что между нами что-то возможно? Глупая дура, как говорил не раз Рейдолир.
Мысленно костеря себя на чём свет стоит, я преодолела весь путь к оранжерее. Окунувшись в магическое тепло, пронеслась до самого фонтана со статуей. Сев на каменный бортик, плеснула в лицо ледяной водой. Кожа мгновенно покраснела, и по позвоночнику пронеслась морозная стрела. Однако это позволило остудить голову и прийти в себя. Поморгав, запрокинула голову к стеклянному куполу. Вокруг пели птицы, шумел едва заметный ветерок, увлекая в танец листья на деревьях.
Умиротворение, которого мне сейчас не хватало. Дракон улетел, ещё дней пять назад, получив неутешительные вести с границы. Монстры опять напали, и теперь их полчище двигалось с заснеженного перевала в сторону Румороса. Периодически мне снилось, как синевато-белый ящер истребляет сотни синекожих тварей, превращая в ледяные статуи. После таких снов я просыпалась в холодном поту, но с уверенностью — Рейдолир жив.
Пока он сражался, расследование продолжалось, однако результаты всё равно отдадут только дракону. Я несколько раз видела, как Варриос общался с незнакомыми воинами, с отличной выправкой, но непримечательными лицами. Возможно, это были те самые проверяющие, которых заслали в лечебницу. Мысли плавно скользнули с поведения Корлиса на более волнующие меня проблемы — обнаруженная хворь распространялась.
Медленно, почти незаметно и опутывая окружающих, подобно хищной лозе. Беременная девушка уехала прямо перед отлётом Рейдолира, а перед этим долго с ним беседовала. На прощанье она пожелала мне удачи, прижимая к груди полный монет мешочек. В её глазах поселилась вера, а симптомы болезни почти исчезли. Однако я замечала, как слуги начинают покрываться пятнами. Многие жаловались на температуру и озноб, но пока не опухали. Я часто засиживалась допоздна, отчаянно пытаясь вспомнить, чем же можно сдержать развитие хвори, столь похожей на чуму.
Мой отвар притуплял течение инкубационного периода, но был не в состоянии полностью обезопасить людей. Знаний не хватало, и я надеялась лишь на магию, которая пока показывала хороший результат. Именно поэтому я отдавалась обучению, тратила всё время на зубрёжку и поиск информации. Мне хотелось спасти людей, к которым я успела привыкнуть. Из-за меня они заболели, ведь больная девушка искала моей помощи и пришла в замок.
Посмотрев в лицо спокойной каменной статуи, я потянула к ней руку. Вина внутри меня сжирала душу, и к глазам подступили слёзы. Почему я такая бесполезная? Даже защитить никого не могу, не могу спасти, без вреда для собственного тела. Влезла в чужое тело, словно паразит, и живу не свою жизнь. Глория с каждым днём становилась всё незаметнее, молитвы, и те доносились будто через толщу воды — тихо и едва заметно. Кончики моих пальцев коснулись холодного камня, и я задала единственный вопрос, что набатом звучал в моей голове:
— Что же мне делать?
Ответа не последовало. Дева из легенд молчала, глядя на меня пустыми глазами.
Глава 41
Тяжело вздохнув, посидела ещё немного и поднялась. Отряхнув подол, напоследок посмотрела на молчаливую деву. Казалось, даже она осуждала меня и мою слабость. Держать спину ровной получалось с большим трудом, плечи так и норовили опуститься, а спина превратится в колесо. Но я держалась, из остатков сил, не давая внутреннему стержню прогнуться под чередой проблем. Я не сдамся, это не в моих правилах.
По пути в комнату повстречала Кэти с Марисой, что возвращались из кухни. В руках девушек, весело щебечущих между собой, были подносы со сладостями. Увидев меня, они дружно улыбнулись и чуть поклонились.
— Миледи, а мы как раз к вам шли, — довольным голосом произнесла Кэти. Она чуть приподняла свой поднос, получше показывая мне, и добавила: — Главный повар сегодня в хорошем расположении духа, поэтому приготовила свои фирменные пирожные.
«Надо же, неужели местный бог пошёл мне навстречу и решил приподнять настроение?— шокировано подумала я, разглядывая сладкие коржики с кремом и подобие родных эклеров с шоколадной помадкой. —Самое то, чтобы я набралась сил и вновь засела за учебники».
— Отлично, — я улыбнулась, отбросив грустные мысли и хандру. — Пойдёмте, вместе поедим.
— Но, миледи, это только для вас… — Протянула Мариса, отводя взгляд.
— Ничего не желаю слышать, — я деланно нахмурилась, придавая лицу грозный вид. — Скорее, нужно ещё чай приготовить, а то без него нельзя кушать пирожные.
— Раз вы приказываете, — смущено сказала Кэти, переглядываясь с напарницей.
Я подавила улыбку, что так и просилась наружу. Девушки выглядели до того довольными, словно я не угостить их решила, а одарила золотыми монетам. Тьма в моей душе постепенно рассеивалась, уступая место тёплому свету.
«Верно, зря я нос повесила. Раз привлекла беду в этот дом, должна всеми
