которая на выбранном участке за оградой зоны подняла вышку для высокопоставленных охотников. Та ничуть не походила на грубые сооружения, которые поставили для солдат — не ошкуренные бревна, вкопанные в землю, площадка из неструганых досок, ограждение из горбыля или жердей и односкатная, простая крыша, накрытая рубероидом, чтобы сверху не текло. Плюс лестница типа садовой, прибитая сбоку к вышке. Короче, временное сооружение, поспешно сляпанное по принципу: «И так сойдет!».
А это было нечто. Каркас из строганого бруса, ажурный и сам по себе красивый. Наверху не будочка, а самый настоящий домик с шатровой крышей, крытой досками, и стенами, зашитыми вагонкой. Оконные проемы затянуты сеткой-рабицей. Наверх вела удобная лестница со ступеньками из досок и перилами с балясинами (!). А на площадке плотники сколотили столик и красивые скамейки со спинками. Они стояли вокруг столика и не мешали подходить к проемам для ведения огня. Сергей все это осмотрел, потрогал, посидел, благо их группа в отдалении вырыла свой окопчик и теперь охраняла плотницкую бригаду.
Осматривать сооружение строители не препятствовали. Солдаты щедро одарили их тушенкой и консервами, которых в каждой из землянок накопилось много, так что бригада сэкономила командировочные. По просьбе бригадира Сергей привез им из деревни водки, чему мужики были безмерно рады. Они приехали из Гомеля, где водку продавали по талонам.
— Что будет с этой вышкой, когда закончится охота? — спросил Сергей у бригадира. — Так и сгниет здесь в поле? Жалко.
— Ага, сгниет! — хмыкнул бригадир. Он уже заложил за воротник стаканчик водки, поэтому был разговорчив. — Как только все закончится, разберем и увезем начальнику на дачу. Глянь, какая будка сверху — это же готовая беседка, ее только поставить на фундамент и застеклить проемы. Брус пойдет на летний домик, а лестница — для подъема на мансарду. Тут все продумано.
— Начальнику за это ничего не будет?
— Все списано, — махнул рукою бригадир. — Заплатит в кассу как за некондицию для дров.
— Жируют, сволочи! — прокомментировал Степан в машине по дороге в школу. — Тащат, где только могут.
Сергей в ответ только вздохнул. Сооружением вышки подготовка к охоте не закончилась. В поле возле школы возник шатер, внутрь затащили мебель — столы и стулья, которые привезли в фургоне. Возле шатра поставили охрану — двух мужиков в штатских костюмах, но их лица и фигуры красноречиво говорили, что под пиджаками на плечах у них погоны, причем, с просветами. Солдатам категорически запретили подходить к шатру и любопытствовать. Им, впрочем, и не очень-то хотелось. Солдатская философия простая: держись подальше от начальства и поближе к кухне.
Накануне дня «Ч», как окрестил все это дядя Жора, Сергея вызвали к Самойлову. В учительской помимо подполковника сидел с ним за столом мужчина в штатском — лет тридцати пяти на вид с невыразительным лицом и цепкими глазами.
— Товарищ подполковник, лейтенант Скворцов по вашему приказанию прибыл, — на всякий случай доложил Сергей. Когда Самойлов был один, он обходился без официоза — так велел сам подполковник.
— Присаживайся, лейтенант, — Самойлов указал на стул напротив.
Сергей присел.
— Знакомься, майор госбезопасности Батура Николай Аркадьевич, — продолжил подполковник. — Он отвечает за охрану лиц, которые прибудут на охоту. У него к нам есть вопросы.
— Я слушаю, — сказал Сергей.
— Мне не нравится, что в ста метрах от вышки будут находиться непроверенные нашей службой лица, вооруженные автоматическим оружием, — сказал, как выплюнул, Батура. — Это угроза опекаемым и высокий риск. Для чего все это?
— Подстраховка на всякий случай, — объяснил Самойлов. — Это же не обычная охота. Здесь монстры, а не волки с кабанами.
— Там вышка, куда монстры не залезут.
— Разрешите? — спросил Сергей и, получив кивок, достал из офицерской сумки фотографию, где он и группа запечатлены с командующим на фоне монстра. Домой он посылать ее не стал, чтоб не пугать отца с сестрой. — Смотрите какая милая зверюшка, или, как окрестил ее генерал-полковник — ходячий танк. На вышку он, конечно, не залезет, но зато снесет ее одним ударом, возможно, с двух, не более. В нем больше тонны веса. А вышка, хоть и красивая, но хлипкая, поэтому легко повалится. И все — пишите письма.
— Какие письма? — Батура удивился.
— С соболезнованиями, — пояснил Сергей.
— Дурная шутка, неуместная!
— Мы здесь не шутки шутим, товарищ майор госбезопасности! — окрысился Сергей. — А защищаем мирное население. Не так давно один из монстров сожрал двух любопытных граждан, которые проникли в зону незаконно. Там только косточки остались. Такие вот забавные зверюшки. За этот случай следователи из нас потом чуть кровь не выпили на допросах. Пытались доказать, что наша группа виновата, хотя тех идиотов загрызли раньше, чем мы получили вызов. Впрочем… Если вам не нравится наше присутствие возле вышки, то можем в этом не участвовать. Так даже лучше. Товарищ подполковник, предлагаю: за безопасность опекаемых пусть отвечает их охрана. У них же пистолеты есть. Чуть что, бац! бац! — и монстра нету.
— Не зарывайся, лейтенант! — нахмурился майор.
— А что вы мне сделаете? — Сергей пожал плечами. — Разжалуете в рядовые? Так я не кадровый, и мне плевать с высокой колокольни. Зато ответственности никакой — что взять с солдата?
— Не нравится мне ваш лейтенант, товарищ подполковник, — насупился Батура. — Он дерзкий, наглый.
— Зато лучший охотник в части, — спокойно сообщил Самойлов. — Организовал и обучил мобильные огневые группы. Без них мы бы имели многочисленные жертвы среди мирного населения у зоны. Эту вот зверюшку, — он указал на фотографию, — МОГ лейтенанта завалил в один прием и из обычного стрелкового оружия. На юге зоны к подобным тварям выезжают на броне и бьют из крупнокалиберных пулеметов. А у Скворцова был старенький уазик, РПК и автоматы. Однако справился. Теперь о непроверенных вами людях. Лейтенант Скворцов на срочной службе был пограничником, а туда, как вам известно, абы какого не берут, да и после призыва неоднократно проверяют. Скажу вам больше: он воевал в Афганистане, ходил за Речку в рейды и награжден за это орденом Красной Звезды. За мужество и самоотверженные действия, проявленные уже на службе в нашей части, представлен к награждению медалью «За отвагу». Представление подписано командующим Внутренними войсками СССР. Вы говорите: дерзкий. А я отвечу: смелый и находчивый. Он мыслит нестандартно и действует
