Представление записывали, как на аудио, так и на видео.
— Товарищ майор, к нам гости из местных, — подойдя, сказал дежурный лейтенант. — С опорника «Врата» передают о движение колонны из десятка машин, при этом там две БРДМ, «буханка» и тентованные грузовики.
Охранную систему пришлось ставить классическую, без облета планерами, слишком холодно для них, даже с движками летать, ВПП тоже нет поблизости, ну и без дирижаблей естественно. Их до сих пор наблюдался острейший дефицит.
— Раз едут открыто, то с миром… Посмотрим, что за гости.
Повышенную боеготовность все-таки объявили, колонна все-таки внушительная и что там в грузовиках под тентами остается только гадать, может ракетные установки со смешанными боевыми частями, коими жахнут в упор накрыв всю базу. В БТРы, что стояли на блокпосту заскочили экипажи, развернулись на дорогу башни готовясь встретить противника шквальным огнем, но воевать не пришлось.
Гостя Анатолий узнал с первой секунды, стоило только ему выйти из УАЗ «буханка», коя судя по двойным колесам, была серьезно забронированна. Но это логично и понятно. Он теперь не простой полевой командир с парой тысяч бойцов, а глава целого региона Афганистана. При этом сменил тюрбан на шапку в которой его все привыкли видеть на фотографиях в будущем.
— Салям алейкум, товарищ Ахмад Шах.
Масуд на это только чуть усмехнулся уголком губ и ответил:
— Здравствуйте товарищ Анатолий Киборгин.
— Какими судьбами в сих краях?
— В гости к тебе решил заехать, как раз мимо проезжал из Дайкунди.
— Крюк сделать пришлось изрядный…
— Ради того, чтобы повидать старого друга, можно и не такой крюк сделать.
— Гостям мы всегда рады. Прошу…
— Га-га-га!!! — раздался громогласный хохот из сотен солдатских глоток.
Им вторили гиены:
— Ха-ха-ха-ха!
— Что это у вас там? Аж горы трясутся.
— Солдатская самодеятельность…
— Знаю-знаю… повышение культурного уровня, советская традиция народного театра…
— Ну, в плане культуры тут прямо скажем сомнительно… как бы не наоборот.
Послушав очередной отрывок панк-сказки, что вновь заглушил раскат хохота, Ахмад Шах, хмыкнув, сказал:
— И правда… неоднозначно в культурном плане…
— Ну, как у нас говорят: чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.
Зазвучала матерная пародийная песня, на что Масуд тоже лишь улыбался.
Наконец зашли в дом Анатолия.
— Вера — моя невеста.
— Ахмад Шах, — представился Масуд.
— Здравствуйте… Анатолий много рассказывал о вас.
— Как он поймал меня в горах?
— И об этом тоже.
— Поставь легких закусок и кваса… — попросил Анатолий.
Вера, накрыв стол скрылась на женской половине.
— Как дела в твоих владениях?
— Неплохо… Сейчас так и вовсе можно сказать, что хорошо, — еще немного отпив кваса, сказал Масуд. — Строятся школы, больницы, построили большое медресе… Много студентов поехало учиться в Союз… Прокладываются дороги, край преображается и богатеет, ведь на стройках нужно много рабочих рук. Случаются конечно и неприятные вещи, недовольные все равно есть и откровенные враги пытаются все испортить, но пока я жив им не удастся обратить все вспять.
— Рад, что все хорошо.
— Ну а ты как?
— Тоже в общем-то хорошо. Майор. Командир батальона.
— Штрафного…
— Ключевое слово «батальон», а штрафной он там или еще какой — дело десятое, — улыбнулся Киборгин.
— Да, ты высоко взлетел за эти два года. Когда мы встретились с тобой на той горе, ты был обычным лейтенантом. Это впечатляет…
Хлебнули еще кваску.
— Если не секрет, как съездил в Дайкунди? Договорились?
— И о чем по-твоему я договаривался?
— Да тут и гадать не о чем. О союзе. Тут на севере куча таджикских анклавов, дайзунги и жекауланги их наверняка щемят, так что напрашивается вывод о союзе с племенем дайкунди и их союзников в обмен на прекращение давления, а может даже расширения владений до прежних размеров, ну и значит будут участвовать твои бойцы в войне против дайзунги. Это как минимум.
— Да, все так. Что до результата переговоров, то предварительное соглашение заключено…
— Отличная новость. Итак, Ахмад, ты ведь приехал продолжить тот разговор?
— Да. Во время нашей встречи в Панджшере, когда мы заключили своеобразное соглашение ты дал понять, что тот разговор не окончен и есть вторая часть для обсуждения нашего сотрудничества. Что касается первой части, то все произошло так, как ты говорил. Но прежде, я хотел бы прояснить несколько моментов.
— Спрашивай.
— Ты утверждал, что СССР, чуть ли не с позором сбежит из Афганистана, но пока складывается обратное ощущение. Вы взяли под контроль аймаков и сейчас нацелились на хазарейцев. Я уже молчу про себя с Дустумом и Баррани. Более того, прошла информация, что готовят возвращение Наджибуллы, а значит и часть пуштун пойдет за Москвой.
— Понимаю… ты считаешь, что если бы продолжил сопротивление, то ничего этого бы не было.
— Да.
— Может и так. Только все эти успехи СССР ровным счетом ничего не значат. Уверен, ты хорошо, самым внимательным образом изучил внутреннюю обстановку в Союзе…
Ахмад Шах кивнул.
— Ну значит знаешь, что с экономикой у нас все паршиво. Приписки, гонят вал никому ненужной продукции, которая к тому же еще мало того, что не качественная, так еще и откровенно бракованная. По отчетам все хорошо, ежегодный рост производства, а на деле… В общем повторяться на эту тему не стану. Скажу лишь, что экономика первична и она не тянет даже обеспечение самого СССР, а тут еще союзников кормить приходится, и скоро надорвавшись, рухнет. А вместе с ней рассыпается и СССР. И как только это произойдет, все наши афганские достижения обратятся в пыль. Всех этих аймаков, хазарейцев и твоего соседа Дустума в один момент перекупят американцы с саудитами. Я думаю, ты и сам все это прекрасно понимаешь. Тебе нужно волноваться только о том, чтобы успели построить ГЭС иначе придется все делать за свой счет.
— Хорошо… оставим это… Давай продолжим наш прежний разговор. Что ты хотел сказать и предложить?
— Сначала задам вопрос: как думаешь, кто придет к власти в России после развала СССР? Я не про персоналии, разумеется, а о политических взглядах этих людей.
— Я понял… Судя по всему они будут ориентированы на Запад и Америку.
— Все верно. Они не просто будут ориентированы на запад, они прямо сами будут подставлять свои… ладно, не будем о пошлостях… — сдержался Анатолий.
Ахмад Шах острым взглядом впился в лицо Киборгина, ожесточенное выражение которого много сказало ему.
— В общем они будут просто-таки вылизывать все интимные места европейцев и американцев, лишь бы их признали за равных, похлопали по плечу и пригласили к себе.
— Все будет настолько плохо?
— Все будет еще хуже…
«Надо будет первой целью для Ярослава обозначить Козырева! — подумал Анатолий. — Это же надо сказать на встрече с Никсоном: „Одна из проблем Советского Союза состояла в том, что мы слишком как бы заклинились на национальных интересах, и теперь мы больше думаем об общечеловеческих ценностях. Но если у вас есть какие-то идеи и вы можете нам подсказать, как определить наши национальные интересы, то я буду вам очень благодарен“. Это как вообще⁈ Да за такое убить мало!»
— Верю… И, что ты хочешь этим сказать?
— Этим я хочу сказать, что новые власти сделают все, что им скажут-прикажут англосаксы. Скажут предать тебя, и они со счастливым визгом сдадут тебя с потрохами не продав тебе ни патрона, ни купив ни одного драгоценного камешка, ни одного грамма редкозема… тем более что последнее они сами все продадут за десятую часть цены из запасов, чтобы набить свои карманы. И у тебя есть только один вариант, чтобы не просто получать необходимые боеприпасы для сохранения своей власти, но и развиваться.
— Ты?
— Я.
Ахмад Шаха это явно несколько выбило из колеи так что маска бесстрастности пошла трещинами.
