ни была, могла спровоцировать у выживших видения, которые были у них после его смерти. Внезапная смерть породила беспокойство в семейном кругу. Беспокойство было в паре со скорбью. Скорбь приносит меланхолию. Меланхолия становится причиной бессонных ночей и мучительных снов. Эти сны ослабляли тело и дух до тех пор, пока болезнь в конце концов не приводила к смерти».
Но какая «меланхолия» поразила австрийского чиновника, свидетеля вскрытия могилы, что он описывает настолько поразительные вещи?
Буквально через шесть лет в сербской деревне Медведже крестьянин Арнота Паоле неудачно свалился с повозки и погиб. И все бы ничего, дело обыкновенное. Но односельчане утверждали, что ранее он служил в армии в Греции, где его укусил вампир. Сам Паоле при жизни рассказывал, что, будучи человеком знающим и квалифицированным, он раскопал могилу вампира, всадил ему в сердце кол и съел некоторое количество земли с его могилы. Но эти, казалось бы, надежные меры, может, и привели к уничтожению одного вампира, но не предотвратили появления другого. Австрийский военный врач Иоганн Флюкингер пишет в своем отчете:
«Спустя 20 или 30 дней некоторые люди принялись жаловаться, что донимает их указанный Арнонд Паоле, и, действительно, убил он 4 особ. Дабы покончить с этой бедой, они указанного Арнонда Паоле по прошествии 40 дней с его смерти выкопали и обнаружили, что он вполне цел и не разложился, в то время как свежая кровь течет из его глаз, носа, рта и ушей, что рубаха, саван и гроб были все окровавлены, и что старые ногти на руках и ногах, а также кожа отделились и под ними выросли новые. И поскольку они увидели, что он истинный вампир, они согласно своему обычаю пронзили его сердце колом, после чего он издал слышимый стон и началось обильное кровоточение. Засим тело в тот же день сожгли и пепел бросили в могилу. Эти люди еще говорят, что все, кого мучили и умертвили вампиры, сами должны стать вампирами, и потому они казнили еще 4 особ таким же манером. Далее добавляют они, что указанный Арнонд Паоле нападал не только на людей, но и на скотину, и высасывал кровь из животных, люди же поедали их мясо. И, следственно, здесь и теперь еще имеются вампиры. Всего же за время трех месяцев 17 молодых и старых особ отошли в мир иной».
Приводящий эти примеры в своем исследовании Вадим Эрлихман резонно отмечает: «“Народный” вампир – не бледный джентльмен в отглаженном фраке, а румяный крестьянин в грязной, рваной и заскорузлой от крови одежде, больше похожий на зомби современной мифологии. Кровь, которой он упивается, так и брызжет из него – иные вампиры, когда их гроб вскрывают, буквально плавают в крови».
Как же произошла эта удивительная трансформация – «облагораживание» фольклорного монстра и включение его в культурный пантеон? Мы непременно ответим на этот вопрос, но, конечно, многих, наверное, тревожит, в первую очередь, другой – неужели нет каких-то убедительных научных объяснений вышеописанных немыслимых и пугающих феноменов?
Хотя наиболее красочные, а главное составленные ответственными лицами описания были сделаны в Сербии, но количественно все же лидирует Румыния. «Можно сказать без преувеличения, что на территории современной Румынии собрана самая полная документация, которую только можно найти про этот феномен на северо-западе или северо-востоке Европы», – утверждает Матей Казаку. И приводит ряд примеров, добавляющих красок и оттенков в картину народного вампиризма: «Чума, холера, падеж скота… Считалось, что вампиры провоцировали засуху. Летом 1841 года, когда стояла сильная жара, могила недавно умершего крестьянина Илии Нини из деревни Порымбакул в регионе Фагараш стала местом проведения странного обряда. Собравшиеся жители деревни вколачивали колья в землю, а затем двенадцать девушек налили воду в отверстия, чтобы напоить вампира. Затем в присутствии священника мужчины откопали труп и расчленили его. Таким же образом еще один труп откопали и расчленили в 1872 году, чтобы избавиться от града; а в 1885 году в деревне на юге Трансильвании выкопали одного повешенного и бросили его в речку для того, чтобы пошел дождь!»
Позже мы увидим, что граф Орлок, один из вариантов киновоплощения Дракулы, тоже будет распространять чуму посредством армии крыс.
Саксонец, врач Андреас Волф в конце XVIII века, анализируя мрачные румынские поверья, обращал внимание на возможную причину тревожных феноменов: «Здесь существует еще более вредный обычай, которому необходимо положить конец во имя человечества. Речь идет о преждевременных захоронениях, их обычно находят у молдаван, греков и евреев, здесь живущих. С того момента, как им начинает казаться, что один из их друзей, муж, жена, дети или другие родственники умерли, они наспех готовятся к похоронам, не ждут 8, 10 или 12 часов, так как считают его мертвым и уже преданным земле. Этот обычай противоречит человечности и чужд святости! Не проводится никакого медицинского исследования: не зовут ни врача, ни хирурга, чтобы осмотреть умершего. Умершего зарывают без какого-либо другого осмотра, кроме того, что кто-то констатировал его смерть. Никто не хочет знать что бы то ни было о клинической смерти (асфиксия), и я даже осмелюсь сказать, не бездоказательно, что очень многие ипохондрики и истеричные женщины, которых полным-полно в Молдавии, были зарыты еще живыми. Некоторые жители Ясс открыто говорили, что ночью после предания умершего земле они слышали сдавленные крики и шумы на кладбище у церкви. Эти люди считались сумасшедшими, хотя над ними не смеялись, но делали из них героев сказок, не забывая и про привидений».
А вот трезвомыслящий австриец Жорж Таллар, писавший примерно в те же годы, считал, что всему виной суровые и долгие православные посты. Вследствие недоедания люди, мол, чахнут, и у них бывают галлюцинации.
Не могли игнорировать эту буквально кровоточащую тему и богословы. В 1746 году бенедиктинский монах Огюстен Кальме издал в Париже «Трактат о явлениях ангелов, демонов и духов». В нем он подробно разобрал множество случаев все из той же наиболее вампироактивной зоны – Юго-Восточной Европы. Но однозначного вывода относительно природы этих явлений он сформулировать не смог. Реальность существования вампиров он подвергал сомнению, однако вполне допускал, что подобные явления – дьявольские наваждения, имеющие целью смутить умы и посеять панику.
Вольтер с иронией (как всегда) отнесся к этому выводу. И написал для своего «Философского словаря» статью «Вампир», где высказал собственное мнение: «Эти самые вампиры – мертвецы, которые выходят ночью из своих могил, чтобы приходить к живым и высасывать их кровь либо из горла, либо из живота, после чего они снова укладываются в свои ямы. Живые от укуса вампира худеют, бледнеют,
