прекрасной парой. Такие молодые и яркие. Подумай об этом.
Она подмигнула мне и первая поднялась из кресла, давая понять, что разговор окончен. Я послушно прошла вместе с ней к выходу из библиотеки и рассеянно попрощалась. Так и не смогла решиться и сказать ей правду.
Шарли вновь скрылась за стеллажами, а я потянулась к дверной ручке. Но дверь сама распахнулась, чуть не заехав мне по лбу. Я подняла глаза и застыла на месте. Лекс стоял в каком-то полуметре от меня.
— Почему ты не на лекции?
Молча смотрела на него, пытаясь найти хотя бы намёк на те чувства, что видела в его глазах ещё совсем недавно. Ничего. Но ведь так не бывает. Он же сам поцеловал меня!
— Диана, не стоит пропускать занятия.
Я продолжала стоять без движения, никак не реагируя на его слова. Посмотрела в глаза Лекса, но они сейчас напоминали черное непроницаемое зеркало. Никаких эмоций. Равнодушный лёд.
Я думала, что моя магия сейчас снова взбунтуется, но внутри словно поселилась пустота. Стена, выстроенная Лексом в одно мгновение, не оставляла надежды.
— Простите, этого больше не повторится.
Я даже не удивилась тому, как бесцветно прозвучал мой голос. Просто сделала шаг в сторону, пропуская Лекса, и выскользнула из библиотеки. Чем раньше я смирюсь, тем будет лучше для меня самой.
12. Последнее испытание
— Если ты не расскажешь, я пойду к нему и потребую, чтобы он сам всё рассказал! — Тайра припёрла меня к стенке и потребовала выложить всё, что произошло в день прогулки в Роуленд. Мы сидели в спальне перед самым отбоем, каждая на своей кровати. Свет над нами уже начал тускнеть, за окнами давно чернел осенний вечер.
— Ты уже который день сама не своя. Даже улыбаться перестала, не говоря уже о том, чтобы интересоваться хоть чем-то кроме учебников! И если Адриан что-то сделал, я должна знать! В конце концов я твоя подруга.
Я с тоской посмотрела на Тайру. Все эти дни я старалась затолкать свои переживания как можно глубже. Похоронить их внутри и больше никогда не возвращаться к тому, что случилось в тот вечер. Мне стоило огромных усилий перестать вспоминать чувства, которые овладели мной, когда Лекс прикоснулся к моим губам. А сейчас мне всё-таки придётся достать свои воспоминания из тёмного погреба. Иначе Тайра не отстанет. И, чего доброго, правда пойдёт к Сторму требовать ответа. А он ведь совсем не в курсе, что произошло после того, как я отказалась, чтобы он проводил меня в академию.
— Обещай, что это останется между нами. — я посмотрела в глаза Тайре долгим выжидательным взглядом. Она с готовностью кивнула и повернула невидимый ключик у своих губ.
— Никому! Даже Эрику! Обещаешь?
— Обещаю.
Не знаю, что Тайра напридумывала себе за это время, но сейчас она сидела, распахнув и без того огромные глаза. В конце своего рассказа я снова потребовала от неё молчания, и та закивала как китайский болванчик.
— И мы больше никогда, слышишь, никогда не поднимем эту тему!
— Но, Ди!
— Никаких “Но, Ди”! Мы больше не станем обсуждать ни Лекса, но мои чувства к нему. Их нет. Больше никаких чувств!
Тайра долгую минуту смотрела на меня, а потом вдруг поднялась и порывисто обняла меня и держала в своих объятиях до тех пор, пока нам обеим стало неловко.
Дни потекли нескончаемым однообразным потоком. Чтобы забить каждую свободную минуту и не давать себе сосредоточиться на ненужных мыслях, я с головой погрузилась в учёбу. Выпросила у преподавателей списки дополнительной литературы и после лекций пропадала в библиотеке, самостоятельно изучая те стороны учебных предметов, которые могли оказаться мне полезны. А когда голова начинала трещать от информации, а амулет отказывался качать магию от постоянной практики, я шла на тренировочную площадку. Магистр Арч сперва удивлялся, что я зачастила на полигон, но в итоге просто стал оставлять мою экипировку в отдельном закутке, который не запирался на ключ в отличие от оружейной.
Без использования магии я могла не бояться, что повторится прошлый инцидент, когда я почти сожгла свой лук. А сама стрельба давала неплохой выход эмоциям, которые я старательно подавляла в остальное время. Пару раз Магистр Арч наблюдал за моими занятиями, постоянно напоминая о том, что для более точного полёта стрелы, спускать тетиву нужно с внутренним спокойствием, которого мне как раз и недоставало. Мало помалу я научилась выискивать в себе необходимую бесстрастность, и с каждым разом всё точнее поражала мишень.
Тайра каждый день пыталась убедить меня, что одной учёбой жизнь не ограничивается. Но посиделки в общей гостиной, где вокруг велись беспечные разговоры, которые всё чаще касались предстоящего бала, меня не привлекали. И я снова зарывалась в учебники и самостоятельные практические занятия, которые начинали приносить немалые результаты. Магия больше не своевольничала, не вырывалась из-под контроля, а во мне поселилась надежда, что в скором времени я смогу работать наравне со всеми, не ограничиваясь помощью амулета.
Но полностью подавить свои чувства и заглушить тоску по Лексу мне не удавалось. И в особо тяжёлые моменты меня кидало из крайности в крайность. То я думала из одной только обиды начать встречаться с Адрианом, который стал на удивление внимательным и обходительным. И пусть мы не так часто виделись, но этот высокомерный красавчик и правда кардинально изменил своё отношение ко мне. За завтраком составлял компанию и искренне интересовался моими делами, а если во время перерыва между парами мы случайно сталкивались в коридоре, всегда помогал советом или просто ободряющими словами. После нашей неудачной встречи в кафе, когда я наотрез отказалась, чтобы он меня провожал, Адриан ни разу не упрекнул меня в испорченном вечере. Он даже ненавязчиво пригласил меня пойти с ним на зимний бал, но я вежливо отказала, ответив, что светские мероприятия не для меня.
Другой крайностью было желание наплевать на свою гордость и рассудительность и заявиться к Лексу в комнату и потребовать откровенного разговора. Но слава всем богам этого мира, на этот шаг я так ни разу и не решилась. Хотя всё-таки однажды подумала, что стоит воспользоваться приглашением Адриана, а заодно купить в Роуленде то самое платье, чтобы во время бала кое-кто понял, что напрасно отказался от меня. Даже если для этого пришлось бы спустить всю свою полученную стипендию, а она, нужно заметить, была достаточно неплоха по сравнению с поддерживающими
