Попарилась, пора и честь знать. Завтра все-таки надо рано вставать. Мне домой необходимо попасть, в свою избушку на гусиных ножках. Наверное, друзья испереживались там все.
Хозяюшка – Людмила успела управиться с грязной посудой, пока я мылась и теперь занималась устройством спального места для меня в сенях.
- С легким паром, - улыбнулась девушка, когда я вошла в терем. – А я тут уже почти управилась.
- Спасибо за гостеприимство, - смущенно поблагодарила я ее. – Я рада, что встретила вас. А еще, ты так быстро управилась с посудой… не устала?
- Нет, что ты, - улыбнулась девушка. – Я же сколько спала!
- И что, теперь даже на ночь глаз не сомкнешь? – удивилась я.
- Нет, так-то я, конечно, лягу спать, - рассмеялась Людмила, - но чуть позже.
Больше ни о чем конкретном, серьезном мы не говорили. Был уже поздний вечер, за окном разыгралась сильная метель. Оказалось, что это любимая погода Людмилы. Вскоре мы распрощались, и она, пожелав мне спокойной ночи, поднялась к себе в комнату.
«Мне снилась Замухрынь. Сильные темные смерчи разрывали ее на части. Люди в панике бегали повсюду. Но Тьма не трогала мирных граждан. Она разбиралась только с рабовладельцами, торгашами, наемниками, властью… в общем, со всеми, кто был замешан в различных темных делишках.
Потом картинка изменилась. Моему взору предстал Константин, из его рук к шее владыки тянулись черные жгуты. Тот захрипел… Следующий наследник…»
Утро настало слишком быстро. Я даже не успела досмотреть до конца свой странный сон, который сильно смахивал на явь. Людмила, что-то напевая себе под нос, весело сбегала по лестнице вниз. Открывать глаза не хотелось, и я, лишь прислушавшись, смогла далее различить, что она пошла на кухню, стала умываться, что-то готовить.
Мою голову сразу же наполнили мысли, связанные с недавним сном. Да, война будет, но только между Дьявольской пустошью и Замухрынью. Итог предрешен. Скоро Князь обзаведется новыми территориями.
- Ульяна-а, - пропела из кухни Людмила, вырывая меня из размышлений, - встава-а-ай!
- Угу, - буркнула я и распахнула глаза.
Надо помочь ей. А то чувствую себя настоящей ленивой пятой точкой. Блин блинский, как же вставать не хочется! Зимой светлеет так поздно, что часов до девяти кажется, будто еще ночь. Кстати, а который сейчас час?
Я вяло села на кровати и отметила, что мужчины еще не выходили из своих комнат. Ну и ладно. Пойду тоже умоюсь и пристроюсь в помощники.
- Доброе утро, - бодро поздоровалась Людмила. – Как спалось?
- Доброе, - пробормотала я. – Спасибо, хорошо.
Потом мне указали на большую скамью и попросили порезать хлеб и вяленое мясо. Сама хозяйка занялась приготовлением каши. Не заметила, как потихоньку стали на завтрак подтягиваться братья Людмилы. А у нас к этому времени уже все было готово.
- А хлебушек и мяско Ягушенька резала, - пробасил Шемяка. – Людочка потолще всегда режет.
Ну надо же, как у них тут все строго. Это не так, то не эдак. Может, они и есть не стали бы, если б я полностью завтрак сготовила? А за ужином они не заметили, что кашу я варила. Ах да, забыла! Меня же за общим сбором не было.
Когда мы наелись, настало время прощаться. Людмила, посмотрев на мой внешний вид, а затем выглянув в окно, отдала мне полушубок и валенки насовсем. Еще ушанку и шаль из козьей шерсти всучила в придачу.
Одевшись, мы все вышли на крыльцо. На улице уже рассвело, ударил ощутимый морозец, но ветра и снега не было. «Мороз и солнце, день чудесный…» - когда-то очень давно написал Пушкин.
- Ну, с Богом, - к нам подошел Белогор. – Не забывай нас, Ягушенька.
- Не забуду, - улыбнулась я, садясь на метлу. – И буду иногда к вам заглядывать, если позволите.
- Конечно, милая, - Людмила взяла меня за руку и добавила смущенно. – У меня к тебе просьба будет.
С этими словами девушка вложила в мою ладонь свернутую вчетверо записку, на которой было написано: «Руслану от Людмилы с любовью».
- Тут деревенька недалеко есть, - девушка наклонилась к моему уху и зашептала. – Кликни там парня по имени Руслан и отдай ему это. Передай привет от меня.
- Хорошо, - кивнула я, с улыбкой отметив, как заалела девушка после сказанных слов.
Опять Пушкин «Руслан и Людмила». Сдается мне, весь сегодняшний день пройдет под «руководством» Александра Сергеевича. А эти двое просто обязаны быть вместе! И все у них будет хорошо.
Я положила записку в карман полушубка и взлетела в воздух, помахав на прощание рукой всей честной компании.
Поднявшись над самыми верхушками заснеженных деревьев, я увидела на востоке небольшое поселение. Ошибки быть не могло – поблизости тут только одна деревня. Я направила свою метлу именно туда.
В лицо дул морозный ветерок, а снег на солнце искрился не хуже бриллиантов, ослепляя глаза. Немного жмурясь, я наслаждалась сегодняшним утром и была практически счастлива в эти мгновения… пока не вспомнила про Кощея. Сразу почувствовала, как на плечи лег непомерный груз проблем и неприятностей, связанных с этим мужчиной. Хмурым, зеленоглазым, но чертовски для меня привлекательным. Угораздило же меня влюбиться в Константина!
Где-то внизу послышался испуганный детский крик. Я опустила голову, параллельно притормозив над тем местом, откуда шел звук, и увидела маленькую девочку лет семи, всем телом прижимающуюся к стволу большой ели. На нее наступала стая волков, готовая в любой момент растерзать малютку. Недолго думая, я спикировала вниз. От неожиданности дикие звери не поняли, что происходит, а я, в свою очередь, воспользовалась их замешательством. Затормозила у самой земли и подхватила девочку к себе на руки. Волки опомнились и бросились на нас. Я среагировала молниеносно, ударила по животным силовой волной, отбросив их метров на пять от себя. Медлить более было бы непозволительной роскошью в сложившейся ситуации, поэтому я дала метелке приказ как можно быстрее набирать высоту.
- Не бойся, - шепнула я малышке на ухо. – Сейчас мы будем в безопасности.
Как ни странно, девочка быстро успокоилась у меня на руках, только крепко обняла меня и зажмурилась.
Когда мы вновь оказались над кронами деревьев, я с удивлением отметила, что мы находимся не так далеко от деревни, в которую мне необходимо было попасть. Нетрудно догадаться, что девочка оттуда. Дрожит, боится. Бедная, угораздило же ее одной в лесу оказаться. Молчит. Ничего, скоро на месте будем.
А в мыслях по-прежнему был Константин и заключенный им мир с Красноградом. Ну, может быть еще и не заключенный, но в будущем, да. Почему он все за меня решает? То выгонит, то вернуть захочет… я ведь тоже живой человек. Вот лопнет мое терпение, доведет он меня - устрою ему грандиозный скандал, еще сто раз пожалеет, что меня приплел в их с Гвидоном договор.
