– Можно?
– Да.
– Федор Степанович, мы готовы. Заходите в кадр… Не стесняйтесь, вы будете стоять здесь, Максим будет слева от вас. Просто смотрите на него и отвечайте, не глядя в камеру.
Лиза вышла из кадра. На заднем плане снова показался Роберт и стал поправлять свет. Вдруг часть картинки помутнела, будто что-то сбило фокус. Этого не могло быть, поскольку камера была не на автоматическом режиме, но кадр словно разделился пополам.
– Ну, что? – Лиза услышала свой голос.
– Контровой мне не нравится, секунду, – ответил Роб.
Девушка нажала паузу и отстранилась от объектива. Перед глазами помутнело. Она поморгала, но эффект не исчез. И дело было не в ее уставших глазах. Она вновь нажала play. Мутное пятно переместилось в центр кадра и потемнело. Через миг оно вытянулось и приобрело контур человеческого тела – словно смотришь на кого-нибудь против света через матовое стекло.
– Давай уже моториться.
– Моторы уже идут.
– Моторы идут? Максик, давай! – ведущий вошел в кадр и встал рядом с непонятным силуэтом.
– Оу-оу-оу! Расссс-расссс-расссс! Сссемьдесссят-п-п-ять! Со звуком все в порядке?
Лиза в недоумении снова нажала на паузу. Впиваясь взглядом в стоп-кадр, она пыталась понять, что за странная фигура рядом с Максом. Она безуспешно старалась вспомнить, что именно там происходило.
По всему было ясно, что Федор Степанович все-таки зашел в кадр. Лиза показала ему нужную точку, Макс встал рядом и поглядывал на странный силуэт с натянутой полуулыбкой. Это выражение лица ведущего было ей знакомо; он делал так всегда, когда приходилось работать с неизвестными людьми, которые не были ему особо интересны. Лиза прищурилась.
– Он смотрит на него, – прошептала она. – Это егерь…
Фигура не была статична. Ее форма словно жила в рамках контура человеческого тела. Она не распадалась на части и не исчезала, как дым, но внутри темного пятна постоянно происходило какое-то движение. Руки вытягивались и снова приобретали нужные пропорции. То же самое происходило и с головой. В какой-то миг фигура стала четче, и на лице показались рот и глаза, но они тут же вытянулись и исчезли, уступив место безликому пятну.
Лиза сдвинула брови и перемотала запись на несколько секунд назад. Да, ей не показалось, это явно было лицо! Она вернулась снова и, дойдя до нужного момента, нажала паузу.
Два темных глаза, похожие на человеческие, и чуть вытянутый кривоватый рот были вполне различимы. Она вглядывалась в картинку, пытаясь увидеть детали, пытаясь разгадать загадку, но это категорически не умещалось в привычные рамки.
– Что же ты такое? – спросила Лиза. – Что же ты такое?..
На видео Роберт прошел сбоку, еще раз посмотрел на свет со стороны и исчез. Камера слегка дернулась, и в этот момент раздался голос Слима:
– Стоп, стоп!
– Что такое?
– Клацанье какое-то… У кого-то ключи болтаются.
– У меня ничего не болтается, – секундное шуршание за камерой.
– У меня тишина. У вас нет ключей или чего-то, что может звенеть? – вопрос продюсера был адресован старику.
Фигура слегка вздрогнула и на секунду исчезла, но затем появилась снова, уже повернутая в сторону Елизаветы.
– Оно реагирует на мой голос!.. Господи, этого не может быть! Что это? – Сердце Лизы, и без того истощенное, забилось быстрее.
– О’кей, моторы идут?
– Бляха, ну невозможно! – это был Слим.
Секундная пауза, и снова он за кадром:
– Ну, да ёп… Кто звенит?
Из маленького встроенного динамика видеокамеры послышался звук велосипедного звонка. Камера дернулась и отключилась. Больше на кассете ничего не было.
Лиза просмотрела запись несколько раз подряд и выключила камеру. В тщетных попытках найти внятное объяснение увиденному она села на пол и прислонилась к стене. Слева неярко мерцал монитор с выведенными на него картинками, за ним было окно, тускло отражающее стену, а прямо напротив – дверь. Девушка не хотела выходить из маленькой комнатки, хоть немного напоминавшей ее привычную жизнь. Все эти сумки и чехлы создавали чемоданное настроение, давая понять, что скоро все это закончится, и она сможет уехать домой. Этого она ждала больше всего.
Время тянулось медленно, словно кто-то свыше специально нажал рапид на воспроизведении ее жизни. Почему это происходило именно с ней – она не понимала, но пребывать в таком настоящем больше не было сил. Лиза держалась, хотя в ней по капле исчезало всякое желание противостоять ситуации. Она ослабла. Сердце, надорванное чрезмерной порцией страха, готово было выскочить из груди, мысли взрывали мозг, а тело дрожало от холода и усталости.
Из головы не выходила темная фигура, которая так отчетливо была записана на пленку. Последние несколько лет они гонялись за подобным, и, наконец, вот она – сенсация! Но радоваться было нечему: новоявленный убийца-звукоинженер, исчезнувший в лесу ведущий, автор программы наедине с трупом оператора в пустом старом доме ночью – вот итог этого приключения. Девушка вытерла вновь выступившие слезы трясущимися руками.
Рассказы местных, обрывки фраз лесничего, мальчик Ваня, улыбка Роба, пьяный замах Макса и откидывающаяся от удара голова Слима – тысячи картинок роились у нее в голове. Она пыталась сосредоточиться, но воспаленный мозг больше не мог переваривать информацию и тут же перелистывал страницу журнала памяти, перескакивая на что-то другое.
Лиза часто смотрела на часы, периодически включая подсветку телефона. Ей казалось, что с момента нахождения трупа до этой минуты прошла вечность, но на часах было лишь двадцать минут пятого.
– Скоро утро… – произнесла Лиза. – Еще немного – и начнет светать. Все будет хорошо.
Сидя на полу тише воды ниже травы, Лиза представила теплую ванну и горячий кофе. Ей захотелось курить, но сигареты остались на столе в гостиной, а лицезреть накрытый труп в луже крови и вглядываться в темные углы она уже не могла. Так, с каждой минутой относительного спокойствия хмель постепенно начал возвращаться. Разум оставался чистым, но голова снова слегка кружилась.
Ветер то и дело врывался в щели между ставнями, слегка подергивая их. Девушка каждый раз вздрагивала, пытаясь привыкнуть к шуму, и ей это почти удалось, но тут на первом этаже что-то щелкнуло. Лиза дернулась. Спустя минуту щелчок повторился. Похоже, звук выключателя доносился из гостиной. Стараясь не шуметь, девушка медленно встала, подошла к двери и прислушалась. Через минуту раздался еле слышный скрип половиц – и снова тишина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
