– Он говорил, что у него внук есть, но тот боится его, вот они и не общаются. Мы еще пошутили, что ему нужно просто побриться.
– Да, есть внук Даня, правда, родился уже после его смерти.
– А жена и дочь? Федор Степанович рассказывал, что они далеко отсюда, и он редко их видит.
– Не совсем так… Мужик настрадался, конечно: сначала дочь похоронил, а потом жену. Те в Москве жили, не с ним, видимо, разошлись, кто знает… От того не легче.
– Но он утверждал, что они видятся! Правда, сейчас его слова обретают совсем другой смысл, понимаете? С сыном и внуком он не общается, а с дочерью и женой поддерживает связь!
– Если честно, с трудом представляю, о чем речь. Все-таки, думается мне, что вас кто-то разыграть решил, что ли… Уж прости. Другое дело, одному в лесу быть – тут всякое почудится, но не ходить же с призраком и разговоры разговаривать?
Лиза закрыла глаза и откинулась на спинку.
– Я же говорю, есть запись…
– Да я-то слышу…
– Хорошо, давайте я расскажу, как он выглядел! Рост примерно метр семьдесят, седые недлинные волосы, бесформенные брюки цвета хаки, ботинки старые, вязаный свитер и кожаная куртка.
Олег Владимирович снисходительно кивнул.
– Так тут у нас все так ходят!
– И у всех ваших нет больших пальцев на обеих руках?
Этот аргумент застал собеседника врасплох.
– Ох, ты ж, етить! – негромко воскликнул он.
Лиза приподняла бровь.
– Все сходится?
– Его беспалым и звали за спиной… Тогда ничего не понимаю.
Лиза сложила руки на груди в замок.
– Не верите мне.
– Верю.
– Так если верите, то как вы не можете понять, что нам нужно убраться отсюда быстрее? Это страшное место, кому, как не вам, знать об этом?
– Я-то знаю, но этих, – он показал пальцем в сторону дома, – хрен переубедишь!
– Это обычные бультерьеры. Им дали приказ – они выполняют.
Егерь уставился перед собой.
– И что делать?
Лиза пожала плечами.
Прошло еще некоторое время. Девушка говорила без умолку, компенсируя свое ночное одиночество. Егерь охотно поддерживал беседу, но через полчаса, когда тема была пережевана, Лиза почувствовала усталость. Сидя в теплой машине и в удобном кресле, она вдруг поймала себя на том, что не слышит свои же слова. Перед глазами плыло и слегка звенело в ушах. Она и сама не заметила, как провалилась в сон.
Длинный узкий коридор становился все светлее. Выложенные черно-белым кафелем стены, потолок и пол напоминали шахматную доску. Здесь не было ни окон, ни дверей, одна лишь бесконечная перспектива спереди и сзади. Все это выглядело настолько однообразно, что можно было запутаться, откуда и куда ты идешь. Лампочки отсутствовали, но становилось все светлее…
Лиза открыла глаза. Сон, который ей приснился, был неприятным. В нем не было монстров или мертвецов, но его безысходность пугала не меньше привычных ужастиков.
Оглядевшись, она поняла, что одна в машине. Егеря поблизости не было. Печка все так же работала на всю мощь и, откинув в сторону куртку Сергея, она опустила стекло.
За окном окончательно рассвело. Новый день обещал быть пасмурным. Справа в низине виднелся дом, одиноко расположившийся посреди леса, а слева – тропинка, уходящая в чащу. Лиза вздрогнула. Мысль, которая пришла ей в голову, казалась сумасбродной и неправильной, но сопротивляться искушению не было сил.
Лиза вышла из машины и еще раз посмотрела вниз. Никого из мужчин поблизости не было. Она решительно подошла к водительской двери, села за руль и, не мешкая ни секунды, тронулась с места.
Путь через лес длиной в шесть километров был долог и непрост. То и дело оглядываясь, она не могла избавиться от чувства, что за ней гонятся. Двигаясь по проторенной дорожке, цепляя зеркалами ветки, она все-таки выехала к деревне.
Не сбавляя скорости, машина выехала из леса и оказалась на поляне прямо перед поворотом в деревню. Огромные деревья остались позади, а среди них и страхи, которые вцепились своими когтями, не желая ее отпускать. Лиза на секунду притормозила и посмотрела назад, стараясь справиться с нарастающими эмоциями; никого не увидев, она продолжила движение.
Теперь, когда она почти вырвалась из лап кошмара, девушка почувствовала, что слабеет. Силы, которые держали ее в тонусе, были на исходе. Это было совсем не вовремя, ведь впереди ее ждали еще сто с лишним километров до Москвы, где она будет по-настоящему в безопасности. Лиза понимала, что забыть эту ночь не сможет никогда, но в данном случае воспоминания менее опасны, чем ее нынешнее положение.
Озноб вернулся – теперь уже другой, какой бывает после сильнейшего стресса, доводящего человека до сумасшествия. Лиза сопротивлялась, как могла, но слезы лились ручьем, мешая следить за дорогой. Прилично отъехав, не в силах больше терпеть, она остановилась, поставила коробку передач на Parking, закрыла лицо руками и зарыдала.
Ее трясло. Чувства переполняли измученное сердце, вырываясь наружу. Лиза кричала, и в этом крике смешались отчаяние, страх, злость, обида. Забыв про все на свете, она кричала что есть мочи, стиснув руками виски и рыдая навзрыд.
Воспоминания пролетали с огромной скоростью, словно кадры кинопленки, ускоряясь с каждой секундой. В какой-то момент все превратилось в сплошную черную массу, но потом в этой зияющей пустоте возникло лицо Роба. Он смотрел на нее, и его черты становились все яснее. От этого грустного взгляда невозможно было скрыться. Это было невыносимо. Лиза открыла глаза.
Мутная от слез картинка медленно становилась четче. Вытерев лицо рукавом, девушка посмотрела на себя в зеркало заднего вида. Опухшие веки покраснели, а темные круги под глазами выдавали бессонную ночь. Неподалеку среди деревьев ей померещилось какое-то движение. Лиза вздрогнула и тут же переключила коробку передач в режим Drive. Машина дернулась и покатилась вперед. Вглядываясь в уходящий пейзаж, она заметила силуэт, который секунду спустя вышел из тени на середину дороги. Это был Ваня. Он все так же держал велосипед в руках и улыбался. Мальчик неуверенно поднял руку и помахал ей вслед, но Лиза не собиралась останавливаться.
– Черт бы вас всех побрал! – воскликнула она. – Что ты тут делаешь в такую рань? – Лиза села поудобнее и решительно надавила на газ.
Лесные пейзажи сменялись полями и поселками. Пролетая мимо, Лиза даже не пыталась разглядеть богатства земли российской, чередующиеся с нищетой спившихся деревень. Главное сейчас было следить за дорогой и не заблудиться в этих забытых Богом местах.
Девушка проехала около двадцати километров по бездорожью, пока, наконец, не увидела указатель на Москву.
– Слава богу… Еще пара километров – и нормальная трасса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
