Забыв за все приставания к Самойлову, я помчалась в спальню и начала перерывать свои наряды. Я несколько раз на неделе заезжала домой и подсобрала шмоток. Поэтому было из чего выбрать.
Достала кожаную жилетку, которая превращала мои сиськи в аппетитные дыньки, натянула красные стринги и джинсы с заклепками. Раньше я их никогда не носила. Но когда выбирала вещи из дома, взгляд сам упал на них. Как чувствовала, что рядом с фриком и прикид стремный понадобится.
Волосы я собрала в высокий конский хвост. Достала подводку и навела стрелки. В спешке они получились разными и кривыми. Пока я их поправляла, они становились все шире. В конечном итоге, я подумала, что мой макияж спасут только солнцезащитные очки. А как сильно стемнеет мои эмо-глаза, словно сажей намазанные, видно не будет.
Я вылетела из вонючей парадной даже не поморщившись. Смрадом кошачьих экскрементов и продуктами жизнедеятельности бомжей в подвале меня уже было сложно удивить.
Платон стоял прислонившись к своему мотоциклу и разговаривал с Лешкой. Мы с этим пареньком очень сдружились. Днем, когда Самойлов пропадал на мистической работе, я с ним гуляла, мы играли в футбол и занимались зарядкой в спортивном городке на соседней улице.
— Ох, е! — культурно выразился Платон, разглядывая мой шлюховатый вид. В особенности сиськи, которые шарами выпирали сверху над жилеткой, — Ты куда так вырядилась, мать твою?! Я сказал одеть джинсы и футболку. А это блядский костюм из секс — шопа на Хэллоуин. Дуй обратно и переоденься, — строго отчитал меня этот гребанный тиран.
— Лили, а мне нравится. Ты такая…крутая, — попытался защитить меня Лешка.
— А ты, мелкий, вообще отвернись. Если не хочешь, что б твою Лили посадили за совращение несовершеннолетних.
Платон оттолкнулся от байка и подошел ко мне впритык. Его глаза зло сузились.
— Дуй обратно в хату и оденься приличнее. Иначе никуда со мной не поедешь. Или ты хочешь, чтоб каждый извращенец представлял, как присунет сюда свой член? — последнее этот гад проговорил тише, чтоб Лешка не расслышал и всунул мне палец в ложбинку между грудью. Нагло поелозил вверх вниз, давая понять на какое интимное действие он намекает.
Я хлопнула его по руке и отошла на шаг.
Хотелось взбрыкнуть и послать этого моралиста и самоназванного стилиста. Но глядя в его строгое лицо и помня его упертый нрав, зло прошипела
— Ладно. Сейчас вернусь, — а в дверях парадной добавила, — Пошел ты, гребанный фрик.
Платон хмыкнул недовольно. Точно расслышал.
— Поторапливайся принцесса. А то превратишься в тыкву…
Я с силой захлопнула дверь, и с нее мне на голову посыпалась штукатука. Хорошо, что хоть клопы с тараканами не попадали.
Чертыхаясь и матерясь, я переодела кожаную жилетку на обычную закрытую футболку.
На миг задумалась. Ринат никогда не делал мне замечания по поводу откровенных нарядов. Наоборот, всегда сам выставлял меня на показ перед знакомыми и друзьями. Хвастал, как породистой кобылой.
От осознания того, что Платон другой, на лице невольно появилась улыбка. Ему не плевать на меня и между нами не просто секс за машину. Интересно, спустя месяц, когда он вернет мне тачку, мы продолжим встречаться? Мне стало страшновато при мысли, что Самойлов оставит меня и исчезнет в своей неизвестной жизни. Неужели Мари права, и я влюбляюсь в него…
Я вышла в смешанных странных чувствах. Лешка уже успел свалить домой. А Платон смотрел что то в телефоне. Надел снова черную маску на поллица и капюшон. Мне была видна лишь длинная черная челка и блеск изумрудных глаз. Я подошла к нему и смело потянулась к лицу. Платон не мешал мне. Смотрел в мое лицо с нечитаемым выражением. Я опустила ткань, высвобождая его губы. И прижалась своими к нему. Поцелуй получился чувственным и мягким. Платон притянул меня за талию и медленно и нежно ласкал меня языком. Целовал в ответ мои губы. Мы стояли точно, как влюбленные посреди улицы и наслаждались этим моментом единения. У меня аж дух захватывало в его крепких объятиях. Самойлов чуть отстранился и красиво улыбнулся до самых ямочек.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Люблю…когда ты не стерва. Ну, что, малышка, поехали? — спросил он, поглаживая пальцами мою спину, перебирая футболку на позвоночнике.
— Поехали, Платон.
Согласилась, сияя, я.
Самойлов довольно смерил меня взглядом, явно остался удовлетворен моим внешним видом. А я, как кошка, которую почухали за ушком, готова была завилять хвостом перед ним. У него уже была сильная власть над моим настроением. И это как радовало, так и пугало. Потому что для меня он по прежнему неразгаданная загадка, темная лошадка.
А я рядом с ним вечно голодная наездница. И острое желание, чтоб так продолжалось вечно кололо под ребрами.
Глава 29
Слет мото байкеров зрелищное явление. Мы ехали по окружной трассе, и еще с дороги я увидела яркие огни. Подъезжая ближе было слышно и громкую музыку и визг шин.
На заброшенном перекрестке собрались не только любители погонять на мотыках, но и психи на разных тюнингованных рестайлинговых тачках. Девушки заливисто смеялись. Их внешний вид был совсем не целомудренным. Открытые топы и кожаные шорты, колготы в крупную сетку, яркий макияж…Моя секси жилетка здесь выглядела б как паранджа.
А теперь вообще, в футболке и джинсиках, я выглядела, как заблудившаяся школьница овечка.
— И чего ты мне сказал, чтоб я переоделась? Девчонки здесь наряжены чуть ли не в купальники, — пробурчала я, когда мы остановились на краю дороги, припарковавшись в ряд блестящих мотоциклов. Платон снял с меня шлем и притянул к себе за талию. Быстро поцеловал в губы и натянул свой черный намордник на поллица.
— Лили, как выглядят эти шлюхи, мне плевать. Но раз мы вместе, то я не позволю тебе одеваться и вести себя подобным образом. Я ведь не хожу голый по улицами, прикрывая член кожаной повязкой из секс шопа! Отныне, оставь все свои блядские костюмчики для спальни. Окей, принцесса? — назидательно проговорил Самойлов. Его пальцы грели мою поясницу. Испепеляли мой протест. Черт с ним. Хочет, чтоб я одевалась приличнее — мне не сложно.
— Ладно, комнатный тиран! — обнимая его за плечи, согласилась я.
— Умничка. Дома получишь конфету, — сказал он возле самого моего уха, вызывая своим обещанием толпы мурашек на коже.
— Брэйн! Привет, дружище! — к нам направлялся мелкий шкет с узкими восточными глазами и в прозрачных очках на носу. Он не очень вписывался в общую атмосферу разгульного шумного веселья, выделялся среди здоровых брутальных байкеров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Привет, Хакер. Кэн и Крот уже приехали? — спросил в ответ Платон.
Одной рукой он прижимал меня за талию к себе, а другую протянул для пожатия этому мелкому или китайцу или вьетнамцу.
— Кэн точно здесь. Готовится к драгу. А Крот сегодня остался дома. К нему родственники прилетели из Казахстана, — парнишка поправил очки и улыбнулся мне, протягивая руку, — А ты, красавица Лили? Брэйн много про тебя рассказывал. У меня уже уши вянут. Лили то, Лили это. Кажется, тебе удалось крепко зацепить нашего неприступного Брэйна.
