Он хохотнул, а я удивленно глянула на Платона.
Но он невозмутимо проигнорировал слова друга. Мне стало приятно, что он не опроверг их. Сомневаюсь, что Самойлов трепался обо мне. Но то, что он допускал возможность серьезных отношений между нами, меня радовало.
— Пошли, Лили, поздороваемся со всеми, — Платон оттолкнулся от свего стального коня. Взял меня за руку и повел вглубь тусовки. Пока мы пробирались сквозь вопящую толпу, с ним постоянно все здоровались. А некоторые девчонки пытались задержать его внимание. Прямо при мне, совершенно бесстыдно, разглядывали Самойлова зазывающими, на все согласными взглядами. И это при том, что он был вежлив, но строг. Здоровался скупо и строго. Многие с удивлением косились мою сторону. Кажется их кумир впервые появился на люди с телочкой.
— Ты прям местная звезда, — недовольно ворчала я, когда очередная шлюха бежала к нему с визгом
— Брэйн, привет! Позвони мне, я скинула тебе свой номер на почту…
Платон не комментировал их поведение, лишь уверенней сжимал мою руку и тащил меня за собой вперед.
Мы дошли до нарисованной белой полосы на асфальте — старта заезда. Вдоль нее стояли мото гонщики на своих байках. Высокий мужик стащил шлем, когда увидел нас. И я сразу узнала блондина Макса. Он по мне скользнул взглядом и сразу заулыбался Платону.
— О, Брэйн, привет, друг! Ты в драге поучавствуешь? Или дашь сегодня возможность мне выиграть? — безобидно спросил он.
Платон пожал его руку. Громко и четко ответил:
— Обойдешься. Я вас всех раскатаю, как обычно. Только надо, чтоб за Лили присмотрели.
Он обернулся к вьетнамцу, который уже догнал нас и добавил
— Хакер, приглядишь за моей девочкой.
— О, конечно! Не переживай, Брэйн, с твоей красоткой все будет хорошо. Никто даже не толкнет ее. Буду стеречь, как драгоценность, — ответил паренек с тягучим акцентом. Его стремление угодить Платону вызывало приятную улыбку.
Самойлов стянул с лица черную ткань, беззастенчиво поцеловал меня при всех, заявляя свои права. Глубоко и страстно. Так, что у меня аж голова закружилась от его близости.
— Принцесса, побудь здесь и постарайся ни во что не вляпаться, пока я покажу мужикам, как нужно байком управлять, — сказал он мне на ухо. Так, словно у нас появились наши личные секреты. Тайны от всего мира. Я ему улыбнулась и кивнула.
— Не боись, папочка, постараюсь не перебить за это время всех девок, что вешались на тебя, — я хитро прищурилась, как сытая кошка.
Самойлов мне определенно начинал нравиться. Его уверенность, сила, что бушевала под упругой кожей, отсутствие спеси и снобизма, таких близких и хорошо знакомых мне с детства. Он словно моя противоположность. Притягивал и манил. Показывал наглядным примером, что можно жить иначе и при этом быть счастливым и спокойным. Умиротворенным. Находиться в гармонии со своим образом, как внешним так и внутренним.
Рядом с Платоном я не бежала утром в ванную, чтоб накраситься. Потому что он просыпался и подминал меня сонную под себя, зацеловывал и шептал возбуждающие пошлости. Никогда на едине не акцентировал внимание ни на чем, кроме меня. А теперь, появившись с ним среди других женщин, я чувствовала незримую опеку. Которая вселяла в меня уверенность в нем и превосходство над соперницами. Было ошеломляюще приятно, что ему плевать на всех девушек, кроме меня.
И если рядом с Ринатом в лучшие времена наших отношений, в расцвете чувств, я всегда ловила его заинтересованные взгляды на других женщин, то Платон видел лишь меня. От осознания своей исключительности у меня аж дух захватывало. Впервые захотелось допросить Самойлова и услышать признание в любви.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Эх, я плыла, таяла рядом с ним. И волны моих сильных эмоций к нему захватывали и утягивали все глубже.
Незаметно произошло многое со мной. Я стала равнодушнее относиться к материальным благам и статусу окружающих меня людей. А простой парень Лешка стал мне настоящим другом.
Мне бы хотелось зависнуть навсегда в этом состоянии. Только страх, что Платон отдаст мне машину, и мы разойдемся, заставлял меня сильнее к нему липнуть. Успеть привязать к себе и сделать зависимым от меня настолько, насколько я сама увязла в нем.
Анализируя наши отношения во мне зрела надежда. Самойлов не стал бы притворяться и делать то, что не хочет. Никогда. Он слишком самодостаточный мужчина со своим нерушимым мнением. Именно эти мысли меня утешали в минуты хандры и тоски. Если б он не хотел, он бы со мной не был. Не проводил бы все свободное время, не любил бы ночами, не сжимал меня в своих объятиях до самого утра…
— Удачи, Самойлов, — я спешно чмокнула его в губы и сама натянула ему на лицо его маску.
Глаза мужчины искрились изумрудными всполохами. Смотрели словно в душу. И под его пронзительным взглядом хотелось улыбаться и расстекаться, как плавленный сырок на солнце.
— Лили, будь здесь. Не выходи на дорогу, это опасно, — приглушенно скомандовал он. Я быстро кивнула и отступила к обочине, — Хакер, смотри в оба за моей девочкой, — строго повторил Платон, обращаясь к мелкому очкарику, что смотрел на нас уже без удивления.
— Можешь ехать уже, командир. Ценные указания все приняли. Слушаемся и повинуемся, — кокетливо добавила я. Платон хлопнул меня по попе. Легонько, скорее поддерживая мою кокетливую игру.
— Давай, стервочка, без выкрутасов. А то дома накажу.
И довольный собой, пошел к своему байку. Я же с улыбкой смотрела ему вслед. Уже мечтая поскорее нарваться на обещанное наказание.
Мой черный всадник занял на мотоцикле стартовую позицию и шумно газовал, стремясь умчаться вперед.
— Не ожидала тебя здесь увидеть, — знакомый голос отвлек мое внимание от Самойлова.
Я оглянулась. Увидела красивую брюнетку в латексном топе и коротких шортиках, в высоких ботфордах. Своим откровенным нарядом и идеальной фигурой, она собирала все сальные и похотливые взгляды байкеров.
— Взаимно, Фаина, — буркнула я. Она искривила красные губища и медленно прошла виляя бедрами на трассу. Точно шлюха к дальнобойщикам. В руке у нее был сигнальный пистолет с широким дулом.
— Тебе здесь не место, фифа. Брэйн скоро наиграется и вернется, как обычно, ко мне, — стервозно оскалилась девка. Я громко рассмеялась. Она явно выдавала свою ревность и этим вызывала во мне лишь жалость.
— Сомневаюсь, шалава. Ты свою миссию уже давно выполнила. Пора тебе развлечь других мужиков, — я демонстративно обвела рукой присутствующих. Фаина злобно фыркнула. Как кошка, которой прищемили дверью хвост.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну ну. Огрызаешься…смотри, как бы опять не приползла ко мне, умоляя сказать где искать Платона. Вот только к тому времени он уже будет снова в моей постеле, — победно заключила она.
— Ага. Мечтай мечтай, Фаина. И не забудь спросить разрешение трахаться со всеми мужиками у своего престарелого спонсора, — я ей снова улыбнулась и показала фак.
